Придворный Медик. Том 4 (СИ)

  
Придворный Медик. Том 4
   
Глава 1
 
— Её нужно отнести! Спрятать куда-нибудь! — запаниковал камердинер княжны. — Как хорошо, что вы оказались здесь, Павел Андреевич. Я слышал о вас. Много раз слышал! Помогите же мне поднять Екатерину Александровну!
— Погодите, — перебил его я. Мой «анализ» метался по телу девушки и никак не мог найти причину, по которой она потеряла сознания. Интересно… Похоже, в некоторых случаях от магии не так уж и много пользы. По крайней мере поверхностный осмотр никаких отклонений не показал. — Почему вы хотите её спрятать? Ей кто-то угрожает?
  
— Нет, я… — замялся камердинер. — Я боюсь, что её увидит кто-то из слуг или лекарь семьи Романовых.
— Вы ведь только что сами его звали, — подметил я.
— Да, пока не узнал, что вы — Павел Булгаков! Вы ведь можете её спасти? Только так, чтобы никто о произошедшем не прознал…
А вот это мне уже совсем не нравится. Помощь дочери императора я окажу в любом случае. Но зачем это скрывать? Уж больно суетливо ведёт себя этот камердинер. Такое впечатление, что он сам её отравил, а теперь хочет подставить меня.
— Скажу всего один раз, — я подхватил на руки Екатерину, перенёс её на гостевой диван, что стоял в нескольких метрах от нас, и снова активировал свою магию. — Вам лучше объяснить, что здесь происходит. Оказывать лекарскую помощь тайно я не стану. Это же, чёрт вас подери, дочь императора! С какой стати мне скрывать, что с ней случилось?
— Ладно… Убедили, Павел Андреевич. Делайте, как считаете нужным. Только спасите её, — умолял камердинер.
— Это вы ей навредили? — строго спросил я.
— Нет, что вы! Как вы могли такое подумать? — вздрогнул старик. — Хотя… Можно сказать и так. Косвенно я в этом виновен, — он перешёл на шёпот. — Девчонка совершенно меня не слушается. Поступает так, как ей заблагорассудится. Вы правы. Это я виноват, я за ней не уследил.
Понятно. Ничего полезного от камердинера я не узнаю. Он в панике, информацию подаёт клочками. А время тикает. С каждой минутой ей становится всё хуже и хуже. Пора отложить этот разговор и направить всё своё внимание на Екатерину.
— Разговор окончен, — отрезал я. — Если кто-то войдёт — объясните, что я лекарь и пытаюсь помочь дочери императора. Пока что не могу сказать, понадобится ли ей скорая, но одно знаю точно — никто не должен мне мешать.
Камердинер кивнул, осмотрелся, но людей в округе не обнаружил.
Да, во дворце сегодня, как никогда, безлюдно. Все сидят в своих покоях после того, что случилось на вчерашней церемонии. Одна лишь Екатерина Романова вопреки всему вышла на прогулку, но до улицы так и не дошла.
Я приступил к полноценному осмотру. Сердцебиение и дыхание есть, девушка дышит, но она без сознания. Правда, с основными функциями организма уже возникли серьёзные проблемы. Дыхание частое, поверхностное, сердце бьётся слишком быстро. Кожа холодная, я бы даже сказал — ледяная! Вся покрыта мелкими капельками пота.
Приподняв её веки, я не обнаружил ничего особенного. Зрачки в порядке, реакция на свет адекватная. А вот с мышцами явно происходит что-то не то. Её руки и ноги подрагивают. Начались судороги. Плохой признак.
Прямо сейчас она находится на грани. Вот-вот впадёт в кому. Но из-за чего?
Между тем, какого-то специфического запаха от неё не исходит. Перед тем как потерять сознание, Екатерина Романова казалась мне пьяной. Но это не так.
Как же всё-таки иронично, что именно перед походом к учителю мне попалась пациентка, в работе с которой мой «анализ» бессилен. Я могу её вылечить с помощью магии, но не могу найти причину ухудшения состояния.
А всё потому, что она лежит очень-очень глубоко. Не в органах, не в тканях, и даже не в клетках. Я уже догадался, какой диагноз нужно поставить великой княжне. Только причина его лежит на уровне биохимии. В молекулах.
Иными словами, для диагностики такого заболевания понадобился бы «молекулярный анализ» — вершина развития лекарского мастерства. То, к чему я должен стремиться. Вот только на этот раз я справился и без него. Хватило наработанного опыта.
— Гипогликемическая кома, — заключил я. — Выводить её из этого состояния нужно срочно. Иначе есть риск, что мы её потеряем.
— Какая кома? — нахмурился камердинер.
— У неё упал сахар в крови. Ниже нормы. Скажите, у великой княжны случайно нет сахарного диабета? — уточнил я.
— Нет-нет, она вообще ничем не болеет! — замотал головой старик.
Странно. Часто гипогликемическая кома случается именно у диабетиков, которые переборщили с сахароснижающей терапией. Особенно часто это наблюдается при неправильном подборе инсулина.
А Екатерина очень молода. В теории у неё мог быть сахарный диабет первого типа, который лечится не таблетками, а инсулином. Ввела больше, чем нужно, мало поела при этом — и всё. Было очень много сахара, а стало очень мало.
И в таких случаях недостаток сахара куда опаснее. Я всегда советовал своим пациентам с сахарным диабетом держать сахар чуть-чуть выше нормы. Как показывает практика, иногда лучше справляться с избытком сахара, чем умереть от его дефицита.
Наш организм сильно зависит всего от двух веществ: от кислорода и от глюкозы, которую в простонародье и называют сахаром. Эти два вещества — необходимый источник энергии для любой ткани. И особенно — для нервной системы.
Мозг без кислорода начинает умирать примерно через семь минут. С глюкозой всё сложнее. Организм хитрый. В экстренной ситуации он начинает добывать глюкозу прямо из тела. Разрушает жир, создаёт глюкозу из других веществ. Но всё это — процесс не быстрый. Пока организм пытается хоть как-то поддержать мозг, нервная система начинает чудить. Вызывает судороги, расстройство множества органов и вполне может полностью остановить свою деятельность.
— Слушайте меня внимательно, — бросил я камердинеру. — Сейчас же мчитесь на кухню, в столовую — куда угодно. Ей нужен сладкий чай. Конфеты, сахар — всё что угодно. Основную помощь я ей окажу, но будет здорово, если после своего пробуждения она ещё и поесть сможет.
— А вот это вряд ли, господин Булгаков, — поморщился камердинер. — Как раз об этом я и говорил. Она есть уже отказывается неделями. А я за ней уследить не могу. Поймите меня правильно, она уже не ребёнок. Не могу я совершеннолетнюю девушку насильно заставить есть!
А-а-а… Так вот в чём дело! Худеем, значит, Екатерина Александровна? Ну что ж такое… Думал, тут и в самом деле серьёзный клинический случай. А на деле дочь императора просто решила довести себя до анорексии!
Ну, тогда это даже к лучшему, что она рухнула прямо передо мной. Как придёт в себя, попробую ей доступно объяснить, к чему приводят такие голодания.
Можно сказать, что ей в каком-то смысле ещё повезло. Некоторые люди умудряются голодать и при этом не переживать подобные приступы. Зато потом становятся скелетами с обтянутой кожей. Организм перестаёт принимать еду так, как раньше, поэтому восстановиться таким пациентам очень трудно.
Но всё это — лирика. Для начала нужно достать её из комы. А в этом мне поможет её поджелудочная железа. Достаточно лишь стимулировать один из её участков, который отвечает за выработку очень важного гормона.
А именно — глюкагон. Главный противник инсулина, который, между тем, тоже вырабатывается в поджелудочной железе. Они как два зеркальных отражения друг друга. Две противоположности. Инсулин снижает уровень сахара в крови, а глюкагон, наоборот, повышает.
Именно это мне сейчас и надо.
  
Всё. Процесс пошёл. Через несколько минут она придёт в себя. До полноценной комы дело не дойдёт. Вижу, уже и судороги прекратились. Нервная система постепенно восстанавливается.
— Эй! Как это понимать⁈ — послышался крик с другого конца фойе. — Что вы делаете с Екатериной Александровной⁈ Назад! Живо отойдите от неё!
Ко мне приближался высокий широкоплечий мужчина с большим плотным животом. Прямо-таки отъевшийся бык, только рогов не хватает. Такой и грузовик своим весом смять сможет.