Агрина, дочь вождя южных орков 2 (СИ)
— Зато я знаю, что произошло… — набивая желудок вяленым мясом и запивая его тёплой водой, Кингар иронично улыбнулся, вспоминая принцессу, которая пыталась плавать в песке с рыбьими косточками.
— Таурохтар, — не обращая внимания на Тайного лучника и его слова, девушка взволнованно осмотрела раны на теле друга, — ты ранен… что с вами произошло? И где Агрина?
— Скорпихвосты… — подал недовольный рык орк, — мы одолели их, но не смогли защитить мою невесту. Её похитил феникс.
— Кто?! — поперхнувшись водой из фляги, Кингар уставился на орка, как на сумасшедшего, — дружище, ты видно на солнце перегрелся. Фениксов не существует! Это всё сказки для маленьких детей!
— Я тебе не дружище! — орк подошёл к эльфу и грубо толкнул его в плечо. — Я собственными глазами видел, как эта огненная птица унесла мою женщину!
— Ларгаш говорит правду… — подтвердил слова орка Таурохтар. — Сам бы никогда не поверил, если бы не видел. Он появился из ниоткуда и ослепил всё вокруг, как огненный диск солнца. Мы в это время сражались с скорпихвостами, а она осталась одна…
— Да как вы допустили это?! — забыв про еду, Кингар с укором взглянул на мужчин, — он же… он же убьёт девушку! Её нужно срочно спасать. Скорее по вивернам!
— Эй, ушастик, остынь! — орк грубо схватил Кингара за руку, останавливая того на ходу. — Агрина — моя женщина и спасать её буду я! А увижу тебя рядом, убью!
— Мальчики, успокойтесь! Ведёте себя, как два барана! Сейчас не время выяснять чья Агрина женщина! Мы все отправляемся на её поиски и да поможет нам в этом… джинн! — Ева вскочила на виверну и тут же взлетела вместе с ней к небесам.
— О чём это она? — взобравшись на спину виверне, Таурохтар с недоумением посмотрел на Тайного лучника, ожидая объяснений.
— Да так, видно тоже перегрелась на солнце, — сев позади друга, пробормотал эльф. Рассказывать о джинне в присутствии орка ему не хотелось, да и подтвердить сейчас свои слова он не мог. А терпеть насмешки этого серого урода эльф не хотел. Так что оставалось прикидываться дурачком и всё валить на солнце и Еву.
— Джинн, ты меня слышишь? — Ева потрясла бутылку левой рукой, не отрываясь от управления виверной, — где Агрина? Ты должен нам помочь её найти.
— Это твоё второе желание? — чуть слышно подал голос джин, даже не вылезая из жестяной бутылки.
— Нет, это моё первое желание, которое ты ещё не исполнил до конца, — строго произнесла принцесса. Волнение за подругу заставило девушку позабыть о правилах хорошего поведения. Да и вёл себя этот джинн слишком нахально: желания исполнял не до конца, а если и исполнял, то не прилагая к этому своего волшебства, — и не заставляй меня поверить в слова Кингара о том, что ты шарлатан, а не волшебник из жестяной бутылки.
— Ладно, ладно, я пошутил. Уже и спросить нельзя. Найдём мы вашу маленькую полукровку.
-Постой, откуда ты…
— Я джинн, я знаю даже то, о чём ты и не догадываешься. И вообще, ты не туда летишь. Феникса можно найти только в землях солнечных эльфов. Так что разворачивай на юг. Мы летим в королевство солнечных эльфов.
— Солнечные, кровавые, лесные, снежные… Боже, сколько же их будет?
— О, моя девочка, — хихикнул джинн, — ты даже не представляешь, сколько всего этих ушастиков. Но тебе придётся несладко. Эти дети солнца не любят людей, а вот твоим друзьям-ушастикам, лесным эльфам, будут очень рады.
— Ну, это мы ещё посмотрим… — Ева улыбнулась своим мыслям, — ты говоришь, что они дети солнца? Что ж, я попытаюсь их удивить своей магией света. А ты мне в этом поможешь.
— Я?! Интересно даже, как? — джинн высунул голову из горлышка бутылки, которая сейчас казалась совсем крошечной, и с любопытством взглянул на принцессу.
— Я хочу в совершенстве обладать магией света и это моё второе желание, — девушка слегка встряхнула бутылку, с улыбкой глядя на оторопелого джинна, — так что вылезай и исполняй!
— Да уж… — джинн залез в бутылку, а в следующее мгновение возле Евы появилось небольшое фиолетовое облачко, — ну и желания у тебя. Послушай, красавица, а может быть ты поесть хочешь или попить?
— Нет…
— В туалет? …
— Не увиливай. Хочу в совершенстве обладать магией света! — Ева настойчиво повторила своё желание, не сводя глаз с джинна.
— Ну, что ж… ты сама напросилась, — джинн щелкнул пальцами и в ту же секунду достал из котомки на спине у виверны книгу по магии Света, которую девушке когда-то подарила Армина, — на вот, читай, а я буду управлять твоей виверной.
— Не поняла… это как? — принцесса от удивления захлопала ресницами, не веря свои ушам, — это что же, я сама буду учиться?
— Да… — улыбаясь во весь рот, заявил джинн и подал девушке волшебную книгу, — я только сделаю вот так пальцами, — мужчина звонко щелкнул пальцами, — и ты будешь впитывать знания, как гриб проливной дождик.
— Не поняла…
— Память твою улучшу, говорю. Учись давай, деревня.
— Я, вообще-то, принцесса, — прижимая книгу к груди, обиженно произнесла Ева.
— Оно и видно. Привыкли здесь командовать, а своими мозгами пошевелить никто не хочет.
— Правду говорил Кингар. Шарлатан ты из жестянки, а не джинн.
— На твоего ушастика вообще без слёз смотреть нельзя. Это же надо влюбиться в… — джинн прикусил язык, поняв, что взболтнул лишнее, — ой, о чём это я? Ах, да. Про пять моих заповедей помнишь? А пятая заповедь гласит: «не трать силы, если хозяин может сделать это сам». Так что всё по-честному.
31 Раскрытие тайны.
31 Раскрытие тайны.
— Эй, ушастики! — Ларгаш поравнялся на своей снежной виверне с виверной, на которой летели эльфы, — я конечно понимаю, что вы целиком и полностью доверяете этой белобрысой малявке, — орк кивнул в сторону летящей впереди Евы, — но я уже битый час за ней наблюдаю и, мне кажется, она немного башкой треснулась. То твердит про какого-то джинна, то разговаривает сама с собой и машет руками от возмущения. Вы как хотите, но я этой чокнутой доверять не буду. Вот вы знаете, куда мы все за ней летим? Откуда она знает дорогу к фениксу?
— Клыкастый, тебе что, умная мысль пришла в голову и теперь упорно там ищет мозг? Остынь и не парься! Ева в тысячу раз умнее тебя, и я ей полностью доверяю, — Кингар иронично взглянул на орка, пытаясь не выдать своими словами поведение принцессы.
— Кингар, прости, но на этот раз я полностью согласен с Ларгашем. Ева действительно ведёт себя очень странно, — внезапно произнёс Таурохтар. — Не знаю, что с ней случилось, но нам необходимо это выяснить. Давайте сделаем привал и заодно перекусим.
Спорить с двумя решительно настроенными воинами было бесполезно и поэтому Кингару пришлось смириться с их настойчивым предложением на перекус и разговор с Евой. Но предупредить принцессу о подозрениях мужчин Тайный лучник не успел. Как только виверны приземлились на песок и все уселись с кусками мяса в полукруг, Таурохтар тактично начал свой допрос.
— Ева, я тебя знаю уже не один день, но в последнее время твоё поведение немного настораживает, — не отрывая внимательного взгляда от спокойно жующей чёрствые лепёшки девушки, произнёс эльф, — ты ничего не хочешь нам сказать?
— Таурохтар, ты о чём? — запив водой лепёшку, принцесса с удивлением взглянула на друга.
— Послушай меня, белобрысая, этот ушастик хочет сказать, что ты умом тронулась. Несёшь бред про каких-то джиннов, сама с собой разговариваешь, — прорычал Ларгаш, не в силах больше сдерживать в себе эмоции, — в общем так, теперь слушаемся только меня. Я сын вождя южных орков, и какая-то там человеческая женщина мне не указ. Понятно?
— Понятно, но… — Ева смело взглянула в глаза орку, не дрогнув ни одним мускулом, — со мной всё в порядке, умом я не тронулась. И всё это время я разговаривала с настоящим джинном.
— Ева… — Кингар закрыл лицо ладонью и покачал головой.
— Ты можешь это доказать? — орк с вызовом посмотрел в голубые глаза девушки и на миг ему показалось, что перед ним не принцесса разрушенной Силандии, а его невеста. Девушки были очень похожи: обе голубоглазые, блондинки с длинными волосами, но… у Агрины были клыки на нижней челюсти, и кожа её была светло-зелёной, а Ева была человеком. И это разительное сходство девушек заставляло сердце орка сжиматься от боли. Ларгаш был сильным воином, способным разорвать на куски любого противника, но сейчас эта безысходность ломала силу его духа. Орку было тяжело сидеть сложа руки, когда его будущая жена была в опасности, а помочь ей он не имел возможности.