СосеДушка (СИ)

Разузнала я, когда он собирается в Сосновый бор приехать с ночёвкой, и решила ужин при свечах нам забацать. А чтобы всё было красиво, а не только стол свечи и приготовленная еда, я поехала к Светке в салон. Там мне какие-то обертывания сделали, специальные маски для лица, не говоря уже про маникюр, педикюр, прическу, и такой совсем неприметный макияж. А потом я еще по магазинам пробежалась и прикупила себе кое-что для романтического вечера.
Еду в машине, радуюсь, по Роме соскучилась, у него ведь тоже свои дела были, и он не мог всё время только рядом со мной сидеть. То, что в Сосновый бор приедет, он мне заранее сообщил, а про ужин я ему пока не говорила. Думаю, сюрприз пусть ему будет.
Приезжаю, а сюрприз меня ждет. Стоит во дворе папа, мясо на коптильне готовит.
—  Привет, дочка, как тут у тебя всё разрослось, давно мы с мамой тут не были. А то всё Гоа да Гоа, а нас и тут неплохо кормят.
Вот блин, думаю, нарисовались, не сотрешь. И ведь, правда, они уже месяца два ко мне не приезжали, не выгонять же их.
Мама в доме овощи готовила. И я тут такая красивая с продуктами и пакетом из дорого бутика с нижним бельём.
—  О! Яночка, похорошела то как! Щечки румяные, глазки загадочно блестят. Дай поцелую тебя.
Расцеловались мы, разобнимались и мама спрашивает:
—  А кто это на соседнем участке порядок навел? Соседи, что ли новые у нас появились.
—  Нет, мам, не новые, а давно забытые старые.
—  Да ты что! —  театрально так воскликнула мама, вот Штирлиц в юбке! Поняла я тогда, чего они вдруг прикатили без предупреждения. Не могли на день позже приехать или на день раньше хотя бы...
В общем, занесла я продукты, купленные для торжественного ужина в дом. Мама, конечно, удивилась, чего это я креветки и ежей морских привезла из Москвы. Но докапываться не стала.
Накрыли мы стол на веранде, смотрю, к соседским воротам машина прошуршала. Решила я с Атласом погулять, зову его, значит, шлейку надеваю, а тут мама:
—  А куда это вы, молодые люди, собрались?
—  Мам, ну ты же видишь, что Атлас весь день только по участку бегает, сейчас опять мне яму под забором выкопает, пойду, выгуляю его. Я быстренько.
Дальше слушать её я не стала, а то она еще со мной напросится, знаю я эту женщину, причем, с пеленок.
Вышли мы за ворота смотрю, а там мой Властелин колец приехал. Сердечко забилось, разволновалась я. Надо, думаю парня предупредить, что родители приехали. Чтобы он если что, морально готов был.
А Ромка, видимо, меня заприметил. На крылечко вышел, руки раскинул, ждет, когда я в его объятия прилечу. Ну, я и прилетела, а чего отказываться, объятия снимают стресс, а про поцелуи я вообще молчу.
—  Привет, Янка-обезьянка, как ты тут без меня?
—  Как, как? Как в сказке!
—  Не понял?!
—  Да чем дальше, тем страшнее. Видишь, вон дым с моего участка идет.
—  Ты что спалила что-то?
—  Нет, это мой папа мясо коптит.
—  Дядя Сережа, что ли?
—  Он самый, помнишь, он ремнем нас с тобой за рыбу гонял, то есть за тюль.
Рома рассмеялся:
—  Это ты намекаешь, что он там меня с ремнем до сих пор ждет?
—  Ничего я не намекаю, он не ждет. Приехали они с мамой неожиданно. Походу мама мой пост в инстаграме видела с сердечком, который и ты лайкнул. Я ж хотела нам с тобой ужин романтический сегодня приготовить, а тут вот.
Ромка расхохотался пуще прежнего. Тут мой телефон зазвонил, смотрю, а это мама. Показываю Ромке тише, а сама трубку сняла, отвернулась от него, с мамой разговариваю.
—  Ян, ты где? Мы уже с папой садимся, есть хотим. Мясо вкусное такое аж слюнки текут.
Тут я почувствовала, как Ромашка сзади подошел, обнял меня и в шею целует. Ну, какие тут разговоры могут быть после этого?
—  Мам, я сейчас приду.
—  Меня с собой возьмешь? —  проговорил Ромашка. —  Мясо такое вкусное аж слюнки текут, —  засмеялся он.
—  А ты не боишься?
—  Э-э-эх! Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Нет, конечно, не будут же меня твои родители ремнем бить?
—  Не знаю, Рома, не знаю. Может, они тебя вообще свяжут и в заложники возьмут.
 
В общем, мы пошли к нам. Всё равно, как я поняла, по маминому поведению, она уже всё пронюхала. Скрываться смысла не было, главное, чтобы Рома не был против его явления моим родителям. А уж как они обрадовались. Но вели себя корректно, видно боялись отпугнуть.
Хорошо мы так посидели, душевно. Вспомнили былые времена, посмеялись. Папа показал Роме как коптильней пользоваться. Вроде всё спокойно было, и тут я выдохнула, но совершенно неожиданно теперь уже у  Ромы зазвонил телефон. 
  
15 глава
 
Я, конечно, в детских садах и тому подобном, как говорят болгары — “профан”, но вроде бы мы неплохо справились. А главное успели. Мелкие недоделки, это мелочи, по ходу пьесы исправятся. Открыла Янка торжественно объект, или как там оно у неё называется. Довольная вся, аж светиться. И мне приятно. Как же — спас прЫнцесу свою, прям прЫнцы я теперь получаюсь всамделишный.   
Но вот с суетней этой, кручина меня что-то брать начала. Янка вся такая из себя красивая, соблазнительная крутиться перед носом, а толку? Ну поцеловались, потискались, но не подростки чай?! И главное же, Янка тоже на меня поглядывает так из-под ресничек загадочно. Понятно, что и ей за ручки держаться не интересно уже.  Вся надежда была только на то, что как только закончим ремонт, уж я до нее доберусь…
Дожили до открытия, и тут Янка такая, вроде как невзначай — а ты когда, любовь всей моей жизни, свет очей моих, принц мой на черном Ауди, красавец писаный, богатырь земли русской и прочая, и прочая, и прочая —  в Сосновый бор прикатить изволишь? Виду не показал, конечно, говорю — завтра должон быть. Ожидайте. А сам, думаю — ага! 
“Конец моим страданиям и разочарованиям! 
И сразу наступает хорошая погода!...”.
Я бы прям там, не против был бы, Янку на плечо и на рывок. Но все ж мероприятие у нее, пусть думаю порадуется. Трудились столько, нужно же и на лаврах почить. А потом она раздобревшая совсем будет и это есть гуд! А прям после празднования не до меня ей было. Я потому и решил — завтра. Девочки, они такие девочки — им же надо красоту навести, ужин вкусный любимому мужчине приготовить, романтику навести. Как я мог всего этого предвкушения, меня распрекрасного, лишить?! 
Еле до вечера дотянул… Ну, вроде приличия соблюдены. Купил тортище, букетище — я на своей женщине не экономлю, и полетел в Сосновый. Еще на подъезде к дому понял — Янка не просто ужин, а торжество прям какое-то готовит. Весь дом светится и участок. Что это она там задумала интересно? И вкусно главное так мясом копчененьким с участка ее тянет! Я прям в предвкушении весь, торт с цветами в дом только занес — гляжу, бежит моя желанная, Платошка за ней еле поспевает, чуть по земле не волочиться.
Поздоровались мы минут пять - шесть. Платон нам ноги шлейкой опутал — сводник ушастый. И тут Янка меня “обрадовала”. Я, конечно,  виду не подал… Но глазки к небу на секундочку поднял, и послал Главному наболевший вопрос: “Издеваешься?!” То друзья свечки держат и мораль блюдут, то коты и клизмы с Янкиной работой, играй гормон бушует, и вот когда я уж “на низком старте” — торт клубничный со сливками на готове… И вместо того, чтобы с Янкиной попы сливки… Ых!
Подавил минутную слабость. Пошел, конечно, с родителями Янкиными заново знакомиться. Торт взял и цветы тоже. Пусть вот смотрят, какой я весь заботливый и радуются. Объедятся и спать лягут поскорее!
Заходим. Я, как в классике еще указанно было, то есть: “Детям мороженное, бабе цветы” раздал подношения, как положено. Янке торт достался все-таки, а маме ее цветы. Присев чуть под тяжестью веника, Валентина Петровна выдала:
— Мне фигуру беречь не к чему, Ян — а давай меняться?
Сунула обезьянке моей цветы, торт захапала и пошла в дом. Как говорил Хемингуэй — “задня часть кубинской женщины, живет своей собственной жизнью”. Может и не он казал, чего люди только не набрешут, но фраза хорошая. Понятно в кого Янка с тыла такой ягодкой уродилась.