Да здравствует магия! 3 (СИ)

— Считаете, зря купил?
— Если бы я так считал, не дал бы вам этого сделать. — Юрист тихо засмеялся. — Нет, вы очень хорошо проанализировали бумаги. Да, долги есть, но с вашей хваткой вы погасите их очень быстро. Собственно, этим вы меня и удивляете — цепкостью. Когда вы, говорите, впервые услышали предложение о продаже?
— Вчера. — Я развёл руками. — Ну, я просто подумал, что такие возможности нельзя упускать.
  
— Да и при этом, насколько я понял из документов, изначально Евгений Александрович пришёл с другой ценой.
— Он хотел триста, но я посчитал, что это дороговато.
— Фантастика. — Подушкин неверяще покачал головой. — Вы скинули двести пятьдесят миллионов, провели сделку за день, и при этом у графа даже не возникло ощущения, что его дурят. Я следил за ним сегодня, и он был очень доволен.
— Ситуация победитель-победитель, разве не так должны проходить все хорошие сделки?
— Наверное. — Барон протянул руку к графину, но я опередил его и сам наполнил его рюмку.
— За нового владельца карьера! — провозгласил собеседник, и мы снова выпили.
За дверью раздались шаги, и вскоре на столе появилось горячее.
Минут десять мы молча наслаждались жареными птичками с соусом и запечёнными овощами.
— Денис Анатольевич, — утолив голод, заговорил я. — Извините, что за едой на мрачные темы, но до меня тут дошли слухи о массовых убийствах в городе. И что якобы за этим стоит Коготь. Вы что-то знаете об этом?
— Очень интересно. — Юрист глотнул яблочного сока и промокнул губы. — А ведь я сам хотел с вами именно об этом поговорить.
— Что, это действительно он?
— Это он, но Коготь всего лишь шестёрка, и ситуация намного хуже. — Подушкин понизил голос и дал мне знак закрыть дверь на щеколду.
— Слушаю.
— По правде сказать, я хотел об этом поговорить немного позже, так как у меня нет нескольких доказательств, которые окончательно соединят разрозненные элементы в единую картину, поэтому все имена я сейчас называть не буду, для вашей же безопасности. — Мой собеседник вздохнул и последнюю фразу произнёс совсем тихо: — В общем, у меня есть основания полагать, что в империи зреет глобальный заговор.
Не ожидая такого перехода, я на несколько секунд завис, а барон, не дожидаясь меня, выпил очередную рюмку, после чего достал из кармана монетки, возможно, специально приготовленные, и, отодвинув посуду, стал раскладывать их на столе.
— Пятьдесят копеек — это фигуры первого порядка. Их немного, и они всем управляют.
— Князья? — уточнил я.
— Это сейчас несущественно, — уклонился от ответа Подушкин и положил на стол несколько десятикопеечных монет. — Это управленцы на местах. Тут могут быть аристократы или даже простолюдины на высоких постах. А пятикопеечные, которых больше всего, — это руки, которым пообещали золотые горы. Впрочем, среди них могут быть и идейные. Скорее всего, Коготь относится к таким. Всё понятно?
— Кроме того, зачем нужны монеты, — усмехнулся я.
— О, простите, Михаил Ярославович, это всего лишь привычка. — Юрист рассмеялся. — Она помогает структурировать мысли, да и, между нами говоря, не все из моих клиентов так умны, как вы, порой такая банальная демонстрация позволяет им лучше воспринимать ситуацию. Итак.
Барон поставил перед собой солонку и пододвинул к ней три десятикопеечные монеты.
— Солонка — это Волхов.
— Это три монеты символизируют «Тигров», «Метрострой» и «Сапёров» — спросил я.
— К сожалению, нет. — Барон поправил очки и посмотрел на меня. — Одна монетка — это весь контролируемый Когтем альянс, который, к слову, за последние недели сильно разросся. Как оказалось, младший брат намного деятельнее и, по правде сказать, опаснее Шерхана. Ещё одна монета — это некий высокопоставленный чиновник. А третья — это граф Б.
— Вы узнали, кто он⁈ Они работают сообща?
— Да, они работают сообща, а на первый вопрос я вам пока не хочу отвечать… И не надо делать такое лицо, ваше благородие, а то мне начинает казаться, что я с вашим батюшкой Ярославом говорю. — Подушкин тепло улыбнулся и продолжил: — Поверьте, как только буду во всём уверен, я вам сразу же сообщу. Правда, возможно, уже после того, как всё будет кончено.
— Кончено? Вы собираетесь с ними разобраться? — Я невольно повысил голос. — Я хочу в этом участвовать!
— Понимаю и одобряю ваше желание, но вынужден отказать. — Он пожал плечами и снова наполнил рюмку. — Вы делаете очень большое дело, делаете его быстро и хорошо. Продолжайте, а этим займутся другие люди. Более опытные в подобных вещах. Пока же я попрошу вас не вмешиваться, а если к вам кто-то придёт и сделает… так сказать, очень необычное предложение, вам стоит сказать, что подумаете, и сразу же тайно сообщить мне. Повторю, тайно, вообще-то не очень хорошо, что мы сейчас с вами тут вдвоём сидим, но у нас есть повод, так что бог с ним, но… давайте заканчивать.
— Лучше бы вообще не начинали, — проворчал я.
— Да нет, такие вещи стоит проговаривать, а то вы человек молодой и горячий, можете и сами начать действовать, а это их спугнёт. Поверьте, если мне понадобится помощь, своего первого посыльного я отправлю к вам. Идёт?
Юрист поднял рюмку.
— Идёт, — нехотя пробормотал я и допил пиво. — Но моя бессонница на вашей совести.
— Да полно вам! — Подушкин махнул рукой. — Уверен, вы засыпаете сразу, как закрываете глаза.
— Есть такое… О! Вы хоть скажите, а эти, — я ткнул пальцем в самые крупные монеты, — чего хотят? Власти?
— Разного. — Юрист снял очки и принялся протирать их специальной тряпочкой. — Но позвольте на этом всё-таки на сегодня закончить. При всём моем уважении, это люди не нашего с вами полёта. Наша текущая задача — разобраться с мелочёвкой в Волхове и, может быть, в Саратове. Серёжа, посчитай нас, пожалуйста!
Последние слова барон крикнул, и уже через несколько секунд в кабинку влетел официант.
Ну и ладно. Скорее всего, старый и опытный друг Мишиного отца прав. Куда в мой график вписать ещё и войну с альянсом Когтя, графом «Б» и ещё каким-то чиновником. Уж не говоря про других важных птиц.
Всему своё время.
Я расплатился, и вскоре мой кортеж ехал в сторону моих новых владений, где получившие сообщение ребята под командованием Шаповала уже должны были начать работы.
* * *
— Подводя итог, — устроившийся рядом со мной на заднем сиденье внедорожника Шаповал пролистал несколько страниц и вернулся к началу нового блокнота, — начинаем с укрепления центра Зари. Забор пока не ставим, просто соединяем дома цепью баррикад. Чтобы монстры не лезли наружу зачищаем первые этажи всех ям на нашей территории, а также по дороге до Волхова. Пробуем привлекать к этому тех людей, что живут на этой самой дороге. Также полностью закрываем те ямы, которые мешают проезду или работам. Дальше…
Он перелистнул страницу.
— Даём объявление во все газеты о том, что земли теперь принадлежат барону Жарову и что карьер скоро заработает, а если люди хотят вернуться, то пусть не тянут, иначе потом мы их дома займём.
— Думаю, этим я Аню попрошу заняться, — сказал я. — Всё равно она об этом писать будет, пусть потом конкурентам копию продаст.
— Продаст — это хорошо, — хохотнул Макс, а потом ткнул пальцем в лобовое стекло. — Слушай, надо бы по этой дороге провода починить, фонари хоть изредка включать и парочку указателей поставить на основных перекрёстках, а то скоро начнёт рано темнеть, боюсь, люди плутать будут.
— Да, запиши это тоже, — кивнул я.
Шаповал записал и стал читать дальше.
— Запустить ретранслятор и радио, чтобы всегда была связь с Афонино и нашим офисом в Волхове. Прикинуть, сколько ещё нужно техники, и найти её. Взрывчатку и другие материалы тоже. Ну и на поезде доехать до Саратова, чтобы из него там сделали поезд-убийцу.
  
— Это самое крутое! — Максим хлопнул ладонью по рулю. — Я фильм видел, там на поезде толпу зомби раздавили. Тоже так хочу.
— У нас нет зомби, тьфу-тьфу-тьфу. — Шаповал постучал костяшками пальцев себе по голове. — Ну, вроде все.