Сделай громче
– А вы меня!
– Игорь Викторович, женщина… Не ссорьтесь! Я хочу домой! И чтобы весь этот кошмар поскорее закончился! – вставила свои пять копеек, разумеется, мысленно, и моя помощница с завязанным ртом.
А неизвестная дотолкала Анну Владимировну до свободного стула в моем кабинете. Оставила дверь настежь открытой. И сама уселась в кресло, предназначенное для моих клиентов.
– Ну? – подумала она. – Что стоим, кого ждем?
– Я не знаю, кого ждете вы, я никого не жду!
Однако я тоже уселся в свое рабочее кресло.
Здесь должна была повиснуть неловкая пауза. Если бы в моей голове одновременно не крутились десятки самых разных мыслей, одна бредовее другой. От них вполне можно было и свихнуться, если бы не мой многолетний опыт работы с тяжелыми клиентами и не паранойяльный компонент в характере, позволяющий смотреть на происходящее чуть отстраненно, дожидаясь удобного момента, чтобы отомстить…
– …Чай? Кофе? – предложил я вслух.
– Чай, – ответила уже почти успокоенная гостья.
А я поймал себя на мысли, что сейчас все выглядит даже чинно и благородно: – И стоило ради этого всю предыдущую х…ю устраивать?..
– …Черный, зеленый? – уточнил я, пробуя на основе самых простых вопросов и ответов раскусить собеседницу.
– Зеленый.
– Вот как… Не самый популярный, но и не самый оригинальный ответ… Но все-таки ты не совсем серая мышь, предпочитающая ничем не выделяться.
– Хотя, можно и черный, – поправилась девушка.
– Хмм… Любопытно… Играешь со мной в кошки-мышки?
– На самом деле, это не так уж важно, какой чай я буду пить. Важнее, о чем я расскажу! – пояснила эмотивная.
– Золотые слова!..
– …Ну что ж, время пошло, – я посмотрел на часы.
– Спасибо, Игорь Александрович!
– Игорь Викторович, – поправил я и уселся в кресле поудобнее, приготовившись слушать.
– Нет, именно Игорь Александрович, – настояла неизвестная.
А внутри у меня похолодело: – Она что-то знает…
Глава 3. Психолог психолога психологом погоняет
Чтобы не свихнуться от всего этого, каждый уважающий себя психотерапевт и сам должен время от времени посещать специалиста. Расхожая фраза «cura te ipsum» или «исцели себя сам» – в корне не верна. Ибо, каким бы крутым психологом ты ни был, работать с тараканами в собственной голове – против правил! Если же ты не можешь довериться другому, то рано или поздно сожрешь себя изнутри: либо преисполнившись ложного величия, либо упав к самым глубинам отчаяния. Третьего не дано. Испытано на себе. Каждый из нас через подобное уже проходил…
Можно, конечно, гасить негатив алкоголем. Многие, кстати, бухают. Но это не экологично. Рано или поздно твоя красная физиономия, каким бы покерфейсом (бесстрастным выражением лица) ты не обладал и какую бы «эпилептоидную маску» не носил, выдаст тебя с головой. В одночасье ты потеряешь работу, семью, авторитет в обществе и уважение к себе.
Выход – не пей! Шучу… Потому что каждый принимает решение сам. При этом очевидно, что мы тоже люди. И если психологи в одночасье бросят все свои вредные привычки, поверьте, средняя температура по больнице изменится несущественно. На Земле не настанет царство добра, справедливости и всеобщей гармонии. Вы просто получите внутренне еще более опустошенного специалиста, который вместо того, чтобы лечить вашу бессмертную душу, будет думать о своей – которой не дали выпить, закусить, поразвлечься с красивыми нимфами или разок-другой грубо нарушить ПДД… на том простом основании, что «ты ж психолог», ты не можешь расслабиться, как все остальные, ты должен подавать пример другим! Поэтому – пейте, господа, но, разумеется, в меру. Тут к терапевту не ходи – рецепт известен.
Но есть и другой выход. Открыться коллегам. И желательно с этим не затягивать. В норме – походы к собственному «мозгоправу» или супервизору раз в неделю. Супервизор, или более опытный психолог и наставник, разберет с тобой конкретный случай из практики, задаст много уточняющих вопросов и поможет посмотреть на проблему под другим углом. И у меня тоже есть такой человек, вернее, был…
Зовут его (до сих пор) Александр Аркадьевич Северов. Серьезная величина среди отечественных специалистов, разработчик собственных методик снятия стрессов в профессиональной среде, то есть лучший помощник для других психологов, таких, к примеру, как я. Кроме того, мы знакомы много лет, он был одним из моих преподавателей в институте. Строго говоря, именно этот человек привел меня в науку, заразил психологией и заставил взяться за ум в то время, когда студента-шалопая намного больше интересовали симпатичные сокурсницы.
Внешне Александр Аркадьевич – вылитый Обломов. По телосложению – настоящий русский богатырь. Только вся сила молодецкая со временем куда-то ушла. И лет …надцать уже богатырь борется разве что со сном, причем, безуспешно. Основное умение Северова – спать в любое время и в любом месте. Бодрствует он разве что тогда, когда задает вопросы на сеансе супервизии или диктует лекцию своим студентам. Зато если случится перерыв или просто повиснет слишком длинная пауза, моего бывшего наставника уже почти наверняка можно будет застать с широко закрытыми глазами.
Обладая фигурой так называемого пикнического типа, в просторечии – полного, пузатого человека, Александр Аркадьевич носит в себе и гипертимный элемент, присущий большинству подобных людей. То есть, несмотря на тучность и сонливость, он чаще всего болтлив, весел и оптимистичен.
Позволю себе немного подушнить… Дело в том, что любая человеческая особь развивается в рамках определенной логики. Да, в процессе социализации можно что-то скорректировать и даже избрать в жизни прямо противоположную стратегию! Но как минимум половиной качеств нас награждает матушка-природа. И большим заблуждением было бы считать, что наш внешний вид никак не связан с внутренним содержанием. Связан и даже очень. Как физические, так и психические процессы у зарождающейся личности развиваются из одного корня, еще на стадии человеческого эмбриона. Потому пикник и вырастает во многих случаях тем самым позитивным толстячком, которого всем принято любить. Вспомните хотя бы замечательного советского актера Евгения Леонова, самого яркого представителя этого психологического и одновременно физического типа.
Однако по темпераменту пикник может быть как очень активным, пышущим энергией живчиком, так и ленивым лежебокой, которому нужен весомый повод просто даже для того, чтобы подняться с постели. Сочетание гипертимности и противоположности ей возможно и внутри одного человека. Такого, как Александр Аркадьевич Северов, которого я уважал, всегда немного побаивался и ставил уж точно выше собственного отца, когда-то вышедшего за сигаретами, да ищущего их где-то до сих пор…
– Здравствуйте, Александр Аркадьевич! – на протяжении долгих лет нашего знакомства я не раз порывался перейти с ним «на ты», однако осмеливался «тыкать» учителю только в собственных мыслях. Примерно вот так:
– Здорово, старик! Давно не виделись. Хотя кого я обманываю? Даже в собственной голове! С последней супервизии прошло всего несколько дней.
– А, шизик с непроработанной травмой, – пошутил про себя Северов.
– Сам ты… Сами вы – шизик… Я эпилептоид!
– Ну а я – гипертим! Тест на адекватность пройден! – чуть не засмеялся он.
Вслух же учитель сказал:
– Привет-привет, Игорек! Чай будешь? А, может, чего покрепче? Ты не стесняйся, у меня этого добра навалом!
– Да нет, – захотелось прервать начинающийся монолог. – Я ненадолго…
– …Хотя кто ж откажется от хорошего чая?
– Да проходи, садись, по глазам вижу, перед чашкой ароматного цейлонского все равно не устоишь…
– …Так-то, почти весь мой чай ты один и выпил, водохлеб…
– …Чайник – сам знаешь, где. Песок, графин с кипяченой водой – тоже! – продолжал напутствовать Северов, словно разговаривал с ребенком.