Целительница в бегах, или Истинных нам не надо! (СИ)

— Значит так, я насчитала пока семь человек, не считая Рыжего Глаза, — продолжила я наблюдение. — Он их выстроил в шеренгу и ходит туда-сюда, отчитывая. Пытается выяснить, кто свистнул ковер и диван, — из меня вырвался смешок. — Грозит жестокой расправой. Машет кулаком… А теперь достал нож.
— Большой? — уточнил Вельт.
— Нож? Нет, чуть больше кухонного. Бросил его в дерево. Все еще злится. Кричит опять.
  
— Я слышу, — хмыкнул Велтимор.
— Дает время до следующего утра, иначе наказание получат все, — передала снова я.
— А теперь хочу жрать! — рявкнул Рыжий Глаз громко, что и эхом работать не пришлось. — Фрид, иди готовь обед! Только шустро!
— Кажется, нас скоро покормят, — заметил Велтимор.
— Все, спускайте меня, все разошлись, — сказала я.
Он поставил меня на ноги, надо сказать, весьма бережно. Я наконец смогла оправить платье и разгладить складки на юбке. Затем оценивающе посмотрела на Вельтимора.
— Что опять? — он изогнул бровь.
— У нас осталось не больше часа, чтобы привести вас в порядок.
— В смысле? — Вельтимор чуть попятился.
— Рыжий Глаз желает видеть госпожу за своим столом. Прекрасную госпожу, а не внезапно потерявшую все свои прелести, — ответила я. — Так… Так-так… Что у вас под юбкой?
— Нэсса Иветта… Что за распутные вопросы? — его губы стали расползаться в ухмылке. — Вы действительно желаете видеть то, что у меня под юбкой? Прямо здесь? Это так неожиданно, но…
— Подъюбник есть? — перебила я его.
— Не знаю, — лицо Вельтимора стало озадаченным. — Вроде, нет. Только подштаники. Простите за откровенность.
— Дайте посмотрю сама, подъюбник может быть пришит к верхней юбке, — я подошла к нему и приподняла подол.
— Чувствую себя странно. Даже не думал, что когда-нибудь кто-то будет заглядывать мне под юбку, — проговорил Вельт.
— Ну простите, — отозвалась я, отмечая, что мои ожидания оправдались: второй слой ткани под юбкой был.
— Ничего, продолжай. Было бы намного хуже, если бы на твоем месте был Рыжий Глаз.
— Надо оторвать кусок ткани, — сказала я. — Побольше.
— Сейчас сделаем, — Велтимор рванул ткань подъюбника, и та быстро поддалась, оторвавшись почти ровной полосой.
— Отлично, — удовлетворенно проговорила я. — А теперь еще на две ровные части.
Вскоре у меня в руках было два одинаковых куска ткани. Я начала их сворачивать так, чтобы превратить в некое подобие шара.
— Что это? — Велтимор с любопытством наблюдал за мной.
— Ваша грудь, которая исчезла вместе с криальской шторой.
Вельтимор взял шар в ладонь и подбросил его:
— Неплохой размер и форма.
— Тогда вперед, — сказала я, снимая с себя плащ. — Найдите им место в своем декольте, и продолжим. И накиньте на себя мой плащ, чтобы скрыть дырки на спине. Вы должны быть безупречны.
— Безупречности мне не занимать, — Вельт с усмешкой стал запихивать шарики в платье.
— Так, теперь прическа. Сядьте!
— Как скажешь, моя целительница, — он опустился на пол.
Я подняла его волосы вверх, прикидывая, как их лучше уложить.
— Нет, лучше оставим распущенными, — вынесла я вердикт. — У вас слишком мощная шея. И плечи тогда выглядят еще шире.
— Звучит так, будто это не комплимент.
— В нашем с вами случае именно так. Не комплимент, — я вздохнула. — Ладно, оставим. Повернитесь ко мне лицом.
— Ну здесь точно придраться не к чему, — он лыбился.
— Увы, есть. Покусайте губы и пощипайте щеки. Вот так, — я показала на себе.
— Зачем? — опешил Велтимор.
— Чтобы придать лицу естественных красок. Так делают многие девушки.
— Правда? Кто бы мог подумать, — он начал осторожно кусать свои губы.
— Энергичнее, к ним должна прилить кровь! Вот так! Старайтесь делать это почаще. И про щеки не забывайте. Нам нужен румянец.
Нас отвлекли шаги за дверью. Вскоре она распахнулась, явив одного из разбойников:
— Рыжий Глаз ждет вас к обеду, красавицы. Поторопитесь. Он не любит ждать.
— Ну что ж, — Вельтимор поднялся и отряхнул платье. — Повеселимся? — и подмигнул мне.
  
Глава 4
 
Вельтимор Брисед
Ситуация была наиглупейшая и вызывающая беспокойство. И скрасить ее могли только две вещи: он был здоров, и рядом была очаровательная целительница. Наконец Вельтимор мог оценить ее по достоинству и уже в ясном сознании: девушка была не только хороша собой, но еще и умна. Последнее, конечно, могло вызвать некоторые трудности в общении, но и определенное любопытство тоже. Впервые Вельт не мог предугадать, как дальше себя поведет женщина и о чем она сейчас думает. И это, оказывается, очень будоражило.
А еще ему хотелось заставить ее улыбаться. Он видел ее мимолетную улыбку всего пару раз, в остальное же время целительница оставалась предельно серьезной. И шутки его никак не желала воспринимать. От этого Вельт чувствовал себя дураком и еще больше стремился рассмешить ее.
Отдельным пунктом в его текущих проблемах стояло проклятое платье. Вельтимор уже тысячу раз пожалел, что натянул его в ту недобрую минуту, хотя и нужно отдать должное: именно благодаря нему он и целительница пока живы. Однако Вельту до демонов хотелось поскорее переодеться в нормальные вещи и перестать участвовать в этом шапито. Вспомнить, что он мужчина. Но для начала нужно было выбраться из разбойничьего логова.
— Давайте, давайте, шевелитесь, нэссы, — подгонял их с Иветтой неприятного вида мордоворот. Вельтимор едва подавлял в себе желание схватить его за грудки и встряхнуть хорошенько.
Целительница хоть и сохраняла внешнее спокойствие, напряженные плечи и спина все же выдавали ее страх.
Из подвала, где они находились раньше, их провели вверх по узкой скрипучей лестнице, затем по коридору первого этажа с тусклым освещением. Вельт насчитал три двери, мимо которых они прошли. Затем повернули налево и оказались в небольшом зале, по всей видимости, служившей разбойникам столовой. По центру стоял накрытый к обеду стол, за которым в кресле восседал тот самый рыжий мелкий хмырь, считавшийся у них тут за главного. При их появлении он ощерился в попытке улыбнуться, во рту сверкнул золотой зуб.
За дальним длинным столом сидели другие разбойники, вид у них был неважный: потрепанный и напряженный, правда, во взглядах, устремленных на него с целительницей, горело плохо скрываемое любопытство. Похоже, все ждали некоего представления.
Их провели к центральному столу и усадили напротив главаря.
— Давайте знакомиться, нэссы, — он ухмыльнулся. — Прошу прощения, что пришлось похитить вас, но такая уж у нас неблагодарная работа.
— И с какой целью вы нас похитили? — имитируя женский голос, спросил Вельтимор. — И что с моими слугами?
— Какие слуги? Был кто-то еще? — Рыжий Глаз посмотрел на своего помощника, который застыл за его спиной.
— Был один чудак, который пытался помешать нам, но мы его вырубили и привязали к дереву, — ответил тот. — Думаю, его уже съели волки.
А вот Вельтимор так не думал: по всей видимости, они говорили о Пене, а значит, всегда незаметному Шульту удалось и тут скрыться. И он мог потом вернуться за Пеном. Эта новость вселила надежду и приободрила.
— Бывает, — Рыжий Глаз пожал плечами. — Не расстраивайтесь, нэссы, все вот эти достопочтенные люди, — он махнул в сторону разбойников и ухмыльнулся, — с радостью станут вашими слугами. Хоть и на время. Так все же, как ваше имя?
— Я — Виола Тарго, — Вельт манерно поджал губы, копируя одну из своих бывших пассий. — А это моя компаньонка Ивари. И мы требуем нас немедленно освободить.
Рыжий Глаз расхохотался, за ними загоготали разбойники.
  
— Это исключено, нэсса, — сказал он потом. — Но у меня для вас есть другое предложение. А пока выпьем вина. Фрид, разлей нам!
Вино, что на запах, что на вкус оказалось ужасным. Вельтимор лишь пригубил из кубка, а Иветта даже не притронулась.
Зато Рыжий Глаз вливал в себя стакан за стаканом и обильно закусывал жареным мясом. Разбойники, глядя на главаря, тоже не отказывали себе в выпивке и еде. Охмелевший взгляд Рыжего Глаза все больше останавливался на Вельте, приобретая похотливые оттенки. Особенно его привлекали выпуклости в районе груди, в создании которых так постаралась Иветта.