Избранник Газового космоса

– Когда объем черепа достигнет критического значения, температура дыхания Брахмы сравняется с температурой Глаза!
– Для этого черепу не нужно сжиматься до размеров Глаза, достаточно, чтоб его граница передвинулась за кругоход Вишала, Карабеллы и Арракана.
К такому повороту событий я готов не был.
– Погодите! Зачем вам новая вимана? Вы, наверное, собираетесь покинуть череп Брахмы?
  
– Нет! Нет! – возразили мне в несколько голосов. – Уходить некуда! За пределами черепа – хаос и смерть!
Пока я хлопал глазами, асур, который рисовал щуполова, набросал на развернутом свитке схему Колеса. Ну, тут ничего нового для меня не было: Пиренна, ближайшая к Глазу планета – и единственная на орбите, потом Синфеон и Лифостратон в противоположных точках, как здесь говорят, «кругохода», а дальше – равносторонний треугольник Вишала, Карабеллы и Арракана.
– Пиренна! – «художник» указал на ближайшую к Глазу планету. – Недосягаемый мир!
– И именно оттуда на протяжении многих и многих оборотов Колеса к нам приходят незримые вестники! – подхватил старикашка. – Мы верим, что на Пиренне находится то, что поможет предотвратить конец времен, но не можем туда добраться!
– Поэтому нам нужны избранные Исчадием жители иного мира, – подхватили остальные асуры. – Мы надеемся, что среди них окажутся строители или водители виман. Виман более могучих и быстрых, чем наши мироходы, ибо только такие машины способны добраться до недосягаемого мира.
– Но Брахма почему-то не благоволит нам! – сокрушенно добавили другие. – Мы еще не видели пришедшего из другого мира настоящего знатока виман или машин вообще.
А один из «серых человечков» размотал похожий на рулон обоев свиток и принялся читать:
– Алекс, менеджер. Юрасий, сиштемный админиштратор. Эндрю Лис, курьер…
Я кивнул. Да уж… Неудивительно, что эти люди ничем не могли помочь асурам. Бедные парни. Выжить под Взором – не операционную систему переустановить на компьютере.
– Брахма отвернулся от этих перехожих! – сообщили мне. – Все они ослабели умом и были отправлены в Дом Грез.
– Они живы?
– Ну конечно! – заверили асуры.
Я вспомнил видение, посетившее меня в час контакта с Исчадием. Человек в залатанном балахоне; у него длинные нечесаные борода и волосы, а на лбу алеет хирургический шрам.
Едва сдерживаясь, чтобы не заскрипеть зубами, я поднял взгляд на асуров.
– Что вы рассчитываете отыскать на Пиренне? Кусочек мозга Брахмы?
Мир Глаза – мыльный пузырь, висящий в космосе. Возник и существует благодаря какой-то прихоти природы. Однако мироздание не может позволить ему существовать вечно. Космос поглощает наполненный воздухом пузырек, возвращая все на круги своя, и теперь процесс очевиден даже для живущих под Взором. Только попробуй объяснить его истинную суть асурам, «выше которых нет никого». Убежденным, самоуверенным божкам мыльного пузыря…
– Мы не можем расшифровать послания незримого вестника, – нехотя прошамкал старикашка. – Мы принимаем сообщения с тех самых пор, как у нас появилась необходимая техника. Сложность незримого вестника, его мощность и постоянство говорят, что на Пиренне существуют некие неизвестные нам до сих пор технологические сооружения.
Когда они завели речь о сигнале из центра системы, я сразу подумал, что асуры могут принимать радиошумы, излучаемые Глазом, за неведомое сообщение.
– Это может быть… – я подыскал нужное слово. – …голос Глаза.
– Мы знаем о таких голосах, – возразили «серые человечки». – Они исходят из Зрака и из Вишала. Но незримый вестник с Пиренны – совершенно иное дело. Он больше похож на незримых вестников, которыми обмениваются мироходы.
Тьфу, шакахи! Все они знают, большеголовые.
Тем не менее я почувствовал, что снова завоевал очко в свою пользу. Какому-то там перехожему известно о голосах из центра мира!
– Значит, вы планируете добраться до Пиренны… хотя не знаете, что там обнаружите и поможет ли обнаруженное предотвратить катастрофу?
– Брахмомерзкий характер Сандро Урии, похоже, продолжает жить в тебе, перехожий, – глубокомысленно заметил старикашка.
Я же в тот момент вспомнил облепленные грязью и испражнениями хришей сооружения на астероиде в Бродячем Хребте. Даорак и Рахул понятия не имели, кому они могут принадлежать. Скорее всего, нечто похожее отыщется и на недосягаемой планете. Древняя база, которая продолжает снабжаться энергией…
– Достопочтенные! – я прижал руки к груди. – Послушайте меня, Избранника и пришельца из иного мира. Может, Пиренна и стоит изучения. Но на вашем месте я бы предпринял попытку выйти за пределы сферы, ограждающей дыхание Брахмы от хаоса. Не стоит зарываться вглубь, подобно червям. Взлетите, как водители низких летунов, и сверху осмотрите место предстоящего сражения за существование вашего вида! Пока еще есть время!
Асуры немного пошумели, пожурили меня за неспособность видеть мир таким, какой он есть.
– Собратья! – старикашка поднял морщинистые руки. – Пора принимать решение! Перед нами стоит Избранник, мертвый в своем мире, воскрешенный Исчадием под светом Зрака. Похоже, он не слаб умом и отдает себе отчет, о чем идет разговор. Его опыт и знания могут пригодиться асурам и всем, кто живет под Зраком? Что думаете, собратья?
– Могут, Иша! Давай попробуем, Иша! – загомонили «серые человечки». – Возведем его в ранг!
Я на миг напрягся. Какой ранг?.. Этим головастикам я нужен живым и невредимым, но ведь и раджи у них – живые и почти невредимые. Но потом махнул рукой: придется в очередной раз принимать правила чужой игры.
– Погодите, достопочтенные! – я тоже поднял руки, невольно повторив жест старикашки, которого, как выяснилось, звали Иша. Не посчитали нужным представляться перед началом совета, невежды! – Почему Пиренна считается недосягаемым миром? Ведь, насколько я понимаю, расстояние между кругоходами Пиренны и Синфеона-Лифостратона раза в полтора меньше, чем между кругоходами центральных миров и внешних?
«Серый человечек», который сопровождал пояснения рисунками, снова зашуршал углем по бумаге. На этот раз он нарисовал с десяток дуг, окружив ими Глаз.
– Возле Зрака почти не бывает облачности, – пояснил он, вытирая пальцы о предложенную слугой тряпицу. – Дыхание Брахмы там горячее и менее плотное. Из Зрака во все направления дуют штормовые ветры. Наши лучшие мироходы не доходят до Пиренны приблизительно треть пути. Там очень сильная встречка; кроме того, в разреженном дыхании Брахмы вимане не на что опираться, поэтому наши машины всегда относит обратно – к кругоходу Синфеона-Лифостратона.
Асур твердой рукой провел новую дугу, поставив на одном ее конце стрелочку.
– Как будто сам Зрак против того, чтобы мы приближались к его чертогам! – с пафосом подытожил он.
Я похмыкал, прикидывая условия, для которых придется создавать мироход. И в ушах сейчас же завизжал ветер, а в глаза плеснуло расплавленное золото близкого Глаза…
Честно говоря, задачка была еще той. Волей или неволей начнешь завидовать тем, кто пускает слюни в Доме Грез в компании гарантированной миски карри. Но, назвавшись астролетчиком, изволь соответствовать званию «асур Мира».
– Мне все понятно, достопочтенные, – я поклонился. – Давайте думать вместе. Задачу вы ставите сложную, но я верю, что она выполнима.
– Быть посему! – возвестил Иша. – Закончим пока, братья. Пусть же младшие из вас возведут в ранг асура нашего нового брата Лазара. Мы же предадимся отдохновению и размышлению над дальнейшим.
На том совет закончился. Слуги проводили высших асуров и допущенных к секретам посвященных в зал, где их ждали ломящиеся от яств столы. Меня же на скорую руку «возвели в ранг»: заставили выпить стакан слабой водки, настоянной на лимонной кожуре, и сделали татуировку на всю левую руку – от запястья до ключицы. Теперь на ней поселились языки горячего оранжево-красного пламени. Впрочем, после этого за стол с «высшими» меня не посадили. В сопровождении охраны отправили спать в тот домик, куда теперь нескоро вернется Нила, а Даорак – уже никогда.