Замуж по ошибке, или Безлимитные неприятности

Мои коллеги улыбались до ушей и многозначительно мне подмигивали, с намёком, ждём-ждём подробностей, которые обязательно поднимут наши рейтинги, ведь новость из первых уст,  вышедшая в свежем номере журнала – это всегда успех, тем более, когда такие страсти кипят.
Ну-у-у… Конечно, я леди уже богатая, но от хорошего гонорара за рассказ не откажусь. Нужно подумать, сколько ноликов запросить у главного редактора.
Затем я посмотрела на стайку разряженных хищниц, которые с рождения воспитываются с одной целью и идеей – найти мужа побогаче, познатней и отхватить сей редкий экземпляр в свои цепкие лапки, дабы потом до конца жизни хвастаться этим счастливым событием до конца дней своего супруга. А после отжигать с другими вдовами и вспоминать молодость.
В общем, мои ровесницы  с улыбками хищниц не сводили заинтересованных взглядов с Джона. Впрочем, старухи без зубов и мозгов тоже приковали к нему свои жадные и блеклые зенки, похожие на глаза протухших рыб.
Были тут и друзья Джайса, те самые, что как и он находились на стороне тьмы и тоже, не уступая старым и молодым леди, с интересом разглядывали моего супруга.
Так как церемония отменялась, то кто-то предложил разъехаться по домам, а кто-то задал вполне резонный вопрос:
– А как же пиршество?
– Банкет ведь уже организован и оплачен!
– К чему отменять, ведь леди Ловли всё равно вышла замуж, и это событие стоит отметить!
И все взгляды как по волшебству снова устремились к нашей паре.
Хорошо, что к этому моменту леди Милтон увёл её супруг, а то бы она точно крепко высказалась по поводу пиршества. Ведь организацию застолья мать Джайса брала на себя – вся еда выбрана лично ей, как и торт, как и сервировка, и рассадка гостей. Фу-у-у…
Не-е-е-ет, я ни за что не поеду пировать с остальными.
Лучше возьму своих друзей в охапку, Джона и отправлюсь с ними в дядюшкин… эй, уже фактически мой дом!
Там-то мы и облюбуем его погреб с ценными и бесценными напитками и закатим свой пир!
К нам приблизилась леди Офелия Кленсис – дочь графа, особа избалованная, внешне прекрасная, но душой злобная как тварь подземная многоголовая.
Мы с ней в щёчки расцеловались и она с приторной улыбкой голосом точно хрусталь, пропела:
– Ах, Элизабет, дорогая моя, как же я рада, что ты всё-таки замужем и стала обладательницей не только солидного состояния, но и столь прекрасного мужчины!
Она кокетливо взмахнула пышными и длинными ресницами и, наклонившись ко мне, шёпотом спросила:
– Признавайся, где ты нашла это чудо! Я хочу такого же красавца! Он богат? Знатен? Братья, кузены, дяди, отец, дед, да хоть прадед – кто-то же у него имеется?
– Офи! – фыркнула я и таинственным тоном ответила: – Не стоит тебе даже знать, кто в родственниках моего супруга. Тебе станет плохо, поверь, дорогая.
Джон хмыкнул, так как он прекрасно слышал вопрос девицы и мой ответ, но поступил галантно – сделал вид, что глух и слеп.
– Ты всегда была жадной, – с той же сладкой улыбкой произнесла Офелия и тут же перевела тему: – Тогда позволь мне взглянуть на твоё кольцо… Оу, оно такое простенькое. Неужели твой супруг не смог приобрести нечто фееричное?
Девушка точно монстр вцепилась в мою руку своими клешнями, но таращилась она на Джона. Её идеально выщипанные бровки изогнулись в форму вопросительных знаков.
Надо отдать Джону должное: он вовремя защитил меня от назойливого чудовища.
– Леди, кольцо, достойное моей супруги хранится в магической шкатулке. Элизабет наденет его тогда, когда сама того пожелает. Этих простых обручальных колец нам достаточно, чтобы понимать, кто мы есть.
Офелия сузила глаза, наполненные подозрительностью и проницательностью, и спросила Джона:
– У вас есть титул?
– Да, – ответил Джон.
– И? Я жажду узнать, кто же вы – барон, маркиз, виконт, граф… Ахахах… Только не говорите, что Элизабет вышла замуж за герцога!
Джон ей лишь улыбнулся, а я, сделав кровожадное выражение на лице, заявила ей:
– Титул такой, Офи, что ты в обморок упадёшь, поэтому, узнаешь всё вместе с остальными!
 
Улыбка сползла с её идеального личика, и она прошептала:
– Неужели… герцог?
– Позвольте узнать, кто же стал супругом столь известной личности – Элизабет Ловли? Утолите наше любопытство, уважаемый.
Ну всё, сейчас правда обрушится на неокрепшие и избалованные  умы аристократов. Выдержит ли их психика?
Тут же представила заголовок завтрашних газет: «На свадьбе графини Элизабет Ловли все её гости пали замертво по причине некой страшной тайны… Давайте помолимся об их хрупких душах…»      
* * *
– Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли –
– Я готов удовлетворить любопытство всех собравшихся, – заговорил Джон абсолютно спокойно и с достоинством истинного аристократа, коим он и являлся. – Но предупрежу – сведения обо мне вызовут у вас смешанные чувства и эмоции.
Супруг повернулся ко мне, мягко улыбнулся и нежно поцеловал мою руку с кольцом на пальце, отчего мне стало как-то тепло и приятно внутри. Вроде невинный жест, но, сколько в нём многогранности!
Потом Джон снова взглянул на притихших гостей, и продолжил:
– Вчера леди Элизабет Ловли совершила воистину большой поступок, за который я буду находиться у неё в долгу до конца своих дней.
Хм. А мне с утра заявил, что мы в расчёте. Я спасла его – он спас меня. Мы спасли друг друга и я не забуду этого… Да, верно. Есть поступки, за которые будешь благодарен вечно.
– Элизабет вместе с друзьями освободили от смертной казни ложно обвинённого аристократа – того, кто носил высокий титул, владел магической силой и влиял на судьбы людей… Позвольте представиться… В прошлой жизни – герцог Джон Морган, маг и приближённый к короне человек. Я заявляю, что был ложно обвинён в измене и других преступлениях. Меня лишили титула и заблокировали магию. Я был отправлен на казнь, и для большего унижения мою персону было решено выставить на потеху в клубе смертников, который так любят в вашем королевстве… Как видите, судьба – леди непредсказуемая. Вопреки приговору, я жив. Закон о спасённом смертнике подействовал незамедлительно и мы сразу поженились. Отныне, я – супруг Элизабет и дал ей своё имя – Морган. Да, титула и магии я лишён, но это временные явления. Поэтому, прошу, не судите строго…
Джон замолчал и снова обвёл присутствующих своим прямым, открытым взглядом зелёных глаз.
Люди молча взирали на Джона – кто-то открыл в изумлении рот; у кого-то задёргался глаз; а были и те, кто выкрикнул:
– Ну разве Элизабет не молодчина!
Я просияла натянутой улыбкой и благодарно кивнула своим коллегам.
Это мои сослуживцы радовались, ведь они уже видели заглавную статью журнала и газеты – подсчитывали и смаковали свои будущие гонорары.
Новость-то – огонь!
Ещё никто не помнил, чтобы аристократы столь высокого ранга отправлялись на шоу смертников и уж тем более, чтобы молодая леди спасла несчастного и взяла на себя столь большую ответственность.
Они ведь не знают, что я была под действием дурмана. Отравитель, можно сказать, своим поступком, спас Джона Моргана.
Узнаю, кто это был, расцелую, а потом попрошу Джона выбить ему зубы и сломать все пальцы.
Вот так!
В общем, от истории Джона женщины умиляться и рыдать будут, а между собой обязательно обсудят сплетню и скажут, какая же я дура, но при этом счастливая – такого красавчика отхватила!
Мужчины тоже, кто-то станет осуждать и фыркать, а будут и те, кто подумает – повезло же парню! Действительно же, повезло.
Жаль, леди Милтон нет – она сказала бы, что не удивлена моему столь низкому падению и что я нашла действительно свой уровень – вышла замуж за смертника.
Ха!
Вот будет веселье, когда Джон и правда вернёт свой титул и я стану герцогиней.
Что ж, ради того, чтобы увидеть кисло-изумлённые лица злопыхателей, язвителей, прочих гадов и, конечно же, лицо леди Милтон, я так и быть, выделю Джону средства для его операции – очищения имени от грязи и прочих действий.