Трофейная жена генерала дракона (СИ)

“Позволь спросить тебя, ты прекрасный призрак?”, - мысленно задавал я вопрос, любуясь ее волосами.
“Позволь сказать тебе, что я безмерно благодарен за спасение!”, - снова мысленно произнес я, а рука едва -едва потревожила ее волосы. - “Позволь мне сказать, что ты прекрасна… Что ты сейчас спишь на моей груди, а я не чувствую боли. Позволь еще раз прикоснуться к твоим волосам…”.
  
Лишь один раз я осмелился провести кончиками пальцев по ее коже на руке. От этого прикосновения я закрыл глаза, словно пытаясь запомнить его.
Счастлив тот, кто обладает этой женщиной. За такую я бы боролся до последней капли крови.
Мой взгляд скользнул по комнате, пытаясь разгадать ее загадку. Комната выглядела старой. Обои были дорогие, но очень не новые. Кое-где виднелись пятна сырости. К тому же девушка была одета довольно скромно. Я бы даже сказал, что бедно. Я видел заштопанный рукав платья.
Она аристократка, но бедна. Нет, она не служанка, раз сказала, что поместье ее.
Моя рука снова скользнула по ее волосам. Казалось, что у меня на груди рассыпалась целая сокровищница.
Сокровищница.
Странное чувство, словно блеск золота вызывает внутри меня какое-то тепло. Словно сердце тянулось к нему. Я почему-то видел золото на полу вокруг кресла. В кресле кто-то сидел. А я не помню лица. Но, кажется, это мужчина.
Красавица на моей груди вдруг повернулась, а я на секунду увидел нечто странное и непонятное на ее щеке, обычно прикрытой прядью волос. Я хотел чуть-чуть убрать волосы, чтобы посмотреть на ее щеку, но в эту секунду она открыла глаз. Вуаль волос тут же вернулась на законное место, оставляя меня теряться в догадках, что там?
  
 
  
Глава 22
 
От ужаса я едва не подпрыгнула, тут же возвращая волосы на место, чтобы прикрыть шрам — как будто это могло что-то изменить. Внутри всё сжалось от паники, сердце бешено колотилось, а дыхание стало прерывистым. Как я так умудрилась? Как меня угораздило?
— Проснулась? — тихо прошептал генерал, его голос звучал мягко, и немного тревожно. Я, вздрагивая от страха, медленно повернула голову и уставилась на его грудь, словно боясь увидеть что-то еще. — Я не хотел тебя будить… Ты и так несколько ночей дежурила возле кровати… Мне хотелось, чтобы ты немного отдохнула…
Я задыхалась, не в силах скрыть ужас, который охватил меня в этот момент. Глаза его — серые, спокойные, будто безжизненные — наблюдали за мной, и я не могла отвести взгляд. Медленно отстранилась, вглядываясь в его лицо, и пыталась понять, что же происходит на самом деле.
— Не бойся… — вдруг взмолился генерал, его голос стал чуть выше и мягче, словно он сам боялся, что сейчас разрушит что-то важное. — Всё хорошо. Видишь, я не причиню тебе зла…
Я могла ощутить, как внутри меня борются страх и растерянность. Он мог бы, наверное, сделать со мной что угодно, пока я спала. И всё же, он этого не сделал.
“Ну да! А кто тогда будет за ним ухаживать!”, - выпалило что-то внутри меня. - “Я пока что ему выгодна. Может, поэтому я до сих пор дышу!”.
Я зажмурилась на мгновение, затем медленно отстранилась, стараясь сохранить хоть немного достоинства. Вздохнула и расправила мятущееся платье, стараясь скрыть свою нервозность.
— Мало ли, кто вас знает, — произнесла я тихо, стараясь говорить ровно и спокойно, хотя внутри всё кипело.
Я хотела сказать ему про сожженные деревни, но потом передумала. Пока генерал мало что помнит, он безопасней.
Генерал вздохнул тяжело, словно борясь с внутренним мучением. Взгляд его задержался на месте, где недавно лежала я, и я заметила, как он с усилием пытается подобрать слова.
— Я, кажется, понимаю, причину твоего страха и недоверия, — тихо произнес он он, а я смотрела на генерала, ожидая продолжения. — Я уже понял, что, похоже, нахожусь на территории вражеского государства — Исмерии. И ты — исмерийка.
Вот! Вот это начало! “Случилось то, чего я боялась! Он начал вспоминать!”, — вырвалось у меня внутри.
Но он, кажется, заметил мою реакцию и с тяжелым вздохом продолжил:
— Прошу тебя, — генерал говорил тихо, — не шарахайся так. Я тебе не враг. Неужели ты думаешь, что я — такая тварь неблагодарная, чтобы причинить зло тому, кто спас мне жизнь?
Он говорил убедительно, и в его голосе звучала искренность. Только меня всё еще охватывало недоверие. У меня были основания ему не верить.
— Да, — прошептала я, чувствуя, как голос у меня немного дрожит. — Я вам ни капельки не верю. Я знаю, что в любой момент, вы меня убьете. Но пока что я вам нужна, чтобы вылечить вас. И только это спасает мне жизнь. Вот.
  
Глава 23
 
На мгновение серые глаза генерала расширились, он сам удивился моему ответу. Внутри у меня всё еще кипело от противоречий — страх, недоверие, но и какая-то странная, почти непонятная нежность, которая поселилась во мне сразу после первого взгляда на него. Может, она родилась из-за жалости, а может, сама по себе.
Глубокий вздох вырвался у него, и на его лице мелькнуло что-то вроде растерянности или даже боли. Он долго молчал, словно пытаясь сдержать слова, которые могли бы разрушить ту тонкую нить, которая связывала нас.
— Я понимаю, — наконец, тихо произнёс генерал, — Наши государства враждуют. Я не достоин твоего доверия. И, возможно, всё, что я говорю сейчас — лишь слова, чтобы оправдать свое существование в твоих глазах. Но я обещаю тебе: я не причиню тебе вреда. Не потому, что я хороший или плохой — потому что я не вижу в этом смысла Допустим, я убиваю тебя. И что дальше? Что я буду делать дальше? Это как минимум глупо с моей стороны.
- Может, как свидетеля, - предложила я.
- Свидетеля чего? - рассмеялся генерал. - Свидетеля моей слабости? Свидетеля того, что я чуть не умер?
- Нет, как человека, который может сдать вас властям, - отрезала я.
- Но ты ведь не сдала? - вздохнул генерал. - Но я уверен, что могла бы.
- Давайте остановимся пока на том, что я вам выгодна, и не будем развивать эту тему дальше, - произнесла я, словно отсекая разговор.
Я чувствовала, как в его голосе звучит искренность, и это словно ударило по моему внутреннему сопротивлению. Возможно, он действительно не таков, каким кажется. Возможно, за этим суровым взглядом скрывается кто-то другой. Но как же деревни? Как же мирные жители, которых он убил?
— Я знаю, что тебе страшно, — мягко продолжил он, чуть наклонившись вперёд. — Что я чувствую это, даже если ты пытаешься держать лицо. Я не ожидаю, что ты сразу мне доверишься. Но я хочу, чтобы ты знала: я не враг. И если ты хочешь, я готов показать тебе это, скажи как мне это сделать, и я сделаю.
Глаза его — всё такие же серые, но в них отражались не только холод и власть, а ещё и какая-то искренность, которая, казалось, вот-вот прорвется наружу. И я вдруг вдруг ощутила, что в этом человеке есть что-то, что стоит попробовать понять, несмотря на страх и недоверие.
—Никак, — тихо произнесла я, — Давайте остановимся на том, что или я слишком много себе придумала. Или слишком мало верю в то, что добро вообще существует.
Он внимательно слушал, и в его взгляде я увидела нечто вроде облегчения или даже благодарности.
— Всё начинается с доверия, — тихо сказал он. — И я надеюсь, что со временем ты сможешь мне доверять.
Я бы на его месте на такое не сильно рассчитывала. И, хотя страх всё ещё не исчез, внутри что-то зашевелилось — тихий, робкий, но всё-таки живой искренний шанс на то, что всё может сложиться иначе.
  
  
Глава 24
 
Я посмотрела на него, ещё не зная, что скажу, но внутри уже шевелились новые мысли, — может, всё не так однозначно. Может, в этом суровом человеке скрывается какая-то слабость, которая заслуживает моего сочувствия и понимания.