Опасный дар для гадкого утенка (СИ)

Искусственно вызвать инициацию у совершеннолетних вед, то есть после семнадцати лет, тоже было возможно. Это мог быть секс с мужчиной, сжигание на костре — не горели ведьмы в обычном понимании — могли обуглиться до черноты, перестать дышать и существовать, но возрождались через некоторое время в том же виде. Именно это случилось с рукой Саньки на экзамене. Это не отменяло болевые ощущения, пусть и заметно уменьшенные, по сравнению с чувствами обычного человека. Кроме того, инициации способствовали удушение веды, попытки утопить веду — ни то, ни другое не причиняло ведьмам сильных страданий и не убивало. 
  
Возможно, этими уникальными качествами природа компенсировала малочисленность вед, даруя им почти полную неуязвимость и возможность, гораздо большую, чем у тех же оборотней, восстанавливаться и залечивать любые повреждения. Короче говоря — любое действие, причиняющее веде боль (потеря девственности входило в их число) запускало инициацию после семнадцати, редко — после двадцати двух лет, сопровождаясь очень яркими выбросами чистой магии на протяжении месяца или редко — двух.
«Чистая магия» доставляла неосознанное удовольствие окружающим — окружающие веду люди больше улыбались, например, проходила депрессия, появлялась уверенность в своих силах, застарелая болезнь могла внезапно начать путь к выздоровлению, а легкая простуда полностью излечивалась. 
Но имелись и отрицательные стороны у выбросов: — переставали работать некоторые приборы, в последних изданиях приводили в пример сотовые телефоны, смартфоны и даже компьютеры — эти гаджеты вели себя странно, просто возвращались к заводским настройкам, при этом удалялись все файлы, контакты и программы безвозвратно. Более того, номер телефона инициированной ведьмы, счета в банках и любая другая информация о ведьме исчезала из всех гаджетов, компьютеров и даже бумаг. Записать имя ведьмы после инициации было легко лишь на специальных материалах вроде несгораемого пластика, высечь на камне, написать на некоторых породах дерева, пергаменте или, как ни банально — на бумаге с водяными знаками.
Саня эту информацию не могла опровергнуть, помнила, что паспорт был уничтожен, а корочки медсестры просто пропали. Так что доказательств не осталось. Новый ведьминский паспорт совершенно не отличался от обычного паспорта из прошлой жизни, всё та же книжечка с бордовой коркой и всеми положенными данными внутри. Кроме того, Саня не помнила, чтобы её инициации предшествовала какая-либо боль. Да и со смартфона информация исчезла не сразу. 
На работу таких простых вещей, как бытовая техника, вроде пылесосов, стиральных и швейных машин или электрических чайников, магия ведьм никак не влияла. А вот конкретно кофе-машины почему-то выходили из строя, даже самые простые модели.
Так же не было выявлено влияния недавно инициированных ведьм на работу автомобилей и другого транспорта. Не выходили из строя спутниковые телефоны, не страдали радиоуправляемые машинки или те же коптеры. Ведьмам разрешалось даже летать на современных самолётах, напичканных новейшей электроникой, но лишь в крайних случаях и со строгим указанием не приближаться к кабине пилотов. 
Ситуация с рождаемостью вед у обычных людей в России внезапно улучшилась после трагедии в Чернобыле. Тут и там у совершенно простых людей могла родиться маленькая ведьмочка. Называли таких ведьмочек дикими, потому что воспитывались они среди обычных людей и инстинктивно выбирали «дикий» способ инициации. В магическом сообществе имелись специальные службы поиска «диких» ведьм, которых обнаружить было непросто — Саня не нашла ни в одном источнике примет «диких» ведьмочек, только в паре мест упоминалось, что данные засекречены.
Но вот сразу после инициации и в течении ещё от пятнадцати до тридцати дней отследить таких вед было в разы легче, даже созданы были специальные приборы, которые могли засечь веду в радиусе одного, редко — двух километров.
Саня помнила, что и тут она выбивалась из общей картины — ведь Степан, тот охотник на ведьм, уверял, что засёк её таким прибором аж за двадцать километров. Видимо, приспособление показывало ещё и расстояние до ведьмы и было чем-то похоже на навигатор.
Охотники на ведьм появились ещё в средневековье, и в настоящее время продолжали существовать, сделавшись более организованными и скрытными. В основном это были простые, но обученные люди, не только не владеющие магией, но и понятия не имеющие о существовании магического мира. Как-то к ним попал прибор, созданный магами ещё в начале прошлого века, отслеживающий инициированных ведьм, что сделало охотников гораздо опасней для ведьм и менее опасными для простых девиц, которых раньше принимали за ведьм единственно из-за слишком красивой внешности. 
О том, что охотники делали с ведьмами, Саня тоже нашла весьма скудную информацию. Ведьмы не были бессмертными, убить их можно было, отрубив голову или вырезав сердце. В остальных случаях ведьма могла восстановиться. В некоторых источниках упоминались пытки и полное уничтожение ведьм. Кто-то еще предполагал, что из ведьм выкачивали магию, но остальные авторы брали под сомнение подобное, так как не представляли, как это возможно осуществить технически. Разве что запереть в свинцовый ящик на долгое время, отрезав саму возможность подпитываться от земли. Или создать вокруг веды вакуум тоже на длительное время. 
Кровь ведьм, взятая насильно, не обладала никакими магическими свойствами; отдельные части тела — тем более, но простые люди могли этого не знать. А вот добровольно отданная кровь ведьмы кое-на-что годилась, но опять же, на что именно — упоминаний Саня не нашла.
Про естественную инициацию, которая случалась в основном после 19 лет, ходили слухи один страшнее другого — и самовозгорание, и жестокие судороги с раздроблением всех костей, и временное превращение в жуткого монстра. Но определённых фактов с конкретными примерами Саня так и не нашла. И тем более озадачилась, потому что у неё ничего подобного не случилось, а инициацию она точно прошла естественным путём. Правда, каким именно, сама не могла понять, как ни анализировала своё превращение.
В любом случае, естественную инициацию старались не допустить, оберегая веду от лишнего стресса. Да и сами будущие веды, даже «дикие», искали искусственные пути инстинктивно. В настоящее время самыми гуманными методами инициации считалась искусственная дефлорация в целительском кабинете, либо мощный электрошок там же.
Имелись разнообразные амулеты, которые запирали не саму магию, а волны её, препятствуя их свободному течению, а также не позволяли приборам отследить инициированную ведьму. Видимо, именно такой амулет ей давал оборотень-медведь Фёдор. 
Кроме того, окружающие люди могли спокойно пользоваться телефонами и прочими гаджетами рядом с ведой, носящей такой амулет. Способность пользоваться телефонами, смартфонами и компьютерами так и не возвращалась к ведьме до конца жизни. И это очень расстроило Саньку. Она много книг читала в электронном виде. Приобрести же спутниковый телефон было слишком дорогим удовольствием, да и сомневалась она, что в таком телефоне есть приложения для чтения книг.
Ещё насчет обучения — колдовали ведьмы интуитивно, так что по большому счёту им не обязательно было учиться. Разве что «диким», которые вовсе ничего не знали, вроде Саньки. Но обучение делало ведьму настоящим профессионалом с пониманием своей магии и возможностей, а также более сильной магически — благодаря систематическому подходу к разного рода медитациям и другим методикам «прокачивания» ведьминской силы.
  
И тут вплотную стояла проблема измерения магической силы. Болевая шкала, используемая Академией и школами магов, представлялась для каждого чем-то своим, но суть оставалась одна и некоторые моменты были для всех неизменны — как появление определённого количества предметов и удержания их. Самый низкий уровень — один предмет, самый высокий из достигнутых за много веков — одиннадцать предметов, но это абсолютный рекорд, ни разу не повторённый. Так что по сути — десять предметов считалось потолком для взрослых, состоявшихся магов, но достигали его единицы.