Агрина, дочь вождя южных орков 2 (СИ)

— Да, но… я видел, что он сделал с крысами. Не уверен, что он не причинит мне вреда. Не могла бы ты… спрятать его подальше?
Просьба Таурохтара слегка удивила Еву, но, тем не менее, пожав плечами, она спрятала свои медальоны под ткань разорванного изумрудного платья, а сверху еще прикрылась длинным плащом. Одобрительно кивнув головой, Таурохтар успокоился и, прищурив глаза, взглянул на принцессу изучающим взглядом.
— Во мне что-то не так? — девушка вопросительно осмотрела себя, а затем с непониманием уставилась на эльфа, который рассматривал её с ног до головы, не стесняясь задерживаться взглядом на округлой груди и тонкой талии принцессы. Такое поведение Таурохтара несколько озадачило девушку. Раньше он никогда себе такого не позволял, а сейчас… если бы Ева не видела эльфа собственными глазами, то ни за что не поверила бы в то, что перед ней стоит учитель Танцоров со смертью, её друг и наставник, Таурохтар.
— Ева, — мужчина поймал взгляд девушки и сделал небольшой шаг на встречу к ней, — пойдем со мной. Нужно выбраться с этого острова и найти всех остальных.
— Пойдём. А ты знаешь куда идти? Я здесь совсем запуталась. Похоже, что это какая-то подземная пещера, расположенная под склепом древних орков.
Но мужчина ничего ей не ответил, развернулся и быстро зашагал в сторону. Решив не приставать с расспросами к молчаливому эльфу, девушка пожала плечами и пошла за Таурохтаром, который повёл её по узенькой тропинке острова между огромными камнями. Растительности на острове не было, да и другой живности, кроме уже встреченных зеленых крыс, принцесса не видела. Едва поспевая за Таурохтаром, Ева взглянула на полуразрушенный веревочный мостик, соединяющий этот забытый всеми остров и противоположный берег в огромной пещере. Ступив на полусгнившие доски, Ева покрепче ухватилась за веревочные канаты, чтобы не упасть. Всего лишь на мгновение она посмотрела вниз, в пучину озера под мостом, а затем перевела взгляд на Таурохтара, который шёл до этого впереди, а теперь просто исчез…
— Таурохтар, ты где? Подожди меня! — быстро переставляя ноги по полусгнившим и скрипящим доскам мостика, девушка направилась на противоположный берег.
— Ева, я здесь! Ева! — голос эльфа эхом отозвался впереди, и девушке на миг даже показался его расплывающийся силуэт на мостике, а затем он растворился, словно в тумане.
10 «Малыш» глазонога.
10 «Малыш» глазонога.
Холод воды пробирал до самых костей. Ветер завывал белугой и от этого воя у Таурохтара уши скручивались в две длинные трубочки. С горем пополам эльфу удалось сбросить единорога с себя. Но Ветер стал орать, как потерпевший и камнем опускаться на дно. Тяжело вздохнув, Таурохтар обхватил единорога за шею и стал держать его морду над водой. Так они и плыли в неизвестном направлении: эльф, с мордой единорога под мышкой, и Ветер, с выпученными от страха глазами, медленно перебирая ногами в холодной воде.
— Ветер, тролля задница, прекрати этот ультразвук! Я тебе не дельфин. И так тошно, а тут ещё ты вопишь над ушами.
— Ну, а что… я могу… сделать? — стуча зубами от холода, протянул единорог. — Холодно же, а ты… гребешь ластами, … как червяк… после дождя…
— Я сейчас этими ластами кое-кому голову оторву, — проплывая вдоль стены в холодной воде, пригрозил эльф.
— Не тряси воздух… теплее не станет… греби, греби… давай.
— Вот малахольный… и привязался же, — пробурчал себе под нос эльф. — «Повезло» мне с тобой в паре остаться. Слушай, Ветер, а может мне тебя утопить, так, ненароком. А что, скажу, что несчастный случай. И мне легче будет, и ты мучатся не будешь.
— Но-но… изверг ушастый, — проскрежетал зубами единорог и тут же услышал позади себя чье-то шипение.
— Да не шипи ты так, — продолжая плыть в неизвестном направлении, произнёс мужчина.
— А… это… не я, — заикаясь то ли от холода, то ли от страха, прошептал Ветер.
— Да, ладно тебе, — не поверив единорогу, эльф прислушался к еще одному шипению, и тут же почувствовал, как кто-то обхватил его за ногу и с силой потянул на дно. — Э, Ветер, перестань! Я пошутил. Не буду я тебя топить, — всплыв на поверхность воды, Таурохтар схватился руками за черепушки на стене.
 
— Говорю же, это… не я… это… оно, — заорал единорог, оглянувшись назад и встретившись взглядом с огромным синим чудовищем, с виду напоминающего осьминога, только с шестью мохнатыми и липкими щупальцами с глазами на концах. Посреди огромного синего тела так же располагался один здоровенный глаз, а под ним-такой же здоровенный рот из которого торчали острые зубы.
— С ума сойти! Это же глазоног! — закричал эльф, увидев того, кто так отчаянно тянул его на дно. — Я думал, что они давно вымерли, а оказывается, что живут и здравствуют.
— И что делает… этот … глазоног? — единорог покрепче прижался к эльфу, буквально слившись с ним.
— Ест всё, что видит. Он сперва топит свою жертву, а затем заглатывает её целиком, не разжевывая. Последний раз я видел это чудовище еще в детстве. Отец с друзьями убили его на охоте, на которую я напросился пойти. Прежде, чем погибнуть, тот глазоног убил много эльфов. Нам тогда чудом удалось выжить. Он был раза в три больше этой твари. Похоже, что мы столкнулись с малышом и где-то здесь поблизости бродит его мамка.
— Малышом?! — Ветер громко сглотнул, уставившись на двухметрового «малыша», который всё ещё пытался затащить их вод воду, но у него это плохо получалось. Погружаясь и выныривая из холодной пучины воды, «малыш» пыхтел, злился и шипел, как гремучая змея, сверля свои жертвы огромным черным глазом и маленькими шестью глазенками на щупальцах.
— Ветер, дай мне меч! — закричал Таурохтар, едва удерживаясь на плаву. Держать одной рукой за шею единорога с огромным яйцом, да еще и сопротивляться «маленькому» чудовищу с каждой минутой становилось все тяжелее и тяжелее.
— Чудище мохнатое, что б у тебя все глазки поотпадали, что б у тебя… — проворчал единорог, ныряя за мечом эльфа в воду.
— Ветер, быстрее! Я не смогу долго удерживать тебя на плаву за хвост. А если придёт мамка этого «малыша», то останутся от нас одни ушки да копыта… да и то вряд ли…
— Да плыву я, плыву… — опустив морду в холодную воду, единорог схватил зубами меч Таурохтара, который висел у эльфа на поясе, и тут же стал всплывать наверх. Благо, что эльф всё время держал его за хвост, не давая пойти ко дну. Но, когда цель была совсем близко, «малыш» схватил своим щупальцем единорога за заднюю ногу и потянул на дно. Пытаясь освободиться от хватки «малыша» Ветер стал дергать ногой, а затем, развернув шею, попытался ранить обидчика своим длинным рогом. Но быстро увернувшись от взмаха рога, «малыш» выбил из зубов единорога оружие и схватил его вторым щупальцем за ногу. Держась из последних сил с выпученными от страха глазами и захлебываясь водой, Ветер открыл пошире рот и укусил «малыша» за мохнатое липкое щупальце. Ослабив хватку, глазоног громко завопел, а затем и вовсе отпустил свою жертву, жалобно глядя на своё щупальце, из которого просачивалась синяя вонючая жижа, а глазик и вовсе был прокушен.
— Вот теперь нам точно хана, — глядя на всю эту жуткую картину, произнёс Таурохтар. — Ветер, скорее! Нужно уносить ноги! Он зовёт на помощь мамку. От неё нам не спастись! — схватив всё ещё кашляющего единорога за шею, Таурохтар поплыл вперёд, оставляя позади себя вопящего глазонога. Ещё никогда эльф не плыл так быстро, как сейчас. Держа на плаву единорога, он удалялся все дальше и дальше от «малыша», к воплям которого присоединился громкий рев его мамки. И от этого рева стены вокруг задрожали, а вода поднялась волнами.
 
— А вот и мамка «малыша»! — придя в себя, Ветер оглянулся на огромного синего глазонога, который с молниеносной скоростью плыл за ними. Разинув свою здоровенную пасть, глазоног готовился к нападению. — Таурохтарчик, скорее! Я жить хочу! Я ещё так молод! — не отрывая взгляда от чудовища, заорал Ветер и плюнул в его сторону. — Вот тебе! Отравись моей слюной!