Помоги себе сам (СИ)

Наверное, я тоже выгляжу не слишком-то растерянным, поэтому и ему становится неприятно. Парень отлипает от стены, хочет было скользнуть вправо, поближе к машине, но я замираю напротив и упираюсь рукой в холодный бетон рядом с его головой.
— Мы тогда и познакомились. Я увидел его впервые и ничего толком не знаю, — отвечает он, едва ли не с вызовом глядя мне в глаза. — А твое какое дело, а?
  
— Неважно, — бросаю коротко, но руки не убираю. Мне тоже некомфортно и боязно. Я сильнее его физически — но у таких как он всегда имеется нож в кармане. — Ты слышал что-то о нем до этого?
— Да пару фраз всего, не больше. Чего ты доебался то до меня? — Гриша мрачнеет и давит сигарету подошвой черного кроссовка.
— От кого ты слышал и что? — продолжаю я. Узнать все подробности для меня сейчас кажется едва ли не самым необходимым в жизни.
— Да отвали ты от меня! Его самого спроси, что о нем говорят, и кто! А я, блять, никого за спиной обсуждать не собираюсь.
Гриша хочет было оттолкнуть меня и отойти, как мне на плечо ложится тяжелая рука. Оборачиваюсь и тут же встречаюсь взглядом с Игорем. Он не выглядит разозленным, но его пальцы крепко сжимаются на моей куртке, что говорит само за себя.
— Что у вас случилось?
— Ничего. Просто Гриша излишне эмоционально реагирует на вопросы, — отвечаю коротко и жестко. — И не трогай меня.
Игорь поспешно убирает руку, понимая, что еще немного — и мог бы перегнуть палку.
— Извини. Не хотел бы ссориться, — произносит мужчина, потом бросает быстрый взгляд в сторону Гриши, который уже стоит у машины, и добавляет: — Он все еще плохо себя чувствует из-за травм, так что серьезные вопросы лучше решай со мной.
— Договорились, — киваю.
— Удачи.
Игорь быстро поднимает руку в прощальном жесте и спешит к машине. Я тоже ухожу, не оборачиваясь, и только слышу, как шуршит шинами автомобиль.
========== 18. ==========
То, что это именно Игорь рассказывал Грише об Андрее, я даже не сомневаюсь. Так же как и в том, что вытрясти из него, что именно он слышал, не выйдет. Но я все равно хочу продолжить пытаться докопаться до правды. И только на секунду задумываюсь: а нужно ли мне это вообще?
Андрей лежит на животе, подложив под себя подушку, и что-то читает с экрана ноутбука. В комнате темно, на часах уже давно за полночь — но нам обоим не спится. Яркий экран подсвечивает его лицо, и я то и дело бросаю на него взгляд, будто боясь, что Андрей может куда-то исчезнуть. Я и правда боюсь: в последнее время он какой-то напряженный и грустный.
Пользуясь тем, что ему не видно экрана моего ноута, лежащего на коленях, пролистываю одну за одной страницы с именем и фамилией Гриши. Искать Игоря было бы, конечно, продуктивнее, однако о нем я знаю еще меньше.
Ничего интересного не находится. Только личный аккаунт Гриши в одной из социальных сетей, куда он выложил несколько фото машин и подборку музыки — какой-то малоизвестный русский рэп.
Это утомляет. Так и не найдя ни одного факта или зацепки, захлопываю крышку ноутбука и откладываю его на тумбочку.
Перевожу взгляд на Андрея. Его лицо, подсвеченное монитором, кажется неестественно бледным. Почти болезненным.
— Андрюш, — зову тихо по имени. Мне кажется, я впервые называю его так. Хочется повторить еще раз, попробовать на вкус уменьшительно-ласкательный вариант его имени, но вместо этого прошу: — Иди ко мне.
Он выдыхает устало, выключает компьютер и тянется ко мне. Усаживаю его к себе на колени, обнимаю крепко, наслаждаясь его теплом.
 — Знаешь, мне стала снова река сниться, — медленно произносит он, прикрыв глаза и устроив голову у меня на плече. Голос, чуть хриплый, так неожиданно разрезает тишину, что я едва не вздрагиваю. — Я уже не просыпаюсь с криками, как раньше, конечно, но все равно как-то не по себе.
— Может быть, ты просто слишком часто вспоминаешь это? — осторожно глажу его по плечу и теснее прижимаю к себе. Мне тоже становится как-то боязно и неуютно, потому что черная вода и Андрей на самом краю намертво впечатались в мою память.
— Да нет. Стараюсь не ворошить прошлое, — только бросает он, делает паузу, кусает губы и наконец добавляет: — Зато кое-кто другой только и делает что, копается в старом дерьме.
— Конкретнее.
— Помнишь того наркомана с фотки? Илью? Вот не живется ему нормально, — нехотя поясняет Андрей. — Звонил мне сегодня днем, хотел встретиться, извинялся и втирал что-то про сотрудничество. Деньги ему опять нужны, вот что.
— Я надеюсь, что он не знает, где ты живешь?
— Вряд ли. Я прописан у родителей и не появлялся там сто лет, но он вполне может узнать, что я общаюсь с тобой, — его тон кажется мне даже слишком неестественно спокойным.
— Это может быть опасно, Андрей, — серьезно произношу я. — Если нужно, я сменю тебе машину, а эту верну в салон на тест драйв. Или буду всегда подвозить тебя с работы. Я не хочу, чтобы он что-то сделал тебе.
— Я… Да, это хорошая идея, с машиной. Спасибо, — нерешительно соглашается Андрей и отстраняется, чтобы выбраться из моих объятий и просто вытянуться на кровати. Потом тянет меня за руку и просит: — Давай спать, я устал.
Я выключаю ночник, устраиваюсь подле него и накрываю нас обоих одеялом. Андрей засыпает почти сразу — дыхание становится реже, разжимаются пальцы, до этого смыкавшиеся на моем запястье.
Мне же сон никак не идет. Я действительно переживаю за Андрея и складывающаяся ситуация кажется мне чуть ли не катастрофой. Раньше мне никогда не приходилось сталкиваться с людьми, типа этого Ильи и тех же Игоря и Гриши. Я крутился среди таких же бизнесменов и всегда знал, как себя с ними вести и что от них ожидать — здесь же я не могу быть уверен ни в чем.
Удостоверившись, что Андрей крепко спит, тянусь к тумбочке за телефоном. Еще раз просматриваю фотографии, подолгу задерживаясь на спокойном лице молодого человека с темными кудрявыми волосами. Здесь и не скажешь, что он конченный наркоман и подонок — вполне интеллигентный молодой человек. Честно говоря, на роль главного ублюдка, зависимого от веществ, больше всего подходит Гриша — как обманчивы внешность и первое впечатление…
Еще несколько минут я трачу на то, чтобы рассмотреть фото Игоря. Вспоминаю наш разговор у салона: кажется, его тогда реально задело то, что я устроил его другу едва ли не допрос. А ведь Гриша не маленький мальчик, чтобы за него так заступаться. Странно все это.
Наконец я пишу Грише и прошу дать номер Игоря. Он читает сообщение почти сразу, но не отвечает. Я ожидаю что-то из серии «а зачем тебе?» или хуже, но спустя несколько минут он действительно просто скидывает последовательность цифр, никак это не комментируя.
Я отправляю Игорю фото Ильи и подписываю коротко «Я знаю, что вы знакомы. Мне нужно увидеться с ним или поговорить по телефону.»
Жду немного, а потом откладываю смартфон в сторону — уже поздно, и вряд ли такой непростой вопрос решится прямо сейчас.
На несколько часов я проваливаюсь в тяжелую, тревожную дрему. Мне мерещатся какие-то пятиэтажки, дворы, кусты, странные люди и череда незнакомых лиц. Я то и дело просыпаюсь, ворочаюсь, устраиваясь рядом с Андреем или обнимая его. Окончательно просыпаюсь я от того, что тихо звонит телефон, при этом неприятно вибрируя и гудя.
— Ало? — выскальзываю из-под одеяла и выхожу из комнаты, чтобы не разбудить Андрея. Мельком бросаю взгляд на часы — три утра.
— Павел? Извини, что так поздно. Или рано, — Игорь усмехается. Его голос кажется очень усталым.
— Ничего. Я слушаю, — быстро пересекаю коридор, сворачиваю на кухню и останавливаюсь у окна. Сонный город, видный отсюда, как на ладони, тонет в предрассветных сумерках.
  
— Я не знаю и знать не хочу, какого черта тебе понадобился Илья, но советую не связываться с ним вообще. От греха подальше, — серьезно произносит он. На фоне у него что-то шуршит, на пару секунд слышится чей-то неразборчивый голос. — Координаты я дам, конечно, но, повторюсь, — с ним нужно быть очень осторожным. И я бы не рекомендовал ехать одному.