Отступница (СИ)
Елена Гринн
Отступница
Пролог.
Время пришло...
Поднимаю глаза и смотрю на спящего рядом мужчину. Его лицо так спокойно и умиротворённо, а дыхание еле слышится. Он крепко спит и даже не подозревает, что я задумала.
Осторожно выныриваю из крепких объятий. Убеждаюсь, что руна не стёрлась - мужчина должен спать во время обряда. Наклоняюсь и целую его в тёплые губы.
- Прости меня, - шепчу еле слышно. - Я люблю тебя
Сердце ноет, душа горит, но я уже привыкла к боли, я уже приняла свою участь. Я всё решила!
Он улыбается во сне. А я сбегаю, чтобы не передумать и снова не занырнуть в любимые объятия.
Выхожу на улицу, плотно закрыв за собой дверь. Ночь встречает меня тишиной и покоем. Отмечаю, что до рассвета осталось совсем немного времени, спешу в баню. Омываюсь остывшей водой и надеваю чистую сорочку. Накидываю на плечи накидку, заплетаю волосы в плотную косу. Когда выхожу из бани, замечаю, как небо начинает светлеть на горизонте. Тороплюсь на полянку, где уже всё заранее приготовила для тёмного обряда.
Полная луна участливо освещает путь и, кажется, будто сама Лилита благоволит мне. Но это не так, богини давно отвернулись от меня. А после ритуала так и вовсе стану предательницей в их глазах, и даже мягкосердечная Маргарита не примет меня в своё царство. И скитаться моей душе вечно в небытии.
Откидываю страшные мысли, потому что перед моими глазами вырастает заветная полянка. Пробормотав отзыв, ныряю под рунный купол. Поднимаю голову, с беспокойством оглядывая небо - вот-вот наступит рассвет, нужно спешить. Убеждаюсь, что круги в целости и сохранности, достаю из-за дерева корзинку.
Скидываю накидку, оставаясь в одной тонкой сорочке и торопливо распускаю косу, заставляя волосы разметаться по плечам. Босиком прохожу в круг. Скрестив ноги, сажусь в середину.
На больших медовых свечах вырисовываю краской руны, бормоча слова молитв, и расставляю их полукругом перед собой. Зажигаю фитили огнивом. В чашу кидаю все необходимые травы. Беру в руки клинок и подношу к синеющей венке на запястье....
Внезапно налетевший ветер качает ветви и треплет мои волосы.
“Остановись, Есения!” - слышу в его завываниях голоса сестёр.
- Простите меня, - кричу, пытаясь перекричать ветер. - Я не могу иначе!
Тонкое лезвие скользит по коже. Алая кровь капает в чашу, окропляя травы.
Назад пути нет....
Глава 1.
- Еська, хватит уже свои книжки читать! Давай-ка помой лучше моркву! - заявляет повариха, качая головой.
Недовольно морщусь. Нет, с “Еськой” я уже свыклась, моё красивое имя Есения мало кто говорит, предпочитая более простое и короткое. А вот от слова “морква” меня до сих пор коробит. Но терпеливо молчу - Ксана необразованная женщина, даже букв не знающая, что с неё взять?! Но отсутствие маломальского образования нисколько не мешает ей учить всех жизни. В том числе и меня.
- Поменьше бы ты, Еська, свои книжки читала, да в облаках летала. Побольше бы по сторонам глядела! Тебе уже скоро восемнадцать годков стукнет, пора о замужестве задумываться, годы как водица. Не успеешь оглянуться, а ты уже не персик, а сморщенный урюк!
Ну начинается! Сейчас примется мне внушать, что я должна взрослеть, серьёзнеть, а между делом подбирать себе мужа. Что мне уже пора детей нянчить, а я всё не сватана. А у нас вон сколько молодых парней ходят свободными, да только я всё нос ворочу. Тут я нисколько не спорю, действительно ворочу. Ну не нравится мне ни наши стражники, ни подмастерье слесаря, ни личный служник князя, который постоянно глазеет на меня. Парни они все хорошие, симпатичные, работящие, но не моё всё это! Не моё!
- Ксана, пирожки ещё не готовы? - на кухню заглядывает пухленькая Фота, единственная моя подруга.
Мысленно благодарю богинь, что послали Фотинию на мою голову. Ксана тут же отвлекается от нравоучений и отходит к большой печке, где румянятся ароматные пирожки.
- Идёшь сегодня на праздник? - тихо интересуется Фота, подходя ко мне ближе. Осторожно выуживает из кармашка на фартуке красивую кружевную алую ленту и с гордостью демонстрирует мне.
- Откуда такая красота? Только не говори, что стащила! - хмурюсь. Ведь знаю об этой привычке своей подружки, любит она без спроса позаимствовать вещички у княжны Румяны, чьей личной служанкой является. Берёт, абсолютно не боясь, утверждая, что у княжеской семьи не убудет. Вещи, конечно же возвращает, но у меня всё равно остаётся неприятный осадочек.
- Княжна подарила, - фыркает Фота, пряча ленту. - Так ты пойдёшь? Лента длинная, можем напополам разрезать.
- Пойду, вот только лента мне не нужна.
Фотиния пожимает плечами. Несмотря на то, что она моя лучшая и единственная подруга - она меня не понимает. Ей тоже, как и мне, семнадцать, но вот только Фота уже вовсю женихается. И я не удивлюсь, что как только ей стукнет восемнадцать, она выскочит замуж.
- Держи, - к нам подходит Ксана и суёт в руки Фоты блюдо с румяными горячими пирожками. - С яблоками и мёдом, как Румянушка любит.
Фотиния кивает и уносится вместе с пирожками. Нашу младшую княжну Румяну любят все, и я в том числе. Несмотря на то, что ей всего четырнадцать, княжна умна не по годам, ведь вместе с привычными занятиями знатных особ, девушка увлекается различными науками. Именно она четыре года назад обучила меня чтению, за что я ей несказанно благодарна.
- О чём мы с тобой говорили? - напоминает о себе Ксана.
Ставлю перед ней большой таз мытой моркови.
- Я всё сделала! А сейчас извини, обещала Даниле помочь перебрать яблоки! - выдыхаю и торопливо уношу ноги, чтобы Ксана даже не успела опомниться и найти мне ещё какое-нибудь занятие на кухне. Насчёт яблок я совсем не вру, вчера действительно пообещала садовнику перебрать падалицу.
Выхожу из дворца через заднюю дверь и поворачиваю в сторону сарайных построек. Вот только, завидев людей у конюшни, быстро юркаю за широкий куст буддлеи. Сердце отчаянно трепещет в груди, словно пленённая птичка. И вовсе оно не от страха заходится, а от любви.
У конюшен стоят двое молодых мужчин: оба красавцы, высокие да широкоплечие, что я перед ними как цыплёнок перед курицей. Один из них младший конюх Игнат, не парень, а настоящее золото. И нет бы мне его полюбить, но моё глупое сердце выбрало другого, того, кому я совсем не пара. Во все глаза смотрю на второго мужчину: наследный княжич Хакана Чеслав ласково гладит своего коня по морде, поправляя сбрую и о чём-то беседует с Игнатом. Серьёзно кивает, выслушивая конюха, а у меня внутри всё сворачивается тугим узлом от волнения. Какой же он всё-таки... красивый, умный, немного строгий, но добрый... он станет самым замечательным князем Хакана!
Внезапно Чеслав оборачивается и смотрит прямо в мою сторону. Я уверена, что он меня не видит из-за раскидистого куста цветущей буддлеи, но сердце всё равно радостно подпрыгивает и начинает стучать ещё громче и быстрее. Чувствую, как щёки заливает краска, а дышать становится тяжело. Богини милостивые!
За волнением не замечаю, как Чеслав седлает коня и уезжает, а следом и скрывается из виду Игнат. Посидев ещё немного и, дождавшись, пока лицо перестанет полыхать, вылезаю из своего укрытия и короткими перебежками тороплюсь к амбару. Но садовника Данилу там не нахожу. Зато нахожу три огромных ящика опавших яблок. Устроившись поудобнее, начинаю свою работу: гнилые плоды сразу откладываю - их потом отвезут в компостную яму для удобрений, хорошие плоды разделяю на два ящика: животным на скотный двор и на кухню.
- От меня бегаешь, Есения? - слышу над собой насмешливый голос. Вскидываю взор - рядом стоит Игнат, скрестив руки на своей мощной груди. Смотрю на него во все глаза - до чего ж красив. Тёмные густые волосы шапкой обрамляют лицо, а тёмно-серые глаза, словно бездонные колодцы, что утонуть в них не грех. Лёгкая щетина совсем не портит образ, а только придаёт мужественности. Игнат статен, что его легко принять хоть за княжича, хоть за принца. Да только сердце моё не трогает его красота.