Агрина, дочь вождя южных орков 2 (СИ)

«Полукровка… — засыпая, подумал Таурохтар, — но как может полукровка быть дочерью вождя? Орки бы этого не допустили».
6. Песчаная буря.
6. Песчаная буря.
Ночь прошла спокойно. А с первыми солнечными лучами, поднявшись на ноги, друзья отправились в путь. Впереди всех шли Агрина и Ева. Девушки явно нашли общий язык и сейчас мило болтали, не обращая внимания на наступающего им на пятки единорога с яйцом на спине. Ветер все время пытался протиснуться между принцессами и встрянуть в их разговор, но они тут же его отпихивали. Завершали эту странную процессию два эльфа. Нахмурившись, Кингар угрюмо смотрел в спину девушкам, а Таурохтар, глядя на дорогу, изредка поглядывал в свою волшебную карту и что-то бормотал себе под нос.
День сегодня выдался тихий. Вместе с наступившей тишиной исчезли все посторонние звуки и шорохи и даже перестал дуть легкий ветерок. Но вместе с тем духота была просто невыносимой. Казалось, еще пару шагов, и путники без сил упадут на горячий песок. Но, зажав волю в кулак, друзья отважно продвигались вперёд, отгоняя прочь подступающую на подсознательном уровне тревогу. А ведь внезапно наступившая тишина их предостерегала о предстоящей опасности…
— Зелёный луч солнца, а как так вышло, что ты последнее человеческое дитя и принцесса Силандии? — с любопытством взглянув на шагающую рядом с ней девушку, поинтересовалась Агрина. — И, насколько я могу судить, ты еще и магией владеешь?
— Агрина, давай договоримся, ты называешь меня по имени, а я в свою очередь отвечу на все интересующие тебя вопросы, — дождавшись утвердительного кивка собеседницы, Ева продолжила: — моя мать была принцессой Силандии, а отец — бедным охотником. Я не знала их, так как сразу после моего рождения Чёрный дракон напал на королевство и убил всех его жителей. Силандия была стёрта с лица земли, а меня воспитал гном. Ральф спас меня от Черного дракона и воспитал, как собственную дочь. До шестнадцати лет я жила безмятежной жизнью и даже не думала о том, что находится за границами Волшебного леса, где находился домик Ральфа. В шестнадцать лет гном открыл мне тайну моего происхождения и отправил на поиски Чёрного дракона. Я должна его найти и отомстить за смерть своих родителей, своего народа, за Силандию…
— То есть ты хочешь сказать, что идёшь сражаться с Чёрным драконом в кампании двух угрюмых ушастиков и малахольного единорога с яйцом на спине?! — не скрывая своего удивления, Агрина округлила глаза и с подозрением посмотрела на юную принцессу.
— Позвольте, — Ветер просунул морду между девушками, — с вечно угрюмыми ушастиками я согласен, но я то с какого перепуга стал малахольным? Я, между прочим, боевой единорог. И, не смотря на свою няшность, могу сразить врага на повал.
— Ну, да… — взглянув на грязного, исхудалого единорога с яйцом Песчаного дракона на спине, Агрина снисходительно улыбнулась и погладила его по морде. — Черный дракон сразу умрёт, увидев тебя… от смеха. Ева, прости, но я не понимаю. Как вы собираетесь втроём, не считая единорога, победить армию Черного дракона?
— Я не знаю… — печально произнесла Ева, опустив глаза, — после того, как я попала в замок Лесных эльфов, Кингар и Таурохтар стали меня обучать своим боевым искусствам, но я оказалась неспособной ученицей. А потом во мне внезапно проснулась магическая сила. Я владею магией Света, но ещё не до конца разобралась в ней. Несколько раз я исцеляла и даже воскрешала, а вчера… с помощью магии я впервые убила живое существо… — голос девушки дрогнул и вот-вот из глаз готовы были хлынуть слёзы. — Я думала, что магия Света — это магия жизни, а оказалось…
— Так, вот только этого сейчас не надо! — остановив Еву, Агрина развернула её к себе лицом и вытерла тыльной стороной ладони скатившиеся по щекам девушки слезинки. — Если ты будешь оплакивать каждого убитого врага, слёз у тебя не хватит, да и сражаться дальше просто не сможешь. Намотай сопли на кулак и запомни: маленькая девочка, жившая в лесном домике у гнома, осталась в прошлом, а сейчас ты взрослая девушка-воин. Ты же мне только что рассказывала, что идешь на войну с Чёрным драконом, а сейчас оплакиваешь какую-то дочь дьявола, которая хотела нас всех убить! — прижав Еву к себе, Агрина погладила её по голове. Грустно улыбнувшись, девушка-орк поведала о своей церемонии посвящения во взрослую жизнь:
 
— На тот момент мне исполнилось двенадцать лет. Ребенок, по человеческим меркам, но взрослая для орков. Ритуал посвящения заключался в священной охоте с топором на пустынного варана. В течении трёх дней и ночей я должна была заманить варана в ловушку и убить его. А затем, достав сердце варана, обмазать его кровью свой лоб. По этой крови и ещё тёплому сердцу варана Верховный шаман определял, справился ли молодой орк с ритуалом и готов ли он войти во взрослую жизнь, — эти воспоминания заставили Агрину вздрогнуть, — я все еще помню свой страх, держа в руках огромный топор, который мне вручили для убийства варана. Два дня я честно пряталась от варана, убегая от него по всей пустыне, а на третий день наша встреча стала неизбежной. Глядя в глаза огромному варану, я с трудом удерживала тяжелый топор в руках и размышляла над тем, как же мне убить это чудовище. И как только варан бросился на меня, я тут же выронила топор и, закричав от ужаса, потеряла сознание. Очнулась я с первыми солнечными лучами в огромной луже крови варана и с его еще теплым сердцем в руке. Этой же кровью был вымазан мой лоб. Ничего не понимая, я осмотрела свою разорванную одежду, измазанную зеленой кровью орков, чужой кровью, а на моём теле не было ни одной царапины. Вернувшись в племя, я предъявила Верховному шаману доказательство «своей» Священной охоты. Шаман хотел оказать мне помощь, увидев «мою» кровь на одежде, но вождь племени забрал меня, сказав, что сам окажет мне помощь. Я всё еще помню слова отца. Оставшись со мной наедине, он произнёс: «Девочка моя, что бы ни случилось, никогда и никому не показывай свои раны. Ты сейчас слишком мала, но в будущем ты меня поймёшь. Твоя кровь… она не такая, как у остальных орков, и если об этом узнают, ты умрешь и даже я не смогу тебя спасти». После той ночи прошло много лет. Ежедневные тренировки сделали меня сильной и выносливой, но мой меч ни разу не пролил чужую кровь. Отец всячески ограждал меня от любого боя. Если меня ранят в бою, то раскроется тайна моего происхождения и тогда…
— Агрина, твоя мать… она… — отстранившись от девушки, Ева заглянула в её небесно-голубые глаза-озёра.
— Она умерла при родах. Этим мы с тобой похожи. Обе принцессы, блондинки, лишенные материнской любви и увлекающиеся магией.
— Магией?! — взглянув на приблизившихся позади эльфов, Ева медленно пошла вперёд.
— Ты изучаешь магию Света, а я… в тайне от отца я занимаюсь с нашим Верховным шаманом. Я выбрала этот путь, не желая полагаться лишь на силу оружия. Многие магические умения мне ещё недоступны, но я неустанно тренируюсь и уже могу благословить союзников и навести проклятие на врагов.
— Офигеть… — пробурчал себе под нос Ветер, — и это я еще малахольный, а сама…ведьма-полукровка.
— Ветер, я всё слышу, — оглянувшись на единорога, произнесла Ева и показала ему кулак.
— Ой-ой-ой… можно подумать… нашла себе подружку…я тогда тоже к мальчикам уйду, — обиженно вздернув морду и задрав хвост, единорог развернулся и взглянул на эльфов, идущих к нему на встречу. А затем взгляд его метнулся в сторону, за спины мужчин и глаза у Ветра стали напоминать два огромных блюдца.
— Э… там… это… — заикаясь, произнёс Ветер, не в силах сдвинуться с места.
 
— Ветер, что с тобой? — Таурохтар с улыбкой взглянул на единорога, оторвавшись от своей карты. — Неужели тебе наскучила женская кампания и ты решил вернуться к угрюмым ушастикам? И не смотри на меня так. Да, я все слышал. Наши длинные уши предназначены не только для чужих насмешек, но еще обладают уникальным слухом, — поравнявшись с единорогом, воин похлопал его по морде и взглянул в его застывший взгляд. — Да не бойся ты так. Не буду я отрывать тебе твой длинный рог за твой длинный язык. Расслабься.