Просто космос

– Добро пожаловать в виварий, мой повелитель! – провозгласила система.
Клетка с зелеными крельскими крысюками встретила меня негодующим писком десятка глоток.
– Сейчас-сейчас, бедняжки мои! – в кормушки дробно посыпался сбалансированный корм, поилки наполнились водой. Крысюки бросились жрать. Ни одной дохлой тушки.
Голубым жабам вообще все было безразлично. Правда, всех жуков-пауков сожрали в своем бассейне, но это дело поправимое. Жабы могут месяцами не питаться, была бы вода. Кинула в воду горсть куколок и личинок. Завтра вылупятся.
  
Питон раздул воротник и ударился головой о стенку террариума. Жаб много, питон один. Не размышляя, подхватила одну жабу и закинула в террариум.
– Приятного аппетита! – Пожелала хищной рептилии.
И где? Где трупики, числом два? Или они автоматически утилизируются? Так быстро?
– Система Эсми переименована в систему Дура! – Мстительно объявила я.
– Как прикажет мой повелитель, – отозвалась система.
– Я повелительница Инни Шин! – Топнула ногой.
– Принято, моя повелительница Инни Шин.
– Система Урдон принимает дублирующее управление над виварием и его объектами! Система Дура занимает подчиненное положение.
Женский голос негодующе булькнул, а Урдон отчитался, что принимает командование.
Все, навела порядок. Можно поесть. И поспать.
– Один объект вивария в критическом состоянии и нуждается в немедленной помощи.
Где?! Где этот объект? Это про жабу, что ли? Из пасти питона свешивались подергивающиеся лапки.
– Где находится объект? – Процедила я. – Обеспечить полный доступ Инни Шин ко всем помещениям медблока!
Притворяющаяся стенкой панель скользнула вбок. Зажглись лампы.
У повелителя мира оказалась в собственном распоряжении небольшая и благоустроенная тюрьма. За решетками лежали люди. Голые и обессиленные.
Я никогда еще так не ругалась! Я влетела в помещение, ахнула, вылетела, вернулась с гравиносилками. Подняла решетку отсека, загнала гравиносилки, закатила на них неподвижное тело, оттащила носилки в лазарет. Сгрузила тело, вернулась за следующим. И так пять раз. Два тела моргали и шевелились, один из обтянутых кожей скелетов даже схватил меня за руку. Два я сразу втолкнула в медикапы, над одним проводила реанимацию. Мне катастрофически не хватало рук. Да тут осьминог из Уорр-Нуолла не справился бы!
Умирающий передумал умирать и задышал сам в кислородной маске. Я навтыкала в него капельниц и проверила фиксаторы на руках и ногах. Мурмидонский коктейль на основе морской воды адски щиплется, но отлично восполняет дефицит воды, солей и минералов.
Один из живых скелетов смотрел на меня. Если бы взгляд мог убивать, пала бы трупом. Ладно, некогда играть в гляделки. Фиксаторы, маска, коктейль. Истощенное тело задергалось в ремнях. Изо рта вырвался хрип. Я стукнула себя по лбу и организовала стакан с теплым протеиновым раствором и трубочкой. Раз может пить, пусть пьет сам! Могу влить через зонд, но он и так измучен.
Он вцепился в соломинку зубами и зарычал. Я быстро отвернулась и стерла слезинку, продолжая придерживать стакан. Он кашлял, глотал, захлебывался и жадно пил.
– Лучше убей сразу, сука! – он дернул зафиксированными ногами.
Это он мне вместо благодарности? Ага, Инни, жди адекватной реакции от людей в неадекватном состоянии. Он же ничего не соображает от голода. Мозг – это жир и сахар. А тут одни кости и кожа. Гиповолемия, гипокалиемия, и еще много чего гипо.
– Я тебя спасаю, – миролюбиво ответила, накрывая обнаженный мужской костяк зеркальной пленкой. Греет, увлажняет, смягчает кожу. Пусть будет блестящая куколка вместо буйного пациента. Две куколки.
Третья, недавно вытащенная с того света, пока без сознания. Я посмотрела, что творится под крышками медикапов. Умный аппарат облучал, брызгал, наливал и спускал растворы. Может, и успела. Во всяком случае, сделала все, что могла.
Лабораторный журнал повелителя мира становился еще более интересной вещью. Судя по истощению и обезвоживанию, без еды они месяц, а без воды неделю. Максимум, десять дней. Потеря двадцати процентов жидкости смертельна для гуманоидов.
– Урдон, когда активирована криокамера?
– Шесть стандартных суток.
Что и требовалось доказать. Распоряжение кормить и поить обитателей «вивария» раненый психопат дать забыл. Или не посчитал нужным. Или не успел, чтоб ему трижды сдохнуть!
– Информацию по объектам вивария нашел?
– Вывожу на экран.
Графики замелькали перед глазами, а я вдруг зевнула. Глянула на часы. Ого! Да я больше суток на ногах! Изучу позднее, чем баловался этот сумасшедший садист. Распакую программки Мэта, запущу в систему, пусть поковыряется там и восстановит все, что сможет. Подсоединив шлейфы и приказав Урдону и Дуре не мешать работать, закрылась в комнате отдыха.
Меня сейчас саму можно повесить на крючок, повисну тряпочкой.
Сбросила обувь, расстегнула молнию, стянула комбез и повалилась на кровать. Все завтра.
 
Глава 8. Исход.
 
– Резиденция Одаль-Винкемайер, – сообщил надутый дворецкий.
– Ты, чванный урод, быстро мамашу позови или папашу!
– Высокую леди Одаль?! – Икнул дворецкий.
– Я тебя по закоулкам туманности Скорпиона разметаю, компост из тебя сделаю для грядок ирраянской пунники, выжму, высушу и повешу над Галобашней в Валлиуме!
Нет, я придумала еще штук тридцать цветистых эпитетов, но он сломался на пятом. Остальные не понадобилось зачитывать. Бумажку я на коленях держала.
– Девочка моя! – взвыла с экрана дама в зеленой ерковой коже. – Где же ты была столько времени!
– Мамуля, прикрути патетику! Мне нужен транспортник на сто сорок человек! Координаты вот! Астероид LD68δF. Быстро, еще вчера!
– Я не понимаю, – захлопала нарощенными ресницами мамаша. В этом сезоне модны фиолетовые опахала. Ина сказала.
– Мой муж – насильник и урод, сослал меня на астероид, и я тут сдохну через пару суток! Шевелись! Транспортник, и поживее!
– Но я только вчера видела, как ты резвишься в водопадах… Деточка, ты так похудела!
– Каких, на хрен, водопадах, тут воздуха на пару суток осталась! – заорала я. – Спаси меня! Мама! Очнись!
И вот это сработало. Мамаша прекратила разевать рот, предельно собралась, и записала координаты.
Я прервала сеанс связи и откинулась на кресло. Если леди Одаль умеет не только красить глаза и менять любовников, то мы выживем. Но это пока не точно.
– Вы были великолепны, нэри Одаль, – подлизался Урдон.
– Фигня вопрос, было бы, кого натянуть, – хмыкнула я.
Семья Одаль точно не обеднеет, если направит транспортник к занюханному астероиду, и спасет сто сорок бедолаг. Рабочие не виноваты, они просто честные простые работяги, завербовавшиеся на обогатительную фабрику. Заходит пять процентов руды, выходит семьдесят в концентрате, нормальная, понятная работа.
Не было тут эпидемий, аварий, утечки реактора, революций. Тут гений затесался в больничку. Ну, на самом деле одаренный целитель – подлинное сокровище, и работать ему всегда есть где. Начиная от королевского дворца на Дивайне, до дорогущего санатория на Каппа-Сатране. С каждой десятушкой дара условия все шикарнее, жирнее, кучерявее. А этому садисту опыты нужны были, а не кредиты.
– Дорогая, кто это был?
Лорд Одаль не то, чтобы особенно интересовался, но резкий сигнал незнакомой сигнатуры пробудил его от послеобеденной неги. У них приличный дом! Кто попало не шляется, не терзает сети, не беспокоит хозяев!
– Это Нанни, – ответила после паузы супруга. – И знаешь, что-то я немного в растерянности.
– Когда и повеселиться, как не в молодости! – благодушно махнул рукой лорд. – Мы не какие-нибудь нищеброды, чтоб считать кредиты!
  
– Ей нужен транспортник на сто сорок человек.
– Девочка всегда была общительной, – промямлил неуверенно муж. – У нее полно друзей.
– Но что они могли делать на заброшенном астероиде?!