Помоги себе сам (СИ)

Он ударяется лопатками о бетон. Прерывисто выдыхает и рывком высвобождает запястье.
— Что именно ты знаешь?
— Ты влип в какое-то дерьмо. Ты общаешься с Гришей. И ты наверняка в курсе, где он был сегодня, — произношу быстро и уверенно.
Андрей теряется, хмурится.
— Тебе что, Игорь сказал?
— Нет. Я просто был там же. У гаражей Ильи.
Андрей меняется в лице, обоими руками вцепляется в куртку на моих плечах.
  
— Какого черта?! Это опасно, мать твою, это очень опасно!
— Так что ж ты отправил своего нового друга туда одного? — ухмыляюсь. Весь этот день — просто какой-то нескончаемый кошмар.
— Он не должен был быть один! Черт, черт…
Андрей отшатывается, прислоняется к стене, закрывает руками лицо. Я немного смягчаюсь. Ярость отступает, постепенно сменяясь волнением.
— Ни его, ни меня не заметили, если что.
— Ты вообще не должен был в это лезть! — Андрей снова вскидывает голову. Глаза болезненно блестят, на лице — отчаяние. — Это моя личная проблема! Я просто хочу отомстить и я сделаю это без твоего участия!
— Андрей, послушай… — делаю шаг к нему, хочу взять за руку.
Он не дается. Кричит мне в лицо:
— Нет, не послушаю! Илья разорил меня, поэтому я сделаю то, что должен! Или ты хочешь, чтобы этот чертов наркоман еще и изуродовал меня так же, как Гришу?!
— Андрей, пожалуйста…
— Ненавижу, ненавижу, ненавижу… Ненавижу его!
Он сползает по стене на пол. Подтягивает колени к груди, обнимает себя руками, прячет лицо, тяжело дыша.
Я опускаюсь рядом. Обнимаю, глажу по плечам. Господи, и за что мне это наказание?
— И не смей запрещать мне и говорить, что это опасно, — добавляет он уже тише. — Меня это не остановит.
— Я сделаю все, что ты скажешь, чтобы помочь обеспечить твою безопасность, — произношу тихо, но уверенно. — Я просто очень переживаю за тебя.
— Я за тебя тоже. Я очень испугался. Я так и знал, что ты выкинул какую-нибудь хрень.
Андрей подается навстречу, наконец тоже обнимая меня. И плевать, что мы сидим на полу в коридоре. Плевать, что закатили истерику, как подростки. Плевать, что на мне все еще куртка и обувь. Плевать на все.
Андрей шмыгает носом и прижимается теснее. Я обхватываю ладонями его лицо и покрываю поцелуями бледную кожу. Скулы, щеки, лоб, веки, губы — просто потому, что я правда жить без него не смогу.
— Паш?
— Мм?
И очередной поцелуй, долгий, такой, что сбивается дыхание и по телу бегут мурашки. Его пальцы сжимаются у меня на плечах — на этот раз не угрожающе, а просто уверенно.
— Возьми меня. Хочу расслабиться. С тобой.
Я сперва теряюсь, потому что все кажется не подходящим: и обстановка, и предшествующие события — а потом сдаюсь. Подхватываю его на руки, с трудом поднимаюсь с пола — я очень устал за сегодняшний день.
Опускаю его на кровать и Андрей тут же тянет меня к себе, целует жадно, одновременно пытаясь помочь мне стянуть куртку, а затем и рубашку. Обычно мне нравятся долгие прелюдии и нежность, но сегодня все происходит стремительно и порывисто.
Нет ничего лучше, чем целовать его обнаженное тело. Андрей стаскивает с меня белье и обхватывает ногами мои бедра — внизу живота разгорается возбуждение.
Мягко касаюсь губами его шеи, спускаюсь ниже, к ключицам, не выдерживаю, прикусываю мягкую кожу, а потом скольжу языком по легкому отпечатку зубов. Андрей тяжело дышит, скользит пальцами по моим спине и плечам, царапает, выгибается под моими прикосновениями.
В паху так сильно тянет, что уже нет сил терпеть. Андрей тоже очень возбужден, поэтому он с готовностью разводит ноги, когда я выдавливаю на пальцы смазку и ввожу сразу два. Андрей сжимает губы и зажмуривает глаза.
Почти сразу, так и не растянув толком, сменяю пальцы членом. Андрей распахивает глаза, выдыхает, и, как только я делаю первый толчок, стонет и запрокидывает голову.
Двигаюсь резко, часто, с силой сжимая пальцы на его бедрах. Жарко. Тесно. До невозможности хорошо.
Продержаться подольше не получается — на нас обоих сказываются напряжение и усталость. Кончаю и рукой довожу до оргазма и Андрея. Без сил падаю на постель рядом с ним, пытаясь отдышаться.
Несколько минут лежим молча, потом Андрей тянется к тумбочке за салфетками и вытирает меня и себя. Потом находит на полу мое белье, кидает мне, одевается сам. И возвращается обратно в постель.
— Прости, что накричал на тебя, — извиняется тихо, придвигаясь ближе. Я переворачиваюсь на бок, обнимаю его. — И что замахнулся. Просто нервы…
— Я понимаю. Я сам такой. Психанул, не сдержался.
Андрей тепло дышит, уткнувшись носом в мою грудь. Все-таки как же хорошо с ним.
— Ты так больше из-за беспокойства, или из ревности? — интересуется тихо
— Первое. И второе тоже, если честно.
Андрей улыбается, несколько секунд медлит, потом отвечает:
— Все равно без риска в жизни никуда. А ревновать-то меня и не к кому. Ты думал, я свяжусь с Гришей? Себе дороже. Перед Игорем еще потом отвечать… Он о нем печется, как о младшем брате. Да и разве ты не знаешь, что я чувствую к тебе.
Киваю. Молчу. Измена наверное, все-таки, не так сильно обидела и разозлила бы меня, как если бы с Андреем что-то случилось. Я бы тогда с ума сошел.
— Ты точно уверен, что твоя месть… стоит того? — спрашиваю наконец.
Андрей даже не думает, а сразу отвечает — будто не понимая, почему я вообще мог усомниться в этом:
— Конечно. Как ты прикажешь мне жить, зная, что кто-то будет продолжать безнаказанно пытаться тянуть из меня деньги и трепать мне нервы? Хочу покончить с ним раз и навсегда.
— Как?
Вопрос повисает в воздухе. Теперь Андрей задумывается надолго, то ли придумывая ложь, то ли действительно все еще не зная, что они с Гришей собрались делать.
— Напугаем немного. Покажем, что у нас тоже есть сила. Без уголовщины, конечно. Не хочется потом полжизни сидеть за этого ублюдка.
— Господи, Андрей, только не перегни палку…
— Я же не идиот, Паш. Все будет хорошо. Спи.
Усталый, я действительно засыпаю очень быстро, хотя тяжелые мысли не дают покоя и едва ли не преследуют во сне.
Утром я отвожу Андрея на работу и нарочно подольше задерживаюсь у его офиса. И даже не затем, чтобы проверить, не сбежит ли он по каким-то своим делам, а чтобы убедиться, что никто не следит за ним. Но вокруг нет ни подозрительных людей, ни машин, так что немного успокоенный я вскоре уезжаю.
Уже у себя в кабинете, параллельно разбирая бумаги, пытаюсь дозвониться до Игоря. Он сбрасывает несколько раз, так что приходится ограничиться смс-кой. Отвечает он уже много позже, вечером, и я признаюсь, что разговор совсем не телефонный, и прошу о встрече. Игорь, конечно же, сразу понимает, что что-то не неладно, и предлагает приехать прямо к нему домой.
========== 21. ==========
Я надеюсь, что обсудить все с Игорем получится быстро, чтобы не пришлось снова ссориться с Андреем из-за моего позднего возвращения да и не только. Полученную вчера информацию я не могу переварить до сих пор и решительно не знаю, что предпринять на этот раз — прошлые мои попытки, когда я еще не знал всей ситуации, ничем не помогли.
Прощаюсь с сотрудниками и поспешно выезжаю, так и бросив отчеты на столе.
Двор Игоря в вечерних сумерках оказывается гораздо менее приятным, чем я представлял его тогда, в темноте. В этом вся Москва, особенно ее центр: опрятные отреставрированные фасады сталинок и до ужаса грязные дворы. Печальное зрелище.
Я с трудом нахожу место, чтобы припарковаться, и наконец иду к подъезду.
Игорь открывает подъездную дверь почти сразу, когда я набираю на домофоне номер квартиры. Один этаж я преодолеваю очень быстро, а потом замедляюсь. Не потому, что я устал или мучает одышка — с этим у меня все в порядке — а потому, что в тысячный раз прокручиваю в голове фразы, которые либо будут произнесены, либо так и останутся навсегда только в моей голове.
  
Наконец я оказываюсь на пятом, минуты три мнусь на пороге и наконец давлю на звонок.