Последствие (ЛП)

Я положила его дневник в сумку и взяла новый листок бумаги, планируя вложить эти слова в письмо. Я вытерла слезы и сосредоточилась на потоке мыслей, которые лились из меня, проговаривая их, пока я писала. Я старалась, чтобы мой голос был как можно более ровным и спокойным. Усталость овладела моим телом, когда я закончила письмо, поэтому я положила голову на его кровать, прямо рядом с его рукой.
  
— Я никуда не уйду, Хейден, — пробормотала я и закрыла глаза, медленно погружаясь в мир снов.
Звуковой сигнал заполнил мои уши, и меня охватило смятение. Окружение во сне изменилось, превратившись в смесь белого и серого, и я почувствовала, как кто-то шевелится рядом со мной. Я огляделась, но никого не нашла. Я услышала далекие стоны, а затем они снова сместились, вернув меня в реальность. Я двинулась, мои глаза затрепетали, и я осознала тяжелое дыхание слева от меня.
Моя голова резко поднялась, и я встретился с ошеломленными глазами Хейдена.
О Боже.
Он… Он проснулся!
— Хейден! — Эйфория и недоверие столкнулись в моей груди, но затем он нахмурился и огляделся вокруг в замешательстве. Я замерла. — Хейден?
Его глаза казались расфокусированными, когда они метались по комнате, говоря мне, что что-то ужасно не так. Писк кардиомонитора стал более частым, совпадая с моим учащенным сердцебиением.
Наконец его взгляд вернулся ко мне, и он поморщился.
— Сара?
ГЛАВА 4
В первые несколько дней после несчастного случая с Хейденом сотрудники больницы объяснили, с чем мы можем столкнуться, когда он проснется. Они не могли быть уверены, будет ли он в замешательстве, дезориентирован, возбужден или у него проявятся какие-то дефекты из-за черепно-мозговой травмы, но все они были согласны в одном — пробуждение будет сложным процессом как для пациента, так и для его близких.
Я думала, что готова ко всему, но я ошибалась. Когда я наблюдала, как он дышит чаще, а его лицо искажается от страха, меня охватила паника, отталкивая радость от того, что он очнулся.
— Эй, Хейден. Все в порядке. С тобой все в порядке. Ты в отделении интенсивной терапии, и ты только что проснулся от комы…
— Что? — Его лоб наморщился, а глаза постоянно фокусировались и расфокусировались, когда он оглядывался. — Что это… Что это за дерьмо? — Я нежно взяла его за руку, но его глаза расширились. Его рука вообще не отреагировала на мое прикосновение. — Что это за дерьмо?! — Его пульс был слишком высоким. Его движения были нескоординированными, когда он пытался двигаться, и он закричал.
— Пожалуйста, не двигайся, Хейден. У тебя сломаны ребра, и движение только навредит тебе…
— Я нажала кнопку вызова медсестры, надеясь, что кто-нибудь приедет как можно быстрее, потому что с каждой секундой он становился все более возбужденным. Теперь его глаза были необычайно широко раскрыты, а лицо было намного бледнее, чем минуту назад.
— Хейден, ты в больнице. Ты только что проснулся впервые за десять дней. Ты все это время был в коме…
— Почему стены сжимаются?!
— Что?
— Почему я связан?! — Я посмотрела вниз на его тело, сбитая с толку, потому что он никак не был связан, но прежде чем я успела заверить его, что он не связан, он начал биться об кровать. — Отпусти меня! — Он застонал от боли, но не прекратил своих неистовых движений. — Блядь! Откуда эта боль…? Отпусти меня!
— Хейден! — Я схватила его за плечо и нежно потянула. Я надеялась привлечь его внимание и успокоить, но он на меня не реагировал.
— Я не в больнице! — Его дыхание участилось, когда он заметил гипс на левой руке, и он зарычал, размахивая травмированной рукой.
— Эй! — Я попыталась остановить его, но он отстранился от меня и уставился на свою правую руку, а затем на левую, покрытую гипсом.
— Почему я не чувствую своих рук?
Только не это.
Дверь распахнулась, и медсестра наконец вошла в палату. Ее глаза вспыхнули от удивления, когда она увидела, что Хейден проснулся, прежде чем она стала серьезной. Она бросилась к нему.
— Мистер Блэк. Я медсестра Робинсон. Вы можете навредить себе, если продолжите это делать, так как у вас сломаны ребра и…
— Отпустите меня! — Писк кардиомонитора был таким громким и быстрым, что я боялась, что его сердце не выдержит всех этих усилий. Он безумно извивался, пытаясь вырваться от нее, и ей пришлось бороться, чтобы удержать руки на его плечах.
Она потянулась за телефоном в кармане и нажала на экран.
— Медсестра Оливия Робинсон, позвоните доктору Макгрегору. Пациент в палате тридцать семь в сознании, но он взволнован, и мне нужна помощь.
— Что с ним? — Спросила я.
Она едва удостоила меня взглядом.
— Пожалуйста, выйдите из палаты. Он слишком остро реагирует на внезапные раздражители, и ваше присутствие только больше его расстроит.
Я неуверенно отступила назад, желая только остаться рядом с ним, но не хотела ухудшать его состояние.
— Я буду снаружи, Хейден. Я никуда не уйду.
— НЕТ! Не уходи!
Его испуганные глаза сверлили меня изнутри, выворачивая наизнанку, пока он боролся с невидимыми оковами, пытаясь дотянуться до меня. Ужас охватил меня, и я похолодела. Мне хотелось рассказать ему так много всего. Я хотела обнять его и прогнать его кошмар, но это было не в моих силах.
— Выйдите из комнаты сейчас же, — повторила медсестра.
— Хорошо.
Я отступила к открытой двери, не отрывая взгляда от Хейдена.
— Я прямо снаружи. Не волнуйся, — прошептала я ему. Мое сердце разорвалось, когда он издал крик ужаса.
— САРА!
Доктор Макгрегор и две медсестры едва не столкнулись со мной, когда они вбежали в комнату Хейдена, но прежде чем я успела извиниться за то, что преградила им путь, одна из медсестер повернулась ко мне и сказала:
— Пожалуйста, выйдите из комнаты.
— Да, извините. — Я вышла и вздрогнула, когда она захлопнула дверь перед моим лицом, прежде чем я успела взглянуть на Хейдена в последний раз. Я сжала руки, уставившись на номер на двери. Мое сердце быстро забилось в грудной клетке. Я ужасно тряслась, и мне пришлось сесть, чтобы колени не подкосились.
Я рухнула на стул и пошарила, чтобы достать телефон из кармана, чтобы позвонить Кармен. Она взяла трубку после второго гудка.
— Сара?
— Хейден проснулся. Сейчас у него врач, но он нездоров. Он был весь растерянный и сумасшедший и…
— Я буду через минуту, — прервала она меня и завершила звонок.
Я вздохнула и посмотрела на трещины на экране. Тупая боль затопила мою грудь, потому что они перенесли меня в то время, когда три месяца назад мы с Хейденом были врагами. Я закрыла глаза и откинула голову назад, морально и физически истощенная. Давление в моей голове нарастало, когда я прокручивала в памяти последние пару минут, пытаясь понять, что произошло.
Я прижала руку к губам, чтобы сдержать крик. Я была в ужасе. Я была в ужасе от неизвестности. Я была в ужасе от того, что не знала, хватит ли у меня сил стереть его горести. Хейден проснулся через десять дней, но борьба еще не закончилась, и препятствия, которые нам предстояло преодолеть, были огромными.
Медсестра прошла мимо меня с подносом лекарств и шприцев и вошла в палату Хейдена. Я вскочила и начала ходить взад и вперед по коридору, слишком беспокойная, чтобы продолжать сидеть.
  
Что они собираются делать?
Миссис Блэк показалась из-за угла, и я бросилась к ней, встречая ее на полпути.
— Сара! — Она схватила меня за руки. — Расскажи мне, что случилось.
— Я спала, когда почувствовала, как кто-то шевелится рядом со мной. Я проснулась и увидела, что Хейден смотрит на меня, но он был сам не свой. Он был в замешательстве, и утверждал, что стены сжимаются, и он не в больнице. Он также сказал, что его удерживают… — Мой голос выдал мое расстройство, и мне пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем я продолжила. — Он сошел с ума, и я не могла его успокоить. Потом пришли медсестры и его врач, но еще одна медсестра вошла в его палату всего минуту назад с каким-то лекарством, и я не знаю, от чего это было, — бормотала я, почти плача.