Дождь теней и концов (ЛП)

Он сбросил ботинки, рубашка соскользнула на пол, затем расстегнул ремень и брюки. Они все еще свисали с его бедер, когда он шагнул вперед, не в силах больше ждать. Он чувствовал, как она дрожит под его властью, но ему нужно ощутить ее под своими пальцами.
Расскажи мне еще раз о своем контроле, Теон.
Ее насмешка эхом отдалась в его сознании, и он подавил рычание, которое поднималось из его горла.
  
Он контролировал все.
Все это.
Ее.
Себя.
Он отвел тьму назад, оставив лишь тени, удерживающие ее запястья над головой. Ее горящие глаза следили за каждым его движением, и он ухмыльнулся, видя, как она невольно выполняет его требование, сказанное той ночью. Она знала, чего хотела, и помнила, как это получить.
Но он не собирался делать это так просто. Не в этот раз.
Он прикоснулся кончиком пальца к впадинке у нее на горле, и она резко втянула воздух.
— Теон.
— Тсс, Тесса. Если только ты не собираешься сказать мне остановиться, ни слова. — она сглотнула, и он почувствовал это кончиком пальца. От этого движения его рука снова обхватила ее горло. — Сделай это снова.
— Что?
— Сделай это снова. Сглотни.
— Почему?
Он наклонился к ней, почувствовав, как она ахнула, когда его обнаженная грудь прижалась к ее.
— Потому что я хочу представить, каково это будет, когда мой член окажется у тебя во рту, маленькая буря.
Намеренно или нет, он почувствовал, как она сглотнула, и застонал, отстраняясь. Она извивалась у стены, дергая тени, удерживающие ее руки, и понимающая ухмылка тронула уголки его рта.
Отпустив ее шею, он провел кончиками пальцев вниз по ее груди, между ложбинкой, а затем большим пальцем по гладкой коже внутренней стороны бедра. Ее ягодицы сжались, и он раздвинул ее ноги в стороны, не давая ей расслабиться, пока скользил кончиками пальцев по другой груди, обводя вокруг набухшего соска.
Она застонала, когда его прикосновения покинули ее грудь, переместившись обратно к животу и продолжая свой путь вниз по изгибу бедра, вокруг бедра, где он начал слегка водить ими взад-вперед по ее нежной коже.
— Расскажи мне еще раз о моем отсутствии контроля, Тесса, — пробормотал он, не отрывая взгляда от своих пальцев, скользивших вверх по внутренней стороне ее бедра. Наблюдая, как она подалась вперед, ища его прикосновения, когда он отводил их обратно.
— Это не контроль, — прохрипела она. — Это не что иное, как еще один способ заставить меня страдать.
— Ты не выглядишь такой уж страдающей сейчас, — ответил он, проводя своим мизинцем по влажному входу ровно настолько, чтобы она снова захныкала.
Затем он наклонился, касаясь губами ее щеки, и прошептал:
— Ты промокла насквозь, маленькая буря.
— Это связь, — процедила она сквозь зубы. — Ничего больше.
Его пальцы замерли, а зубы прикусили ее подбородок, когда он сказал:
— Тогда нет причин продолжать это, не так ли.
— Ч-что? — пробормотала она.
Это потребовало от него всю ту волю, что у него была, но он отступил от нее на шаг. Его взгляд скользнул от связанных запястий к вздымающейся груди, изгибающимся бедрам, пока его тени удерживали ее ноги там, где он хотел.
— Ничего больше не произойдет, пока ты не признаешь, что это нечто большее, чем просто гребаная связь.
— Это не так.
Она резко вздохнула, когда он рванулся вперед, опираясь рукой над ее головой и рисуя пальцем легкие круги на ее животе.
— Такая чертовски упрямая, — пробормотал он.
— Что случилось с обещанием не лгать тебе? Я же солгу, если скажу, что это нечто большее, чем физическая потребность, — парировала она.
На этот раз, когда ее бедра подались вперед, он прижался к ней своими. Стон, сорвавшийся с ее губ, смешался с его собственным стоном, когда его член прижался к ней.
— Тогда солги мне, Тесса. Солги мне и скажи, что это нечто большее, — прохрипел он.
— Ты просишь меня солгать тебе сейчас?
— Да, — произнес он это отчаянно и страстно, снова прижимаясь к ней.
— Это больше, чем связь, — выдохнула она.
— Скажи мне, что позволишь прикоснуться к тебе.
— Как будто ты дашь мне остановить тебя, — огрызнулась она в ответ, все еще сопротивляясь.
И почему это только больше возбуждало?
— Может, ты и права, Тесса, — пробормотал он, прокладывая путь губами к ее шее, пробуя ее на вкус языком. — Может быть, я действительно ничего не контролирую, но в этом? Это единственное место, где я не переступлю черту, если ты скажешь мне остановиться. Так скажи мне. Скажи мне остановиться, если это всего лишь связь.
Но до него не доносилось ничего, кроме звука ее прерывистого дыхания.
— Я жду, маленькая буря.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она прошептала:
— Пожалуйста, не надо, Теон. Пожалуйста, не останавливайся.
Его губы на ее шее перешли от легких ласк к жадным поцелуям, и он отпустил ее запястья, желая почувствовать ее руки на себе. Она не разочаровала. Ее ногти впились в его спину, прежде чем она начала стаскивать брюки, все еще облегавшие его бедра.
— Не делай этого, если собираешься попросить меня остановиться, — прорычал он, помогая ей снять с него оставшуюся одежду.
— Я уже пожертвовала своим достоинством и сказала пожалуйста, Теон. Так что пусть это будет того стоить, — усмехнулась она, запрокидывая голову, когда его губы вернулись к ее шее.
— Так будет всегда, маленькая буря? Постоянная борьба с тобой? — спросил он, стягивая с нее нижнее белье.
— Да, — прохрипела она, когда его пальцы вернулись к ее бедрам.
— Хорошо, — ответил он, прежде чем, наконец, погрузить в нее два пальца.
В их отношениях не было ничего медленного и нежного, как и в них самих. Никогда не было. Это была бесконечная борьба с того момента, как он выхватил у нее шоколад в той нише.
— Боги, — выдохнула она.
Ее плечи сжались, когда она прижалась лбом к его плечу, а ноги подогнулись, но он уже зажал бедро между ее ног, удерживая ее в вертикальном положении. В этот момент Теон понял, что это навсегда останется его любимым образом — она, вся в его власти, жаждущая только его. И этого ему было мало. Он жаждал большего.
Теон прижал большой палец к ее набухшему клитору и ввел в нее два пальца, чувствуя, как она сжимается вокруг его пальцев, когда он проникал в нее в чувственном ритме. Ее дыхание превратилось в резкие, отрывистые звуки, а бедра двигались с каждым толчком его пальцев.
— Твои глаза, Тесса. Смотри на меня — потребовал он, и она вскинула голову.
Ее серые глаза были затуманены желанием, и, блядь, он был еще далек от того, чтобы закончить с ней.
— Попроси меня об этом, — приказал он.
— Пожалуйста, Теон, — в отчаянии закричала она, не прекращая двигать бедрами, стремясь получить удовольствие от его пальцев.
— Что пожалуйста? — он надавил, снова прижимая большой палец к ее клитору.
— Трахни меня!
— О, мы займемся этим, Тесса. Не сомневайся, — ответил он, схватив ее за бедро и заставляя замереть.
Ее тихий стон растворился в мрачном смешке, вырвавшимся из его груди.
— Теон, пожалуйста.
— Пожалуйста, что?
— Пожалуйста, позволь мне кончить.
Мольба.
Это подействовало на него сильнее, чем он ожидал.
Всего один раз он ввел пальцы в нее медленно до предела, затем неспешно вывел обратно. Так мучительно медленно, что она вскрикнула от отчаяния.
— Скажи мне, что ты моя, Тесса. Скажи мне это, и я заставлю тебя кончить. Сейчас. Позже. Когда захочешь.
— Нет, — выдавила она, пытаясь снова пошевелить бедрами.
Его рука замерла, а затем пальцы вновь медленно погрузились глубоко в ее киску.
— Ты будешь лгать мне обо всем, кроме этого?
  
Но она отвела голову в сторону, избегая его взгляда, а этого он не мог допустить. Никогда в жизни он так не жаждал услышать ответ.
— Скажи мне, почему, Тесса, — сказал он, обхватив ее щеку и притягивая ее лицо к своему.