Ложная девятка, часть третья (СИ)
— А знаете Юрий Павлович, после непродолжительного молчания сказал Сайкин, это вы здорово придумали насчёт многофункциональности. Действительно получается этакий центр культурной жизни района. Может быть этот вариант и пустим в работу. Но я вижу что это не всё. Что там у вас еще в папочке.
— А это уже прожекты, Валерий Тимофеевич. Слишком много свободного пространства под трибунами остаётся и мы подумали как его использовать максимально эффективно. Используем все 10 тысяч квадратных метров. Два уровня, цоколь и первый этаж. Всё для комфорта зрителей.
Зал для секций, музей, кружки остаются как в первом варианте, но добавляем. Туалеты не два-три на трибуну, а по 20 кабин на секцию, итого 80 по периметру. Ширина кабинок 1,5 метра, унитазы, умывальники по 10 на блок, вентиляция 20 кубометров на человека, стены плитка, освещение 150 люкс. На 40 тысяч зрителей никаких очередей даже при аншлаге. Точки питания 10 киосков по 20 квадратов под всеми трибунами, итого 200 метров. Пирожки с мясом и капустой, беляши, котлеты с пюре, чай в граненых стаканах, квас в бочках 5 литров на точку и пиво по 3 литра. Прилавки стальные, навесы 3 метра шириной, обслуживание до 10 минут на очередь. На матч 10 тысяч порций чтобы все наелись и согрелись. Это не столовая, а быстрый перекус как на вокзале, но сытно.
Комфорт он в деталях. Коридоры под трибунами ширина 3 метра, освещение 100 люкс, указатели на стенах «Секции», «Музей», «Туалеты», чтобы никто не плутал. Входов не три, а пять, прямо с улицы на трибуны, ширина 12 метров. Стадион полностью опустеет за 15 минут. Это еще и для безопасности нужно. Вторых Лужников у нас не будет ни при каких условиях.
Я говорил про тот же Олд Траффорд, но наш стадион будет лучше. Возможно если по нашему обычаю ничего не обрежут, это будет самый комфортный стадион в мире.
— Возможно возможно. Но как я понимаю сроки вы назвали с потолка. Проекта еще толком нет. Только мечты о нём.
— Ваша правда, Валерий Тимофеевич. Мы конечно сделаем всё максимально быстро, само собой после подтверждений Моссовета и архитектурной комиссии, но полгода минимум нам понадобится для подготовки проекта.
— Ага. Это получается что в лучшем случае в июне восемьдесят пятого у нас будет проект. Осенью начнётся демонтаж существующих конструкций и примерно году так к 89-му вы закончите строительство.
— В целом да. Вы правы. Это реалистичные сроки.
— Что ж, спасибо за мечту, Юрий Павлович. Это действительно очень впечатляет. И начинайте потихоньку разрабатывать проект. Все необходимые согласования как и финансирование у нас будет.
Платонов ушёл оставив бумаги и Сайкин потом еще долго разглядывал эскизы. И ему очень нравилось то что должно было получиться.
* * *Концовка сезона у Торпедо вообще и у меня в частности получилась ударной. Да, мы не смогли догнать лидера, но медали, снова бронзовые, украсили наши шеи.
До конца сезона мы провели 7 матчей в чемпионате страны и не проиграли ни разу.
С минским Динамо мы скатали очень боевую ничью, на голы Курненина, Кондратьева и Шалимо у нас нашёлся ответ в виде моего гола со штрафного и дубля Юры Суслопарова. Он неожиданно проявил свои бомбардирские качества в самой концовке. Мы горели два мяча, но Суслопаров в течение трёх минут дважды отличился с углового.
Потом одна из моих любимых команд Жальгирис. Литовцы в этом сезоне точно такие же как в прошлом. Ни рыба ни мясо советского первенства. После Динамо они показались нам отдыхом, хоть мы и играли в гостях. 0:3 к перерыву и игра в оставшиеся 45 минут стала формальностью. Я хоть и не забил, но всё равно остался доволен. Два голевых паса, каждый из братьев Савичевых получил от меня по стопроцентной возможности, стали достойным результатом, а так как в атаке у Жальгириса вообще ничего не получалось, то тренеры решили меня поберечь. Как обычно.
Следом первая игра в моей новой карьере, на которой на стадионе Торпедо собралось меньше 5 тысяч зрителей. Нашу кубковую зарубу с Днепром увидело аж 4892 человека. Вроде бы позор, вернее сто процентов это позор.
Но и эти пять тысяч стали огромным достижением. Потому что игра с Днепром прошла в чудовищных условиях. Такого дождя я не припомню в своей жизни. Ни старой ни новой. Дренажная система поля не выдержала и в итоге футбол превратился в водное поло. Мяч буквально плавал что в центре поля, что в обеих штрафных площадках. Так что никто не удивился мизерному количеству людей на трибунах.
Ну а если говорить о результатах, то водное поло принесло нам успех в дополнительное время, да еще и пришлось играть 120 минут. В первом тайме Днепр забил дважды. Оба раза Гена Литовченко наказывал нас за нарушения в штрафной. Потом в самом начале второго тайма мы отыгрались, спасибо голам Васи Жупикова и Вити Круглова, защита нас конечно выручила.
Ну а победу принёс гол Володи Кобзева на 117-й.
Я в этом матче вообще промолчал и если честно то был чуть ли не худшим в составе обеих команд.
Зато мне удалось как следует покуражиться над Хамрун Спартанс. В первом матче, который прошёл перед игрой с Днепром, я говоря по хоккейному сделал 4+2, забил четыре мяча и отдал две голевые передачи. Что интересно, два из четырех мячей я сделал прямыми ударами с углового. К сухому листу вратарь мальтийцев оказался не готов.
Ответный матч при счете 8:0 это абсолютная формальность и я думал что Стрельцов вообще повезет на Мальту дубль. Но нет. Эдуард Анатольевич решил сыграть, скажем так, полуосновой. И я в состав попал. Притом как и в первом матче отыграл все 90 минут.
Вроде бы странное решение, но Стрельцов мотивировал его очень просто:
— Слава, забивай. Как можно больше забивай этому Хамруну. Ты в любом случае должен стать лучшим бомбардиром турнира.
Сказано сделано. И к четырём в первом матче добавились еще 4 во втором.
Из-за ответной игры на Мальте матч с Зенитом был перенесен и в нем получилась нулевая ничья. Играли мы с ленинградцами в манеже и это было сущее мучение. Жарко, душно, этот противный запах пластика, просто кошмар.
Затем еще две ничьи. 2:2 с Киевским Динамо и 1:1 с Черноморцем. К этому моменту стало понятно что скорее всего Зенит выиграет чемпионат. Спартак после проигрыша нам как будто сломался и отпустил ленинградцев на четыре очка.
Мы же благодаря перенесенной игре с Тбилисским Динамо обогнали Днепр и как и в прошлом году получили вместе с бронзой путевку в Кубок УЕФА. Впрочем Протасов и компания в нём тоже сыграют. Регламент изменился и теперь 3 команды из чемпионата Союза участвовали в этом турнире.
В общем сезон завершился очень удачно. Конечно главным событием стал наш триумф во Франции, но и вторая подряд бронза вместе с еврокубковой весной это тоже очень хорошо.
Для меня же вишенкой на торте стало второе подряд включение в список голосования на Золотой мяч. И в отличие от прошлого года я мог считать себя фаворитом.
Глава 21
10 декабря 1984 года в Париже стоял промозглый вечер. В редакции журнала France Football, расположенной по адресу Boulevard de Grenelle, 10, 75015 Paris, в здании издательского дома Groupe Amaury, свет горел допоздна. За массивным дубовым столом в комнате с высокими потолками и деревянными панелями главный редактор Жак Ферран подводил итоги голосования за «Золотой мяч». Перед ним лежали письма и телеграммы от 26 журналистов из стран УЕФА — голоса, которые должны были назвать лучшего футболиста Европы. В этом году выбор был непростым: Ярослав Сергеев, юный герой Евро-1984, чьи десять голов принесли СССР сенсационную победу, противостоял Мишелю Платини, чьи клубные успехи с «Ювентусом» гремели по всему континенту.
Ферран, с его острым взглядом и слегка растрепанными седыми волосами, чувствовал напряжение момента. Он взял первое письмо от Льва Филатова из советского еженедельника Футбол-Хоккей. «Сергеев первый, » уверенно вывел Филатов крупным почерком, отдав второе место Пребену Элькьеру из Дании, а третье Платини за его титул чемпиона Италии. Ферран кивнул: предсказуемый выбор первого места от журналиста из СССР, где Сергеев стал национальным героем после триумфа в Париже. Но вот третье место Платини немного задело Феррана. Всё-таки тот хоть и не выиграл Евро, но был очень заметен.