Терзаемый (ЛП)

Векс.
Какого хуя? Почему он стоит у дороги? А ещё лучше, как он здесь оказался?
Я немного сбавляю скорость, приближаясь к тому месту, где он стоит. Ага. Это точно он. Я объезжаю его, но съезжаю на обочину и полностью останавливаюсь.
Заглушив двигатель, распахиваю дверцу и выскакиваю из машины. От прохладного воздуха меня бросает в дрожь, и я обхватываю себя руками.
  
— Какого хрена ты здесь делаешь? — я слегка кричу на него.
Он начинает плавно приближаться. Такое чувство, что я уменьшаюсь в размерах — или он становится больше, не уверена. Его присутствие пугает с каждым шагом, который он делает, пока не останавливается передо мной.
— Ты же не думала, что я позволю тебе уйти, не попрощавшись, не так ли? — протягивает он, сверкая улыбкой.
Мой взгляд сразу же притягивают его острые клыки.
— Правда? Как в тот день, когда ты ушёл от меня, не попрощавшись?
Его улыбка исчезает, и он опускает голову, уставившись в землю.
Да, я так и думала. Векс не может ожидать, что я просто забуду об этом. На тот момент он был одним из самых важных людей в моей жизни. Он был моим единственным другом. И когда он ушёл, мне показалось, что у меня вырвали сердце.
— Ты тоже была моей единственной подругой, Лили, — внезапно произносит он, и моё сердце замирает.
Я сказала это вслух?
— Нет, не вслух.
— Чт… Что, блядь, происходит?
— Я не тот, за кого ты меня принимаешь, — говорит он, и я хмурюсь. Что, чёрт возьми, это должно означать? Но, не успеваю что-либо сказать, как он меня опережает: — Я столько раз хотел тебе рассказать, но не мог. Мне не только не разрешали, но ещё я боялся, что это тебя отпугнёт.
— Сказать мне что?
Его глаза ищут мои, но он ничего не говорит. Моё сердце бешено колотится в груди, пока я жду, что он мне скажет. Не уверена, чего ожидать от него.
— Что рассказать, Векс? — повторяю немного резче, и он вздыхает.
— Я… Ангел смерти, Лили.
Он шутит?
Я просто смотрю на него, не зная, что ответить, кроме того, что он, блядь, сумасшедший. Он ищет мой взгляд, будто ждёт, что я скажу: «Вау, это потрясающе», долбаный псих.
Через несколько минут я выдыхаю и отступаю на шаг, а он хмурится.
— Ну, ладно тогда, я пойду… и удачи тебе с… эм… этим.
Мне нужно убираться отсюда. Это ёбаное безумие. Он ебанутый.
Когда поворачиваюсь, чтобы вернуться к своей машине, я слышу громкий свист, и прямо передо мной приземляется чёрный ворон. Я останавливаюсь как вкопанная, моя грудь тяжело вздымается, и я резко оборачиваюсь, чтобы увидеть, что Векса там больше нет.
У меня перехватывает дыхание. Невозможно. Не может быть. Векс, человек, с которым я делилась секретами и смеялась с самого детства, был… самой смертью?
На меня накатывает волна головокружения, и я сжимаю в руке ключи от машины.
— Векс, — хриплю я, и это слово теряется в шелесте листьев. Ворон наклоняет голову, не сводя с меня пристального взгляда. Затем издаёт одиночное, звучное карканье, которое, кажется, пронзает меня до самых костей.
Внезапно в моей голове вспыхивают воспоминания, обрывки разговоров, странные замечания, которые тогда казались невинными, но теперь приобрели новый зловещий смысл.
Векс всегда знал, когда кто-то умрёт. Его всегда тянуло на кладбища, и среди надгробий он находил какое-то странное спокойствие. Он даже отпускал мрачные шуточки по типу: «пожинаю то, что вы посеяли», и в глазах при этом появлялся тревожный, зловещий блеск.
Это были вовсе не шутки? Холодный ужас проникает в мою душу, вытесняя прежнее тепло послеполуденного солнца. Это какой-то тщательно продуманный розыгрыш? Какая-то извращённая игра? Но что-то в глубине души, что-то первобытное подсказывает мне, что это не шутка.
Воздух потрескивает от энергии, которую я не могу объяснить, тяжесть, которая давит на меня, заглушая пение птиц на ближайших ветвях.
Я отступаю на шаг, когда вокруг ворона образуется облако дыма, которое поднимается в воздух, становясь всё больше, пока из него не выходит Векс. Мои глаза расширяются, когда я смотрю на него. Ворона там больше нет.
— Не бойся, Лили, — говорит он, теперь его голос звучит мягче, почти умоляюще. — Я не изменился. Я — всё ещё я.
Но он изменился. Он не может быть тем Вексом, которого я знала. Он — что-то другое, что-то пугающее, как то, что можно увидеть только в сказках и ночных кошмарах.
Как только он делает шаг ко мне, я проскакиваю мимо и запрыгиваю в машину. Двигатель с рёвом заводится, и я мчусь так быстро, как только могу. Моя грудь вздымается, когда я делаю глубокие вдохи, а сердце стучит в ушах, как барабан.
Я сплю? В последнее время мне снились странные сны. Это, должно быть, один из них, верно? Верно?! Жнецов не существует. Это всего лишь миф. Пожалуйста, скажите мне, что это сон.
— Слава богу, ты вернулась! — кричит Ханна, притягивая меня к себе и крепко обнимая. — Твой грёбаный парень сводил меня с ума, — она закатывает глаза, затем достаёт одну из моих сумок из багажника.
Я только усмехаюсь, заходя следом за ней в нашу квартиру. У меня был хуёвый день, так что я не в настроении болтать. Я чуть не разбилась на машине… дважды, потому что снова и снова прокручивала в голове эту историю с Вексом. Не может быть, чтобы то, что я видела, было реальностью. Но опять же, как это объяснить?
Ханна слегка приоткрывает входную дверь, и я следую за ней, оставляя чемоданы в своей комнате. Больше всего на свете я ненавижу распаковывать вещи. Если она не даст мне пинка под зад или не поможет, мой чемодан будет неделями оставаться закрытым, и я буду жаловаться на то, что все необходимые мне вещи всё ещё там.
— Ну, как там мама? — спрашивает она, плюхаясь на мою кровать.
— Отлично, у неё дела идут лучше, чем когда-либо. Наконец-то стала чаще выходить на свет и знакомиться с новыми людьми, так что это победа.
Она широко улыбается мне и открывает рот, чтобы что-то сказать, но, не успевает это сделать, потому что раздаётся стук в нашу дверь. Она вздыхает, скатывается с кровати и распахивает дверь, чтобы поприветствовать Джейсона. Он играет в университетской футбольной команде. В той же команде, что и Остин. «Мэдоу-Хиллс Хоулерс».
Я знаю, она упоминала, что они общались и проводили время вместе. Я рада за неё. Универ, в который он ходит, находится недалеко отсюда, так что у меня такое чувство, что мы будем видеться чаще.
— Привет, Лил, — говорит он, демонстрируя свою яркую улыбку.
— Привет, — неловко отвечаю, помахав ему.
— Ты придёшь на игру?
Я хмурюсь. Он слегка усмехается, видя замешательство на моём лице.
— Неделя после Хэллоуинского карнавала… игра соперников?
А, точно. Как я могла забыть… Остин только об этом и говорил последние несколько дней, когда звонил мне.
— О, да, я буду там.
Он поднимает вверх большой палец и что-то шепчет Ханне на ухо.
Она оборачивается и смотрит на меня своими щенячьими глазками, но, прежде чем успевает что-либо сказать, я отмахиваюсь от неё, говоря, что она может идти. Она одними губами произносит «спасибо» и исчезает за дверью.
Дверь захлопывается, и сразу же всё вокруг меня погружается в полную тишину. Я смотрю на дверь ещё несколько секунд, мой мозг кричит, чтобы я сделала то, что собиралась сделать по дороге обратно.
Быстро направляюсь к кровати и достаю из сумки свои дневники. Первый дневник я вела, когда мне было девять лет. Перечитывая его, я съёживаюсь и смеюсь над глупостями, которые записывала. Но когда я пролистываю несколько страниц, моё внимание привлекает имя. Векс.
  
Я медленно читаю страницу. Нахмурившись, пролистываю ещё несколько, и вижу новую запись о нём. И ещё. И ещё. Хватаю остальные дневники — там тоже куча записей о нём. И не только о нём: на каждой странице, где я писала о Вексе, была часть, посвящённая этому грёбаному чёрному ворону.