Измена. Просчиталась, но...где? (СИ)

  
Измена. Просчиталась, но... где?
 
Маргарита Дюжева
 
Аннотация к книге "Измена. Просчиталась, но...где?"
Сидящая напротив девица усмехается и демонстративно кладет руку на свой круглый живот:
— Как видишь, наша с Глебом любовь дала плоды.
  
— И чего тебе от меня надо? — больно, но я держусь.
— Самую малость. Скоро родится сын, и я не хочу, чтобы мой мужчина отвлекался на посторонних. Поэтому просто собери по-тихому весь свой выводок и освободи территорию. Пожила хорошо и хватит. Пора уступать место более молодым, красивым и удачливым.
Уступать?! Э, не-е-т... Это точно не про меня.
За свою территорию, а тем более за свой "выводок" я порву любого, кто посмеет к нам сунуться.
И в этом я буду не одинока.
В тексте есть:  взрослые герои,  очень эмоционально,  измена
Глава 1
— Девочки, а вот и я, — сказала Ольга, подходя к столику, за которым сидели ее подруги.
Рыженькая, мечтательная Олеся, боевая Катюшка, и жгучая, как испанское солнце, Ирма — они дружили еще со школьной скамьи, всегда поддерживали друг друга, делились печалями и радостями.
Сегодня у радости был особый повод.
— Наконец-то! Мы уже все издергались, пока тебя ждали! Рассказывай.
Она аккуратно села на свободное место, отложила в сторону маленькую, изящную сумочку и прижав палец к губам, загадочно улыбнулась.
— Ну же! Не нагнетай! — нетерпеливая Катерина кипела больше всех, — я сейчас лопну от любопытства.
Остальные тут же ее поддержали. Тогда Ольга рассмеялась и, сжалившись над ними, призналась:
— Мальчишка будет.
И тут же их столик разразился громкими криками.
Подруги поздравляли, кто во что горазд, а сама Ольга смущенно краснела и улыбалась, приложив руку к аккуратному плотному животику.
Она только что вернулась с приема в частной клинике, где обходительная женщина-врач сообщила ей радостную новость. Даже снимок распечатала, подтверждающий, что там, внутри, билось сердце будущего богатыря.
Ольга хотела мальчика. Мальчик – это очень хорошо.
— А я говорила, что пацан будет! Говорила!
— Поздравляю!
— Умница!
Столько радости было в их словах, голосах, глазах, что она не выдержала и прослезилась.
— Спасибо, дорогие мои.
— Эй! Никаких слез!
— Это все беременные гормоны. Я то смеюсь, то плачу, — губы растянулись в дрожащей улыбке. — Дайте мне десять секунд, и я проморгаюсь.
Она принялась обмахивать лицо ладошками, и как раз в этот момент к их столику подошел официант.
— Вы готовы сделать заказ?
— Да! — ответили они хором.
Повод сегодня был радостный, поэтому они набрали пирожных. Даже Ирма, которая неустанно следила за фигурой, и та позволила себе маленький кусочек «наполеона».
Сама Ольга остановила свой выбор на шоколадном брауни, хотя раньше никогда не любила шоколад. Все-таки беременность сильно изменила ее вкусы – хотелось пробовать то, что прежде не вызывало интереса. А иногда и вовсе возникала потребность в чем-то диком. Например, в ананасах, приправленных чесноком или жареной клубнике с креветками.
— А Глеб? Он уже в курсе, что у вас будет наследник? — подала голос скромная Олеся.
На это Оля тяжко вздохнула и покачала головой:
— Я позвонила ему сразу, как вышла из кабинета, но он не берет трубку.
— Снова важный проект?
Ольга грустно кивнула. У него все проекты всегда важные. В последнее время он был вечно занят – работал допоздна, скидывал ее звонки, ссылаясь на сложный график. Все чаще не перезванивал и не уделял должного внимания. Но она искренне надеялась, что все изменится, когда Волков узнает про сына.
— Я хотела послать ему снимок УЗИ и заключение врача, но потом передумала.
— Правильно! Такие потрясные новости надо сообщать лично. Глаза в глаза, — поддержала Катя, — чтобы видеть, как его от радости хватит инфаркт.
— Да ну тебя, — рассмеялась Оля, — скажешь еще тоже. Инфаркт…
— Зато, девочки… — Ирма подняла кверху указательный палец с ярко-алым маникюром, — заметьте! Мы стали первыми, кто узнал радостную новость. Это надо отметить.
Предложение поддержали, заказав еще по кусочку тортика и целый чайник ароматного бергамотового чая.
В компании было тепло и уютно. Девочки шутили и смеялись, сама Ольга мечтательно улыбалась, привычным жестом поглаживая живот, а за окном плыли ажурные облака и светило ласковое солнце.
Спустя некоторое время, когда они поделились друг с другом всеми свежими новостями, обсудили их и даже посплетничали, Ирма задала самый животрепещущий вопрос:
— Когда у тебя состоится встреча?
Все затихли, ожидая Ольгиного ответа, а она, собравшись духом, твердо произнесла:
— Завтра.
— Ой, Солнышко, удачи. Будем держать за тебя кулачки.
— Спасибо, родные. Я очень волнуюсь.
— Не переживай, все будет хорошо, — Катя потрепала ее по руке, — ты со всем справишься.
— Я знаю.
Она улыбнулась.
Да, завтра предстоял важный день…
Завтра она собиралась встретиться с женой своего мужчины и объяснить этой старой климактерической курице, что ее поезд давно ушел, и пора освобождать насиженное место.
— Неправильно все это, — тихо сказала Олеся, когда остальные закончили галдеть и раздавать ценные советы.
— Ой, Рыжик, замолчи уже, а? — отмахнулась от нее Катя, — вечно ты от коллектива отбиваешься. Стоишь такая нарядная, в стороне и в белом пальте.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Пальто…
— Да неважно! Ты уже своим «правильно» всех притомила. Или может, ты думаешь, что Олька наша хуже той тетки? Не достойна самого лучшего?
— Достойна, конечно. Просто… вы же помните поговорку про то, что на чужом несчастье своего счастья не построишь?
— Давай еще скажи, что надо беречь чужую семью, думать о чужих детях и прочую хрень, как ты так любишь.
— А что в этом плохого?
— Ой, все!
Этот разговор происходил уже ни один десяток раз. Все уже давно привыкли, что Олеся немного не от мира сего, поэтому Ирма только хмыкнула, Катька обреченно закатила глаза и покачала головой, а вот Ольге захотелось поговорить на эту тему.
— И что же ты мне предлагаешь, Лесь? — спросила она, размеренно постукивая аккуратными ноготками по столу. — Сидеть тихонько в стороне и довольствоваться объедками?
— У тебя одна сумка только стоит столько, сколько я получаю за месяц.
— Не завидуй.
— Даже не думала, — Олеся равнодушно пожала плечами. В этом жесте не было ничего наигранного. Все и так знали, что она не падка ни на украшения, ни на брендовые шмотки, ни на сумки. Из всей компании она была одета скромнее всего. Как есть белая ворона, — просто ты же изначально знала, что он женат… знала и все равно не остановилась.