Самотоп из нового мира (СИ)
Одно время на дороге безобразничали мелкие шайки, но бандитизм плохо отражается на бизнесе. Так что патрули с Базы и дружинники Русской Империи провели несколько операций по зачистке территории от совсем уж охереневших 'махновцев', и те из них, кому повезло, остались лежать в степи с лишним свинцом в организме или висеть на редких придорожных деревьях. Ну, а кому не посчастливилось, угодили к русским на каторгу, с правом УДО 33 через десять лет с переводом в разряд полных, то есть пожизненных, холопов. Пока что десятилетний срок, по понятной причине 34, ни у кого не истёк, но я сильно сомневаюсь, что хоть кому-то из осуждённых удастся выйти с каторги своими ногами. Не те там условия.
Приобретя тут же аккумуляторную дрель с набором свёрл по металлу и оставив в кармане железячника пару сотен кровно заработанных денежек, вернулся с приобретёнными приспособами на 'Севастополь', где до темноты возился со сверловкой отверстий под штырь вертлюга по бортам и в ходовой рубке. В конце концов аккумулятор сдох, а вслед за ним, отпустив упахавшегося Ломакина к семье до утра, отрубился и я.
***
Вчерашний день до обеда прошёл в хлопотах по бункеровке судна, закупке провизии пристрелке полученного в виде аванса BESA Mk-III, который я мысленно уже окрестил 'Бесёнком' с последующей разборкой-чисткой-сборкой и снаряжением ленты. Правда, пользуясь начальственными правами, на последнее я подрядил Ломакина.
Новый член команды заявился из родного дома к трапу с самого утра, вводя береговой народ в недоумение видом зимнего тельника с длинными рукавами, заправленного в оливковые шорты, которые поддерживал понтовый кожаный ремень с надраенной, как и положено медяшке, бляхой советского ещё образца, с якорем и звездой. Вершиной же флотского шика он, видимо, посчитал бескозырку. При этом сама лента с надписью 'Каспийская флотилия' была втрое длиннее положенного, с концами, украшенными алюминиевыми якорьками, наложенными поверх искусно склеенных из кусочков пластика изображений Андреевского флага и ордена Красного Знамени. Видимо, при подготовке к дембелю морячок стремился этим компенсировать отсутствие на ленточке слова 'Краснознамённая'35. За спиной Сергея был китайский рюкзак дикой оранжево-синей расцветки, а на плече висела колгоспного вида потёртая 'двенадцадка' ТОЗ-54 с замотанной синей изолентой шейкой приклада.
Бескозырка, конечно, это хорошо, но мы здесь не День ВМФ празднуем и не врукопашную на вражеские танки идти готовимся. Так что бывший марсофлот 36 получил своё постоянное место в кубрике на пять коек, изначально предназначенном для рыбаков, и приказание переодеться для работы, а не для парада. Пришлось матросу Ломакину, скривившись, как от сожранного целиком лимона, отправить козырный тельник вместе с дембельским головным убором в рюкзак, заменив их некогда красной, но после многократных стирок ставшей тёмно-розовой футболкой с гербом и подписью 'Сделан в СССР' и того же колеру бейсболкой 'NY'. Вот это - правильный выбор. Солнышко у нас серьёзное, и с непокрытой головой на открытом месте находиться не стоит.
Пользуясь моментом, я поинтересовался, есть ли у парня какой-нибудь документ, помимо ай-ди, подтверждающий квалификацию. Ну, к примеру, паспорт моряка... Не то, чтобы я всерьёз на это рассчитывал, поскольку многие после перехода в этот мир по разным причинам берут себе новые имена и уничтожают бумаги, могущие как-то связать их с прошлым. Многие, но не все. Паспорта моряка у Ломакина не нашлось, а вот книжечку окончания школы частных охранников и военный билет он честно предъявил. И этот-то военник огорчил меня до невозможности.
У всех плавсостав как плавсостав, и только на 'Севастополе' капитан - судоводитель-недоучка, дед - болгарин из Набережных Челнов, некогда трудившийся на КамАЗе слесарем-ремонтником, теперь ещё и Румыния на наши головы... Да, матрос запаса Се3737. Не в смысле национальности, а в смысле того, что всю свою вменяемую службу тянул минёром-торпедистом, обслуживая 'зверский аппарат' РБУ-1200М.38 То есть на нормального матроса, универсально совмещающего в себе трюмно-палубника и штурвального, который и нужен на нашем судне, этого красавца ещё учить и учить...
Вот и учу, раз уж взялся. Вчера после обеда, встав у пирса нефтетерминала, крепили буксирные сцепки к двум китайским надувным цистернам, что само по себе для такого малыша, как МСП дело нетривиальное. Благо, что сопровождающий соляру худощавый брюнет, оказался человеком, понимающем в деле транспортирования ГСМ. Представился он Евгением Тулузьеном, но француз из него - как из меня Карузо. Если паче чаянья в предках и был какой-нибудь Жан или Поль, то навряд ли позднее наполеоновского похода на Россию. Тогда на наших необъятных просторах много пленных из армии двунаесяти языков осело, переженившись на наших девицах. Хотя какое-то время мужик и прожил на юге Франции, где нахватался лингвистических премудростей. Как выяснилось, его окситанский язык в чём-то отдалённо похож на испанский, что позволяет обоим нашим пассажирам, пусть и на уровне 'моя-твоя понимай' общаться между собой. Непонятно, из-за чего человеку из сытого и благополучного ЕС вдруг втемяшилось податься в наши края, но расспрашивать о таком в этом мире не принято: захочет, сам скажет.
Вот Лом, например, рассказал. Они всем семейством перебрались на Новый Эдем откуда-то из-под Миллерово. После развала колхоза землю поделили и как-то крестьянствовали там. Жили не сытно, но и не бедно, благо, семья большая и рабочих рук хватало. Вот только чтобы всё у нас было нормально - так редко бывает. Нашёлся в селе фермер, он же, по-дореволюционному, кулак, бывший на вась-вась не только с местным начальством, но и с районной, а может, и областной - я так и не понял из повествования - администрации. Арендовал добрячей землицы, завёз батраков каких-то узкоглазых, не то киргизов, не то корейцев, а может, вообще уйгур. Фиг их разберёт, если по-понятному они только материться научились. Вроде бы всё хорошо, да вот что нехорошо: неудобно этому 'плантатору' показалось свой транспорт как всем, по дороге гонять, крюк делать. Вот явочным порядком и приказал своим работникам ездить напрямую, через земельные наделы селян, которым не свезло с мохнатой лапой наверху. Водилам что? Велели - ездят. По посевам, ага. Горючку хозяйскую экономят 39. Попробовали местные мужики по-человечески с 'латифундистом' договориться, но были посланы. Обратились в суд, и даже дело выиграли, но кулак на судебное решение забил побольше и потолще, подал апелляцию в вышестоящую инстанцию, а технику так и гонял по соседским полям. А особо активных жалобщиков какие-то заезжие кавказцы принялись отлавливать и толпой избивать. Ну и дошло до того, что Ломакин-старший с сыновьями, отчаявшись дождаться справедливости по закону, плюнув на всё, стали выезжать к себе на поле с ружьём и монтировками под рукой. Ну, а ружьё в деревне, как в театре, если появляется на сцене, так уж выстрелит. И выстрелило, в воздух, правда, чтобы отпугнуть кулацких работников. Те на рожон не попёрли, кому охота картечь схлопотать? Развернулись и убрались обратно. А вечером в ломакинский двор приехала полиция, причём не сельский участковый, а целые 'маски-шоу' на трёх машинах, в брониках, шлемах, с автоматами и закрытыми лицами. 'Злых умышленников' повязали, изъяли в ходе обыска ижевскую одностволку и увезли 'куда следует'.
Следствие длилось, как ни странно, всего девять месяцев. За это время лишившееся в одночасье всех взрослых мужчин небедное семейство лишилось приставки 'не-...', обильно тратясь на адвокатские услуги. Защита показала себя с хорошей стороны, как гашековский подпоручик Дуб, результатом чего стала переквалификация дела со статьи двести девятой 40 на 'всего лишь' двести тринадцатую 41, с конфискацией и штрафом, но всё же без реального срока. Отсидка в СИЗО как бы 'не считается', угу-угу. Вот только штраф троим подсудимым назначили максимально возможный. Миллион рублей. С каждого... Чтобы отдать столько и сразу самому справедливому на свете государству, семья продала и дом с приусадебным участком, и практически всю свою технику, сохранив только старенькую 'Беларусь' 42, да 'буханку' 43, приобретённую в конце девяностых на распродаже списываемого армейского имущества. Как раз незадолго до суда дембельнулся сам Сергей, так что женщинам хозяйновать стало полегче: всё над отцом и братьями же мужские руки. А тем временем машины 'плантатора' уже раскатали широкую грунтовку через заброшенное поле...