Системная операция (СИ)

— Куда! Стоять! Не смей трогать эту гребанную ручку! — заорал я, кинувшись к нему. Но было поздно.
Сергей рванул на себя дверь и тут же получил удар в живот длинным ножом, которым рентгенологи иногда пленку кромсают. Сергей застонал и повалился на пол, а в дверном проеме показался неигрок. Я его не узнал, зато узнал Толян.
— Андрюха, ты чего… — услышав знакомый голос, тварь повернулась к нему и шагнула, держа в руке окровавленный нож, глядя страшными, затянутыми бельмами глазами. Значит, это и есть тот самый «Тарзан», которого потащили перелом снимать. Получается, что его Система перемолола в неигрока. Но он не достиг даже второго уровня, потому что, стоя перед дверью даже не пытался ее открыть, а раз за разом делал шаг в сторону преграды, стукаясь о нее всем своим немаленьким телом. Звук был глухим, и мы его не услышали. Зато услышал Сергей на свою беду.
Я буквально в три прыжка оказался за спиной у неигрока. Но первое, что я сделал — это захлопнул дверь. Пока что уровень тварей был таков, что они даже просто повернуть ручку были не в состоянии. А в следующую секунду долото с тошнотворным звуком вошло прямиком в затылочное отверстие Андрюхи снизу-вверх. Его длины как раз хватило, чтобы проткнуть дно четвертого желудочка в мозге, где располагались ядра всех жизненно-важных центров. Он даже не понял, что уже умер, потому то одновременно перестал дышать, а остановившееся сердце перестало качать кровь по сосудам. Андрюха упал лицом вперед прямо под ноги бывшего приятеля, который застыл в странном оцепенении, не в состоянии пошевелиться и хоть как-то отреагировать на происходящее.
Уровень эта победа мне не подняла, лута на твари тоже никакого не оказалось. Но это я отметил уже после, сейчас же бросился к Сергею, возле которого уже вовсю суетились Данила и Катя. Когда я упал перед парнем на колени, он кашлянул, забрызгивая все вокруг темной кровью, по его телу прошла судорога и он вытянулся, невидящими глазами глядя в потолок.
— Он ему печень проткнул, воротную вену разрезал и легкое похоже задел, — Катя закрыла лицо руками. — Он от потери крови умер. У него не было ни единого шанса.
— Да, похоже на то, — протянув руку, я закрыл молодому совсем парню глаза. — Эх, Серега-Серега, что же ты так неаккуратно-то? Зачем полез, сказано же было, не спеши, — я покачал головой и поднялся на ноги. К сожалению, спасти можно далеко не всех и не всегда. — Вооружайтесь и, ради всего святого, не лезьте поперек батьки в пекло.
Толян тут же отмер, словно ждал, когда ему разрешат это сделать, и схватил нож, которым его только что пытался прирезать приятель. А я подошел к покойному и выдернул долото из головы. Пока вытирал его, задумался о том, что в принципе сумел всадить долото таким вот образом. Еще совсем недавно мне казалось, что это невозможно. Неужели все эти очки характеристик действительно как-то влияют на организм, и он перестраивается. Потому что я реально стал физически гораздо сильнее. Про интеллект сказать не могу, я себя никогда не считал ограниченным человеком, но что-то все-таки изменилось. Я стал думать быстрее, что ли.
Протерев как следует долото, протянул его Данилу.
— Держи, а то, ты, похоже, решил жену Лота из себя изображать, — он автоматически взял долото и только после этого в его взгляде появилось какое-то осознание происходящего.
— Почему он был с ножом? — от внезапности вопроса я даже удивился. — Почему эта тварь была, мать ее, с ножом? — он смотрел на меня так, словно я знал все ответы в этой чертовой игре. — Они нападали, используя когти. Те, которые прямо посреди этого приемника обращаться начали.
— И вы поэтому вызвались меня сопровождать? — я вздохнул и провел рукой по голове, взлохматив короткие наполовину седые волосы.
— Ну да, решили, что для четырех мужиков эти зомбаки пока еще не раскачались и не стали слишком сильными, не составят проблемы, — Толян шмыгнул, и вытер нос рукавом. — А тут Андрюха с ножом. Где он нож-то взял?
— В рентген кабинете, — я обвел взглядом довольно просторное помещение. — Этот нож оттуда. Когда все началось, я в ПИТ к пациенту зашел, и на меня набросилась моя же собственная медсестра со скальпелем в руке. Она хотела меня именно порезать. Наверное, поэтому я сейчас не задаю подобных вопросов.
 
— И как вы справились? — Данил немного ожил и теперь смотрел на меня с любопытством. Я молчал, наверное, с минуту, а потом неохотно ответил.
— На самом деле всеми теми инструментами и препаратами, которые находятся в палатах реанимации и в ПИТе можно не только с того света вытащить, но и убить, причем очень легко. А иной раз, это даже проще, чем пристрелить. Например, если пустить разряд дефибриллятора по здоровому живому сердцу, — я тряхнул головой, прогоняя воспоминания о Марине. Наверное, здесь действует тот же принцип, что и при гибели всех тех, кого ты не смог спасти когда-то. В конце концов, они все забываются, их лица стираются из памяти, как и все остальные подробности, все, кроме самого первого. Вот его каждый врач помнит всегда, всю оставшуюся жизнь, и всю жизнь задает себе один и тот же вопрос, что же я сделал не так, хотя давно уже знает, что не всех и не всегда можно спасти. — Ладно, в нашем так сильно изменившемся мире нельзя рефлексировать, это может быть смертельно опасно для жизни. — И я направился к двери, одновременно разворачивая скрутку на пояса и выбирая оружие.
Почему-то говорить кому бы то ни было о том, что у меня появился огнестрел, не хотелось. Даже Катерина ничего не знала. К тому же, патроны имеют скверную привычку заканчиваться, а где брать еще я понятия не имел. Даже, когда мы выберемся в город, если, конечно, это когда-нибудь произойдет и мы найдем выход до того момента, как просто умрем здесь от голода, вряд ли удастся обзавестись чем-то подобным, потому что оружейные магазины разграбят первыми, тут даже гадалкой не нужно быть, чтобы предугадать последствия этого Апокалипсиса. А вообще, в этом случае нужно качать тринадцатый уровень и становиться магом, это будет лучше всего. Уж на что способны маги в местных условиях, я убедился едва ли не на своей шкуре. Так что, в самом крайнем случае вооружаюсь до зубов и иду в подвал, качать скиллы и становится на тернистый путь меча и магии.
— Катя, останешься здесь. — Коротко приказал я, останавливая свой выбор на все том же полостном скальпеле.
— Но, Алексей, — она попыталась спорить, но я только посмотрел на нее, и девушка замолчала и кивнула. — Хорошо, я пока здесь поищу что-нибудь, что можно будет с собой взять.
— Вот и молодец. Дверь за нами закроешь и ручку стулом зафиксируешь, — я подошел к двери вплотную. — Выходим на лестницу и действуем следующим образом: я спускаюсь вниз и проверяю насколько крепко заперты двери подвала. Вы ждете меня напротив двери, и наблюдаете. Потом поднимаемся и расходимся по отделениям: я иду к рентгенологам, вы в функциональную диагностику. Встречаемся на этой площадке. Всем все понятно? — они кивнули, но на лице Толяна промелькнул намек на бунт. Как бы этот любитель странных споров и развлечений не сделал чего. А ведь сначала он показался мне вполне здравомыслящим. Ладно будем решать проблемы по мере их возникновения.
Я резко открыл дверь и отскочил назад. Немного подождал, и только потом осторожно выглянул в проем. Находящееся в моем поле зрения пространство было пусто. Ну что ж, пошли, и я первым вышел на площадку и сразу же начал спускаться вниз, чтобы проверить подвал.
  
Глава 9
 
Дверь в подвал была заперта, и заперта она была на совесть. Даже дверная щеколда была в пазы задвинута. Прислушавшись, я услышал слабые скребущие звуки, раздающиеся в отдалении. Шел ли звук из подвала, или откуда-то еще, понять было невозможно, слишком уж слабым он был. Но, даже если он шел из подвала, я ничего делать с этим не собирался. Ну не дверь же открывать, чтобы проверить, на самом-то деле.
Сжав ручку скальпеля покрепче, я вышел снова на лестницу и стал подниматься вверх к площадке, где меня по идее должны были ждать Данила и Толян. Ключевые слова здесь «должны были ждать». Ждал меня только Данила, Толяна на горизонте не наблюдалось.