Помоги себе сам (СИ)
Я не испытываю ни отвращения, ни злости — я вообще ничего не осознаю и просто пялюсь, откровенно пялюсь, как человек, которого я ненавижу всей душой, обхватывает мужчину за шею и подается вперед, прижимаясь к нему всем телом и углубляя поцелуй. Они пьяны. Бесспорно пьяны так, что вообще не понимают, что делают. Но стоит мне подумать об этом, Андрей распахивает глаза и сразу же замечает меня. Взгляд у него тяжелый, пронзительный, трезвый и злой настолько, что я, все еще шокированный, начинаю спешно пятиться назад.
— Паша! Ты чего? — Дима хлопает меня по плечу до того, как я врежусь в него.
Я вздрагиваю. Оборачиваюсь. Сперва молчу, потом стряхиваю с себя оцепенение, повожу плечом и только отвечаю тихо:
— Ничего. Пойдем отсюда.
— Все нормально? Туалет вообще с другой стороны. Ты не так уж много выпил, чтобы потеряться в четырех стенах, — с беспокойством замечает друг.
— Да голова кружится. Устал, — нехотя бросаю я и спешу поскорее выйти из коридоров.
— Стареешь, брат.
Рассказывать о том, что я увидел, не хочется — я еще сам не знаю, как к Андрею после этого относиться. Тогда, в школе, когда Дима рассказал мне, что у нашего одноклассника отношения с мужчиной, я, наверное, и не поверил-то до конца. Да и провокационная информация меня не особо задела: сам-то я ничего не видел, а фантазировать и представлять ситуацию, которую Дима вообще мог выдумать, было неинтересно. Теперь же все все мое представление об Андрее если не переворачивается, то сильно меняется — и я не могу решить, хорошо это или плохо.
Дима уезжает сразу в аэропорт. Я возвращаюсь домой, измученный и сонный, и, не раздеваясь, падаю на кровать, чтобы тут же провалиться в сон. Думать уже ни о чем не хочется.
Просыпаюсь я критически поздно. Времени нет ни на кофе, ни на завтрак, ни даже на то чтобы полежать пару минут в кровати и морально подготовиться к тяжелому рабочему дню. Я вскакиваю с кровати, спешно одеваюсь и буквально вылетаю из дома навстречу промозглому мартовскому утру.
Я провожу в пробке около полутора часов. Девушка из навигатора предлагает мне маршруты то на минуту, то на пять короче, но все это бесполезно — Москва встала наглухо.
Хозяином быть хорошо — за опоздание в свой собственный салон меня никто ругать не будет. Но дел и встреч такая уйма, что нужно точно поторопиться.
Когда я, злой и сонный, наконец захожу в светлый прохладный зал и хочу было с облегчением выдохнуть, на меня сваливается очередная неожиданность в лице секретарши, бегущей ко мне со всех ног. Не успевает девушка разомкнуть пухлые губы, накрашенные светлой помадой, как я тяжело выдыхаю:
— Что случилось?
— К вам посетитель, Павел Федорович, — сбивчиво отвечает она. — Я рекомендовала ему заехать попозже, но он уже полчаса сидит здесь и очень хочет дождаться вас…
— Пригласи его в мой кабинет. И сделай мне кофе с молоком. Покрепче.
Девушка кивает, а я быстрым шагом направляюсь в уборную. Клиент так клиент. Лучше бы, конечно, он предупредил заранее, но раз уж этот такое важное лицо, что покупку авто можно оформить только через меня — я уже за несколько минут приобрету приветливый и свежий вид.
Полоскаю рот водой, умываюсь, взъерошиваю влажными пальцами короткие светлые волосы и улыбаюсь своему отражению в зеркале — и не скажешь, что этот приятный молодой мужчина не выспался и ненавидит с утра весь мир.
Поднимаюсь на второй этаж, по пути здороваюсь с клиентами и подчиненными. Все уже при деле, все идет своим чередом — даже настроением немного улучшается.
Но стоит мне распахнуть дверь своего кабинета, как все рушится к чертям. Андрей кривит губы в грустной улыбке и, не поднимаясь с кресла, на котором сидит неудобно, чуть ссутулившись, бросает тихое «Привет».
— Какого черта?
Он точно пришел поговорить не о бизнесе. Тем более, в такую рань. На нем вытертые светлые джинсы и тонкая куртка поверх поло, вид такой, будто он не спал и секунды — и где идиота только носило всю ночь после того, как ресторан закрылся?
Я даже забываю о том, что застал Андрея вчера с мужчиной, и мне, вообще-то, стыдно на него смотреть, потому что ярость перевешивает — хочется ударить его прямо сейчас, не раздумывая.
Захлопываю дверь рывком, пинаю кресло так, чтобы Андрей вздрогнул, и на выдохе падаю на свое место. Хорошо хоть секретарша не забыла принести кофе, иначе можно было бы сразу повеситься.
— Так какой леший тебя сюда принес с утра пораньше, да еще и в таком виде?
Андрей остается спокойным и грустным. Я и сам понимаю, что глупо пытаться его задеть, особенно делая акцент на внешнем виде — да, помятый, да, не спал, но одна только куртка на нем стоит не меньше тридцатки.
— Я подожду, пока ты успокоишься, Паша.
Он прикрывает глаза, совсем как тогда, вчера ночью, когда Илья целовал его у стены, но потом вновь поднимает пронзительный взгляд на меня. Меня прошибает холодным потом: неужели он пришел поговорить о том, что я видел то, чего не…
— Я хотел поговорить о работе, — наконец произносит он, и у меня будто камень с души падает. Я благодарен ему. Впервые в жизни. — Ну, почти о работе. Сейчас…
Пока он тянется за мобильником и что-то там листает, я нервно кручу ручку в пальцах — привычка. Все это похоже на какой-то отвратительный розыгрыш, однако Андрей не выглядит веселым. Ему что, реально просто нравится приходить сюда и бесить меня?
Наконец он находит какую-то фотку и протягивает смартфон мне. Я беру. Мы случайно соприкасаемся пальцами — меня будто обжигает холодом.
— На, посмотри. Там еще две фотки. Ты знаешь хоть кого-то из них? Они тоже занимаются продажами.
Я пролистываю плохие, размытые изображения и старательно всматриваюсь в лица. На первой фотке через лобовое стекло старого вишневого автомобиля сняты двое мужчин. Один из них, молодой, наверное, мой ровесник или чуть старше, кажется смутно знакомым. На второй и третьей уже другие люди. Тоже через стекло.
— Вот этого я видел, по-моему, на выставке спортивных авто этим летом, — наконец отвечаю я, все-таки показывая пальцем на молодого мужчину с темными кудрявыми волосами. Потом тыкаю в пожилого мужчину в надвинутой на лоб шапке: — И вот этого там же. Может, это его папаша? Посмотри, как похожи.
Андрей забирает у меня телефон и несколько секунд сосредоточенно смотрит на экран. Я отпиваю немного кофе, потом бросаю беглый взгляд на часы и раздражаюсь еще больше:
— Все, вали отсюда. У меня скоро встреча.
Но мужчина не шевелится, и мне остается только угрожающе сжать кулак и хмуро добавить:
— Проваливай. Или ты у меня в кабинете этих мужиков выслеживать собрался, детектив херов?
Он выключает телефон, но не спешит подниматься. Поднимает голову, гордо, решительно, будто демонстрируя собственное превосходство и неожиданно выдает:
— Мне нужна твоя помощь.
Я открываю было рот, но не нахожу нужных слов. Да чтоб его, с его издевками… Как будто я хоть на секунду поверю, что он опустится до того, чтобы попросить помощи у врага. Нет, за этим всем точно кроется какая-то подлость. Унизить меня решил, вот же…
— Помоги себе сам, уебок, — только выдыхаю я и откидываюсь на спинку кресла.
Андрей ничего не говорит, поднимается и выходит, не забывая погромче хлопнуть дверью и наконец-то оставляя меня одного.
========== 4. ==========
Больше Андрей ко мне в офис не наведывается: видимо, находит кого-то другого, кого можно донимать странными разговорами и просьбами. Примерно через пять дней мы пересекаемся на конференции, но бывший одноклассник удостаивает меня только презрительным взглядом и даже не подходит.
Но когда Андрей не является ни на еженедельное собрание, ни на закрытую автомобильную выставку, куда он, конечно же, был приглашен, я удивляюсь и даже внутренне ликую: похоже, он наконец-то решил сменить сферу деятельности. Туда ему и дорога. Пусть занимается чем угодно, от дизайнов интерьера до попрошайничества, лишь бы не на моих глазах.