Адмирал Империи – 24
Дмитрий Коровников
Адмирал Империи – 24
Глава 1
Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».
Национальное название: «Таврида» – сектор контроля Российской Империи.
Нынешний статус: не определен – спорный сектор пространства.
Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.
Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.
Точка пространства: межзвездный переход «Таврида–Тарс».
Дата: 4 марта 2215 года.
Ну, и каким же образом, спросите вы, крейсер «Одинокий» оказался среди сотни османских кораблей, когда его на радарах обнаружили американцы, ну, и наши с эскадры Дессе? Сейчас расскажу все по порядку. Итак, остались мы с адмиралами Хиляевым и Беловым во главе тринадцати кораблей охранять «врата» перехода из «Тарса» в «Тавриду». Козицын с Хромцовой и Гулем помахав нам ручкой, поспешили к центральной планете системы, выполняя приказ императора о немедленном прибытии к Херсонесу, так как на ее орбите нашему Северному космофлоту приходилось совсем несладко.
Вместе с посланием от императора и командующего Дессе отдельным файлом пришли первые данные о начальной фазе сражения, что сейчас вовсю шло в десяти часах лета отсюда. По полученной информации выходило, что наших там сильно прижали и, как я просчитал, ни эскадры Козицына с Хромцовой, ни даже если бы мы все вместе полетели туда на выручку, не хватило бы у нас сил для того, чтобы хоть как-то исправить то критическое положение, в котором оказались дивизии Дессе и гвардия императора.
Как вы помните, мне не удалось уговорить моих товарищей – дивизионных адмиралов, что, только заслышав зов императора, взяли под козырек и помчались в самое пекло сражения, не понимая, что возможно оттуда никто из них не вернется. Я сильно загрустил, во-первых, потому, как не хотел увидеть над именами, к примеру Василия Ивановича Козицына или Агриппины Ивановны Хромцовой надписи – погиб в бою. Еще больше мне не хотелось оплакивать гибель моего крестного – адмирала Дессе. Что касаемо Таисии, которая, как известно, находилась в этом момент рядом со своим отцом – императором Константином, о том, что может произойти с ней, я даже думать не хотел…
Вы спросите, почему же тогда, если ты так переживаешь за судьбу всех этих людей, ты сидишь здесь, а не летишь их выручать? Хороший вопрос, попробую на него ответить. Иногда, как бы мы этого не хотели, дела государственные должны быть в приоритете над личными, а разум, над эмоциями и чувствами. Под государственными делами я сейчас понимаю – военную службу во флоте Империи, что сейчас изо всех сил отбивалась от бесчисленных, очень сильных и жестоких врагов в лице Сенатской Республики и ее союзников поляков и османов. Сейчас во мне говорил стратег, если хотите – политик, и наконец, адмирал. Пусть и без собственного флота или даже дивизии, но именно адмирал – высший сановник военного ранга, который должен не просто служить своему государству, а значит, колониальному населению нашего сектора контроля, а еще и размышлять над тем, как нам победить в этой войне.
А для того, чтобы победить, надо сохранить космофлот. Что делали сейчас на орбите Херсонеса-9 наш государь-император, командующий Дессе и все остальные адмиралы, в том числе и те, что сейчас покинули сектор портала и полетели со своими двадцатью четырьмя кораблями на помощь к столичной планете системы? Они, безусловно, сражались, пытались остановить врага, но делали это бездумно, на эмоциях и подогреваемые собственными амбициями.
О Константине Александровиче я промолчу, мне известен его характер, который в довесок после некоторых событий в прошлом, изменился не лучшую сторону. Император всегда был прожектером, несколько оторванным от реальности, к тому же всегда подбадриваемый победными реляциями, приходившими из секторов сражений в Ставку, от паркетных штабных адмиралов и офицеров, которые всегда составляли доклады царю в так сказать позитивном ключе. Соответственно личные амбиции нашего досточтимого монарха, умноженные на воспоминания о былых геройствах в 1-ой Александрийской войне, подвигли Константина Александровича, во-первых, самому возглавить объединенную эскадру, далее – привести ее в «Тавриду», с намерением атаковать сразу и флоты «янки» и звездные системы Османской Империи, ну и в завершении – именно непоколебимая вера в собственные силы и силу своего космофлота заставили императора остаться у Херсонеса в неуемном желании победить Коннора Дэвиса.
Чем все это закончится, я догадывался заранее, хотя еще пока и сам не знал, насколько огромным стал 1-ый «ударный» космофлот АСР, который примерно со ста шестидесяти вымпелов вырос до двух с половиной сотен. А ведь у Дэвиса в загашнике были еще и резервные номерные дредноуты, а также, польские крейсера Вишневского! И вот со всей этой мощью, на сегодняшний момент надо признать, непобедимой мощью, собирались разделаться наши космофлотоводцы: государь-император и командующий Дессе. Последнего я, пусть давно и не видел и тесно не общался, но всегда знал и уважал, как крайне разумного, хладнокровного в бою, профессионального адмирала. Однако, когда я услышал от Павла Петровича, как я его называл «дяди Паши», о грандиозных планах по нейтрализации флота Коннора Дэвиса имеющимися силами, то я серьезно задумался, не растерял ли мой крестный все свои навыки за эти годы, не состарился ли он, почивая на лаврах…
Не знаю, надеюсь что нет, однако факты свидетельствуют об обратном. Прежний Дессе, который недаром получил прозвище «Лис», уж точно не оставил бы ни единого своего корабля, зная что в «Тавриду» входит такой большой вражеский флот, какой был сейчас у Дэвиса. Что ж, буду держать пальцы за то, чтобы у адмирала Дессе хватило ума и опыта каким-либо образом вырваться из ловушки, что готовил ему «Мясник» у Херсонеса и спасти, по крайней мере, большую часть своего Северного космофлота…
Я действительно начал ловить себя на том, что постоянно считаю наши корабли, погибшие, получившие повреждения и временно выбывшие из строя, а также потери противника, сравнивая их и по этим данным, оценивая общую эффективность кампании. Пока, до сражения за Херсонес, даже со всеми нашими ошибками, просчетами и остальным, российская сторона имела пусть и небольшой, но все-таки перевес. Здесь стоит лишь упомянуть почти разбитые до основания 6-ой и 4-ый американские космофлоты, которые были не последними по мощи и количеству кораблей в Сенатской Республике. Тем не менее, их дивизии оказались по-настоящему обескровлены, ну, по крайней мере до того момента, пока в «Тавриду» не вошел Дэвис со своими резервами. А еще Самсонов прилично потрепал Космофлот Северных Сил османов, разбив его наголову в «Тарсе». Так что счет и коэффициенты были в этой схватке, которая длилась вот уже больше месяца для нас хорошими. Повторюсь до того момента, когда Дэвис с одной стороны, а султан Селим с другой не начали на нас давить.
И сейчас пришло время собирать камни, от Черноморского флота осталось лишь одно название, Северный пока держится на орбите Херсонеса, но, думаю, очень скоро разделит участь первого, Гвардейская Императорская Эскадра, чьи корабли давно разбросаны по разным дивизиям, тоже уже не представляет собой той силы, которая была у нее в недавнем прошлом. В общем, с поражением у Херсонеса дела у нас станут крайне тяжелыми. В том, что битву за центральную планету системы «Таврида» мы проиграем, я не сомневался, и тут не нужно было быть пророком. А вот что будет потом, тут волосы на голове у тех, кто мог просчитывать на несколько ходов вперед, точно встанут дыбом.
Потому, как если все корабли Северного космического флота и Гвардейской Эскадры погибнут сейчас на орбите Херсонеса-9, сразу около десятка внутренних звездных систем нашей Империи останутся абсолютно беззащитными. Нет просто в данном секторе пространства у нас сейчас ни одной эскадры, ни одной дивизии, которая бы могла хотя бы на пару-тройку дней задержать наступления вражеских полчищ.