Ложная девятка, часть третья (СИ)

Золотой мяч и титул чемпиона Европы это, конечно, эпохальные достижения, с ними Ярослав золотыми буквами вписал своё имя в историю как нашего так и мирового футбола.
Но это далеко не всё чего может добиться как сборная так и он сам. Уже сейчас идёт отборочная компания к чемпионату мира 1986 года в Мексике и я уверен что наша команда достойно её завершит и получит путевку на первенство мира.
  
И на нём будет новый вызов. Но глядя на то, как он ведет команду за собой, верится что и на полях мундиаля нашей сборной будет сопутствовать успех.
Лев Филатов, заслуженный тренер РСФСР
«Футбол-Хоккей», № 51, 16 декабря 1984 г.
* * *
— Значит ты опять летишь во Францию? — задала Катя риторический вопрос.
Мы с ней только что вернулись с Воробьёвых, вернее пока что Ленинских, гор, где катались на лыжах и сейчас пили чай у неё на кухне.
Раньше, в будущем, я не очень понимал это занятие, обычные лыжи. Вот горные это другое дело. Там есть скорость, экстрим и адреналин. Правда по контракту мне эти развлечения были недоступны, как и десятки других, кстати. Но всё равно, нет нет, но иногда мне удавалось выбраться покататься с друзьями. В обстановке строгой секретности и без телефонов.
Но сейчас я нашёл свою прелесть и в обычных лыжах. Было в них что-то такое, медитативное. Особенно если снег идёт. Плюс забавное чувство того что я вроде бы и провожу время с Катей, она каталась лучше меня и всё норовила убежать вперед, но при этом предоставлен сам себе. Есть время подумать о всяком разном. Вот и я во время этой лыжной прогулки думал. И мысли мои были приятные.
Учитывая советскую специфику редакция France Football связалась со мной заранее и сообщила что я одержал победу в голосовании на Золотой Мяч и что они приглашают меня на вручение этой награды. Это произошло буквально вчера, а сегодня в Футбол-хоккей уже вышла большая статья Льва Филатова, который голосовал от Советского Союза.
Теперь у меня есть чуть больше недели чтобы всё согласовать с родными чиновниками и полететь в Париж.
Катя узнала о моей победе сразу же, само собой что я ей позвонил. Она не была первой, в любом случае такие новости сначала надо сообщать родным, так что мама узнала раньше. Но второй звонок я совершил как раз Кате.
И вот сейчас мы с ней продолжили вчерашний разговор.
— Да, всё верно. лечу. Что тебе привезти? — улыбнувшись спросил я.
В ответ она только махнула рукой.
— Ничего, — прозвучал ответ, удивительный надо сказать. Впрочем она быстро поправилась, — удиви меня.
— Хорошо, удивлю, — ответил я.
— Здорово вы всё-таки, спортсмены, живёте. Через неделю у тебя Франция, в январе Индия, в феврале Италия, в марте Греция.
— О, тут особо нечему завидовать, Кать. Ладно в париж я поеду считай что развлекаться, если это можно так назвать. А вот во время остальных поездок ничего кроме стадиона я толком и не увижу. Ну, может быть Индия будет исключением. Хотя вот туда я совсем не хочу ехать.
— Почему? — оживилась она, — это же такая сказочная страна. Один Тадж-Махал чего стоит! А еще там такая чудесная природа! А Ганг? неужели тебе не хочется увидеть Ганг? — мда, явно индийский кинематограф произвел на мою, в общем-то не глупую девушку, большое впечатление
— Ага, а еще Индия это жуткая антисанитария и огромное социальное неравенство. Вот ты Ганг упомяынула. А ты, например, знаешь, что вода из него вообще не пригодна для питья. Это очень грязная река. Да и вообще. В индии много шикарных пляжей, но на тамошнем песочке может спокойно лежать дохлая крыса, потом собачка, тоже не живая, дальше еще чей-то трупик. А в финале стадо их священных коров. И всё это там где люди загорают и плавают.
— Фу, какая гадость! — скривилась Катя, — а это ты откуда знаешь?
— Да так, рассказывал кто-то из сборников, уже не помню кто.
— Ладно… — Катя собиралась еще что-то сказать, но в это время её отец из прихожей сказал что он уходит и когда мы остались наедине стало не до разговоров.
На самом деле мне об Индии никто не рассказывал. Это я сам видел, больше чем полвека тому вперед. И раз уж там в будущем так, во времена когда Индия стала вроде бы большой и важной и куда более богатой, то что говорить про нынешнее время? Там сейчас вообще тихий ужас.
Но, нас никто не спрашивает, и мы поедем.
Под «мы» я понимаю сборную Советского Союза. Ближе к концу января мы летим на четвертый международный турнир «Золотой кубок» памяти Джавахарлала Неру. Фухх, ну и имя у этого наверняка достойного человека. Как говорится, без бутылки и не выговоришь.
Там мы будем развлекать тамошнюю публику матчами с такими грандами мирового футбола как Китай, Иран и Марокко. В череде грозных соперников только Югославия смотрится инородно. Она тоже участвует.
Решение о том что именно первая сборная СССР поедет на этоот турнир было принято еще до нашего триумфа во Франции и со слов Вали Иванова, моего одноклубника и сына Валентина Козьмича, который так-то помощник главного тренера сборной, Иванов старший и Малофеев несколько раз очень сильно ругались с чиновниками из федерации насчёт того что не по чину нам ехать в Индию и надо отправить или олимпийскую команду или вообще молодёжку.
Но нет, индусы уперлись и нам придётся лететь в этот проклятый Кочин.
И это значит что у меня толком не будет отдыха. Сразу после Индии мы летим еще и в Италию, где проведем аж три матча со Скуадрой Адзуррой. Ажиотаж вокруг этих игр в Италии стоит большой, а учитывая мой золотой мяч он будет еще больше. Еще бы три матча действующих чемпионов Мира против триумфаторов последнего Евро. Плюс в составе каждой из команд будет по обладателю Золотого Мяча. Ярослав Сергеев против Паоло Росси. Хорошая витрина.
Еще и денег заплатят очень прилично, не так как за Евро, конечно, но вполне на уровне. За матчи Кубка Кубков торпедовцы получают меньше, например.
Вроде бы никаких минусов, сплошные плюсы. Вот только отдыхать когда?
Но что поделать, такова судьба футболиста сборной СССР. 8 месяцев в году ты на сборах, выездах, турнирах и прочих базах.
А раз так, то надо пользоваться редкими минутами отдыха на все сто. Вот я и пользовался.
  
Глава 22
 
Да, Золотому Мячу 1984 бесконечно далеко до пышных церемоний будущего, которые привлекали к себе огромное внимание и проходили в роскошных залах. Красная ковровая дорожка, тысячи приглашённых гостей, практически весь футбольный бомонд, журналисты, вспышки фотокамер и прочее, прочее, прочее. Всё это в будущем.
А в настоящем скромный приём в редакции France Football. Буквально два десятка гостей, включая меня, Льва Филатова из «Еженедельника Футбол-Хоккей» и чрезвычайного и полномочного посла Союза Советских Социалистических Республик во Франции Юлия Михайловича Воронцова.
С ним мы познакомились ещё во время Евро, и, к моему удивлению, этот дипломат оказался страстным футбольным болельщиком, который посетил все матчи нашей сборной. Хотя, учитывая его возможности, это не сложно.
Помимо меня во Францию прилетело ещё два советских обладателя Золотого Мяча: Лев Иванович Яшин и Олег Блохин.
С Олегом мы были знакомы и ранее, как ни крути, мы постоянно встречались на футбольном поле. Да и карьеру в сборной он ещё не завершил, и мы пересекались там.
А вот с Яшиным я по-настоящему познакомился только во время этой поездки. До этого я виделся с легендарным вратарём всего пару раз: один раз на приёме в честь нашей победы на Евро, а второй раз мы с ним случайно столкнулись на торпедовской базе, куда он приезжал к Стрельцову и Воронину. И всё.
  
Сейчас же удалось пообщаться более обстоятельно.
И что я могу сказать? Как там было у классика?
«Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было в мире гвоздей», вот примерно так.
И как же я ошибался, когда считал, что сейчас, в тысяча девятьсот восемьдесят четвёртом, спартанские условия и плохое, по моим меркам конечно, качество инвентаря и экипировки. По сравнению с тем, что было в шестидесятых, а у Яшина оказался развитый талант рассказчика, и его истории были яркими и живыми, сейчас вообще эра сплошного хай-тека. Да, даже если посмотреть на эволюцию футбольного мяча и бутс, становится понятно, как приходилось играть футболистам прошлого. Простое разглядывание фотографий и экспонатов в музее не может дать полного понимания.