Да здравствует магия! 3 (СИ)

Баллоны перелетели через стену, и их практически одновременные взрывы перекрыли даже грохот стрельбы. А ещё через секунду, когда стремительно распространяющийся газ накрыл большую часть деревни, стрельба резко оборвалась, а до нас донеслись крики боли.
— Огонь! — заорал я и, вскочив, принялся стрелять по мечущимся по стене силуэтам.
Фигуры закончились очень быстро, и по моей команде немного замедлившийся было самосвал снова ускорился и с рёвом пронёсся мимо.
  
— Группа один, по машинам!
Я запрыгнул на заднее сиденье, и Макс дал по газам.
Прямо на наших глазах, практически не потеряв в скорости, самосвал пробил деревянную ограду и, оставив огромную дыру, ворвался внутрь.
Мы влетели следом, и, убедившись, что с момента взрыва баллонов уже прошла минута и десять секунд, я выскочил из машины и принялся отстреливать носящихся и орущих защитников.
— Синий дом, второй этаж!
— Куда собрался, гандон⁈
— Вася, прикрой!
— Колян!!!
В десяти метрах от меня упал боец. Я рванул к нему и сначала помог оттащить за машину, а потом распахнул куртку. Пуля попала в живот.
— Я умру⁈ — прохрипел раненый, судя по всему, один из тех, кто пришёл совсем недавно.
— По-любому, — хмыкнул я, — но не сегодня.
Из моих рук полилась энергия, а рана стала стремительно затягиваться.
— Что это⁈ — выдохнул второй боец.
— Магия, блин! — заржал я. — А ты чего сидишь, дел нет?
— Виноват! — боец отвернулся и снова вступил в бой.
Пока я лечил этого дружинника, ранения получили ещё двое, но их очень оперативно взяли в оборот Петя и Лера.
С каждой секундой в деревню въезжало всё больше наших машин, и без того слабое сопротивление очень быстро сошло на нет. Большая часть защитников собрались со стороны нашего оцепления, и они погибли, так и не придя в себя после газа.
Через десять минут вся деревня была под нашим контролем. Вся, кроме трёхэтажного кирпичного дома, который облюбовал и в котором забаррикадировался сам Ипполит Светлов.
— Всем сложить оружие и выйти с поднятыми руками! — прячась за машиной, проговорил я в микрофон.
Разумеется, барон подчиняться не собирался. Ну и зря.
* * *
— Жаров, одумайся! У меня могущественные друзья! Если тебе нужны деньги, я заплачу. Пятьсот миллионов! Выпусти меня!
Ипполит отбросил микрофон и усмехнулся. За последние пять лет он научился идеально делать две вещи. Первая — убивать. А вторая — предусматривать пути отхода.
Конечно, он не рассчитывал, что каким-то чудом выживший барон его выпустит, просто хотел выиграть время. Благо его было нужно не слишком много.
— Если доберёмся до Дмитрия Борисовича, этому мудаку хана! — прорычал высоченный Павел по кличке Прут.
— Доберёмся, не ссы. — Ипполит в последний раз обвёл взглядом стены так и не ставшего его собственностью дома. — Все заряды заложил?
— Медоед последний устанавливает.
— Уже все! — Юркий темноволосый коротышка показался в дверном проёме. — Можем выходить.
— Жаров, мы сдаёмся, пришли переговорщика! — крикнул в мегафон Ипполит и следом за другими спустился по лестнице.
Они оказались в просторном подвале, в одном из углов которого зияла метровая в диаметре дыра.
Да, Ипполит был очень осторожен, и первое, что его люди сделали, когда поселись в этой деревне, — выкопали пятисотметровый тоннель, ведущий в лесок. И в этом леске их ждала очень мощная и быстрая машина.
— Медоед первый, — скомандовал Ипполит.
Коротышка поправил автомат и, свесив ноги с края ямы, прыгнул вниз.
— Какого… — раздался из темноты его удивлённый голос, а следом выстрел.
— Засада! — заорал Прут и, подскочив к краю ямы, дал вниз очередь. — Что за…
Последние слова он прохрипел, а ещё через секунду, схватившись за шею, рухнул на колени.
— Прут!
Ипполит подскочил к подчинённому и с трудом сдержал крик: шею бойца будто сдавила белая удавка, и она была живой.
— Помоги… — едва слышно выдавил из себя Прут.
Ипполит выхватил нож, но в этот момент удавка вдруг сама собой развязалась и, перескочив на его рукав, рванула вверх. Секунда — и барон вдруг понял, что не может дышать.
Нож выпал из его пальцев, он схватил неведомую тварь, пытаясь её оторвать, но проще было разогнуть стальную балку.
Последними, кого увидел Ипполит, перед тем как наступила темнота, были лезущие из дыры вооружённые люди.
* * *
— Быстрее! — прикрикнул Снегирь на дружинников, таскающих добычу в грузовик. — Вася, ты чего сигарету достал, мля⁈ Дома покуришь!
— А мыло брать? — крикнул кто-то, появившись в дверях дома.
— Если не начатое, бери!
— А одеяла?
— Всё бери! Машины надо забить под завязку!
— Едут! — сообщила рация, висящая у меня на поясе.
— «Тигры» едут! — крикнул я. — На позиции!
— Ну вот, не успели тормоза! — прорычал Снегирь. — Оружие в зубы и на позиции!
— Вот здесь лучше встаньте, ваше благородие. — Подошедший Сергей указал место рядом с крыльцом бывшей усадьбы Ипполита. — И свой щит включите.
Я последовал рекомендации, а уже через две минуты в выломанные ворота начали въезжать машины. Первым, ревя мотором, двигался огромный внедорожник на колёсах примерно метрового диаметра. За рулём сидел какой-то псих, он, не сбрасывая скорость, проехал по всем валяющимся на пути трупам и резко остановился в десяти метрах от меня.
Водительская дверь распахнулась, и на землю выпрыгнул весьма любопытный мужик, в котором я сразу признал Когтя, младшего брата Шерхана. Среднего роста, чрезвычайно мускулистый и похожий на гориллу, его руки сплошным ковром покрывали татуировки, на голове он носил короткий ирокез светлых волос, а в ухе не меньше десяти серёжек.
— Ты Жаров? — Даже не глядя по сторонам, Коготь устремился ко мне. — Учти, если это розыгрыш, тебе хана!
Когда нас разделяло три метра, Сергей и Алексей сошлись и, активировав щиты, преградили главе «Тигров» путь.
— Это похоже на розыгрыш? — спросил я, указывая на многочисленные тела, среди которых наших, кстати, не было. Всех девятерых раненых мы успели вылечить, одного, правда, чудом, в последний момент вытащив с того света.
— Где эта падла? — бегло осмотревшись, спросил Коготь.
— Там! — Я кивнул на дом. — Но, перед тем как я тебя туда пущу, ты должен пообещать, что не убьёшь его.
— Я сам решу, что мне делать! — Диггер харкнул на землю. — Ты понял?
— Я тебя понял, а вот ты меня нет! — я дал знак, и до этого спрятавшиеся бойцы высунулись изо всех окон и вышли из-за каждого угла, полностью окружив всех приехавших, которых было не меньше пятидесяти.
— Это ловушка! — оскалил зубы Коготь, причём у меня сложилось впечатление, что он даже рад происходящему.
— Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже сдох! — рыкнул я и, раздвинув телохранителей, подошёл к «тигру». — Это моя добыча. Я его вычислил, но, кроме него, есть ещё двое, которые все и затеяли. Этот мудак мне нужен живым для того, чтобы достать их.
А ещё чтобы прикрыться от полиции, но такой аргумент для моего неадекватного собеседника явно не имел веса. Он жаждал крови убийц своего брата.
— Или ты делаешь по-моему, или я всё делаю без тебя! — закончил я.
Не меньше минуты мы буравили друг друга взглядами, и чем дальше, тем больше я убеждался, что Коготь больной псих и, похоже, сейчас на полном серьёзе рассматривает возможность напасть на меня.
— Веди! — наконец процедил он сквозь зубы и, даже не взяв с собой охрану, последовал за мной.
Ипполит сидел в большом зале на втором этаже, привязанный к стулу. Но на самом деле это было шоу для «Тигров», по сути, мы спокойно могли его развязать, и он бы не предпринял попытки убежать. Нет, он не стал совсем овощем, но его собственной воли почти не осталось.
  
Я действовал жёстко и, воспользовавшись моментом, атаковал, когда Пыш максимально вывела ублюдка из себя. И сломал его, о чём, разумеется, ни чуточки не жалел. Тем более, что кроме ценной информации, теперь получил оправдание своим действиям, записанное в том числе и на видео, а также бесценный опыт работы с ментальной магией.