Тысячи осеней. Том 1

Школ в Поднебесной великое множество, и у каждой есть сторонники и определенный политический вес.
В ту пору в государстве Ци правил клан Гао, и на троне сидел Гао Вэй, славящийся, как и его предшественники, безрассудным нравом. Подобно другим до него, этот император привечал секты неправедного пути и особо сблизился со школой Обоюдной Радости, благодаря чему ее влияние в государстве Ци значительно возросло.
  
В то же время в государстве Чжоу завели новые порядки. Еще недавно всем заправлял Юйвэнь Ху, двоюродный брат императора, и этот человек весьма почитал Будду. При нем высший титул гоши, наставника государя, был пожалован монаху Сюэтину. Но затем истинный властитель Юйвэнь Юн избавился от родственника, и ветер тут же переменился. Этот император не верил ни в Дао, ни в Будду, и дошло до того, что он издал указ, запрещающий оба этих учения, отчего буддийские школы потеряли прежний вес и ослабели.
В ту пору югом Поднебесной заправляла династия Чэнь, и там наибольшее влияние имела конфуцианская академия Великой Реки, глава которой, Жуянь Кэхуэй, помогал императору в делах управления страной со всей преданностью и во многих вопросах был ему надежной опорой, отчего пользовался большим уважением.
До того как уйти в затвор, Янь Уши под другим именем состоял на службе у Юйвэнь Юна (ранее он был не императором, а правителем Лу в Северной Чжоу). Но после поединка с Цуй Юваном, в котором Янь Уши получил тяжкие раны, он, как глава Чистой Луны, передал все дела старшему ученику Бянь Яньмэю и оставил его подле Юйвэнь Юна. Но теперь Янь Уши пожелал отправиться с визитом в Северную Чжоу, дабы лично засвидетельствовать почтение Юйвэнь Юну, ставшему полноправным императором. Тот все же сумел вырвать власть из рук своего двоюродного брата Юйвэнь Ху и вступить на престол.
Все эти годы Северная Чжоу мало-помалу укрепляла свою власть и наращивала мощь, что совершенно не радовало ее соседей. Да и преданные последователи всех трех учений не питали теплых чувств к императору Юйвэнь Юну, поскольку тот запретил в своей стране буддизм и даосизм, а конфуцианцам не позволил открыть свою школу и принимать учеников. Благодаря этим обстоятельствам Чистая Луна и сблизилась с Юйвэнь Юном, который как никогда нуждался в поддержке, дабы сохранить трон.
После встречи с Юйвэнь Юном Янь Уши, возвращаясь из Северной Чжоу, решил по пути посетить гору Сюаньду, а затем отправиться на поиски Кунье, одного из лучших тюркских мастеров боевых искусств, который, по рассказам в цзянху, нанес Шэнь Цяо сокрушительное поражение.
И в первой же схватке Кунье проиграл, после чего имя Демонического Владыки Янь Уши вновь прогремело по всей Поднебесной. Теперь в цзянху твердили, что неправедная школа (которую также прозвали «демонической») после Цуй Ювана взрастила еще одного могущественного и опасного мастера боевых искусств. Впрочем, для самого Янь Уши эта победа лишь означала, что после смерти Ци Фэнгэ на одного достойного соперника стало меньше.
Что до Кунье, то о нем Янь Уши думал так: да, от рождения он не обделен талантами, а его боевое мастерство, бесспорно, велико, но все же он бесконечно далек от умений, что показал в бою Хулугу. И по сравнению с десятью лучшими мастерами Поднебесной Кунье ничего собой не представляет, ничего особенного не знает, что весьма странно и даже подозрительно, если учесть, как тяжело он ранил настоятеля-чжанцзяо горы Сюаньду.
Впрочем, эта странность ничуть не волновала Янь Уши. Трудно сказать, как получил свои тяжкие раны Шэнь Цяо, пал ли жертвой чьей-то хитрости и какое отношение к этому имеет Кунье, – Янь Уши совершенно не интересовало ни то, ни другое, ни третье. И он не испытывал никакого желания выяснять правду. Сам он показательно вызвал Кунье на поединок лишь для того, чтобы победой над ним объявить всему миру о своем возвращении. Поскольку Кунье совсем недавно одолел настоятеля-чжанцзяо горы Сюаньду и теперь наслаждался громкой славой, он виделся Янь Уши самой подходящей целью.
Но главным трофеем Янь Уши было вовсе не превосходство над Кунье и не гремящая о Демоническом Владыке слава, а то, что он волею случая выяснил, где находится одна из частей-цзюаней утраченного «Сочинения о Киноварном Ян».
Согласно легендам, около пятидесяти лет назад Тао Хунцзин, один из знаменитейших алхимиков прошлого поколения, повстречал на горе Маошань бессмертного, который передал ему трактат «Восхождение к Истине». Трактат этот состоял из четырех частей-цзюаней. Со временем три из них Тао Хунцзин свел воедино под названием «Тайное наставление о восхождении к Истине». Но оставалась еще одна часть, весьма темная и таинственная по содержанию, где говорилось о совершенствовании и плавке изначальной ци. Почтеннейший Тао Хунцзин включил ее в собственную книгу, заодно изложив самую суть личных воззрений, и эта знаменитая работа получила название «Сочинение о Киноварном Ян».
Великий алхимик Тао Хунцзин обладал глубочайшими познаниями о делах земных и небесных и, хотя сам был даосом, прекрасно разбирался во всех трех учениях. Также он получал наставления от бессмертного учителя Сунь Ююэ из Даньяна и достиг невообразимого мастерства в боевых искусствах. Даже почтеннейший Ци Фэнгэ, повстречай Тао Хунцзина, с готовностью признал бы его превосходство.
Разумеется, с таким происхождением «Сочинение о Киноварном Ян» обрело невероятную ценность, и в цзянху началась охота за ним. Поговаривали, что тот, кто сможет понять все пять частей-цзюаней, вошедших в собрание, тут же сумеет постичь самую суть боевых искусств, включая учения, идущие с глубокой древности, и тем самым достигнет совершенно новых высот. И даже вознестись на Небо для него не составит труда.
К большому несчастью, едва Тао Хунцзин вознесся, как адепты его школы Высшей Чистоты на горе Маошань оказались в числе приближенных императорской династии Лян. Со временем его ученики обрели собственные воззрения и амбиции, в школе случился разлад. Вместе с тем страну охватила смута, и многих последователей Тао Хунцзина судьба развела по другим царствам. После всех потрясений пять частей-цзюаней «Сочинения о Киноварном Ян» разошлись по всей Поднебесной, а затем и вовсе исчезли из виду.
Спустя несколько десятков лет прославленный Ци Фэнгэ признался, что его искусство основывается не только на наследии горы Сюаньду, но и на «Сочинении о Киноварном Ян», и тогда судьба всех пяти цзюаней начала проясняться. Ходили слухи, что одна цзюань хранится, как настоящее сокровище, при дворе Чжоу, вторая – у школы Тяньтай в провинции Чжэцзян, а третья – на горе Сюаньду. Но где оставшиеся две, так и осталось загадкой, и в последние десятилетилетия об этих цзюанях никто ничего не слышал.
По воле случая еще в молодости Янь Уши довелось видеть цзюань, хранящуюся при чжоуском дворе. Уйдя в затвор, он смог применить на деле ее заветы по совершенствованию и далеко продвинулся вперед. Можно сказать, своим нынешним мастерством Янь Уши во многом обязан «Сочинению о Киноварном Ян».
Даже по одной цзюани можно было познать всю красоту и гармонию этого великолепного труда, объединившего заветы трех учений – даосизма, буддизма и конфуцианства. Однако полную силу обретал лишь тот, кто практиковал наставления, описанные в нем. Выпади кому-нибудь из адептов редчайшая возможность ознакомиться со всеми пятью цзюанями, и тот счастливец не только бы со временем стал властвовать над миром боевых искусств, но и постиг бы все законы Неба, а то и сумел бы достичь единства с ним.
Поначалу Янь Уши задумывал пробраться на гору Сюаньду, дабы захватить хранящуюся там цзюань «Сочинения о Киноварном Ян», пока адепты этой праведной школы, подобно стае драконов без вожака, растеряны и беззащитны. Однако в поединке с Кунье он неожиданно обнаружил, что ученик Хулугу, даром что практикует приемы, свойственные школам Западного края, имеет движения ци, совершенно от этих школ далекие и как будто происходящие из того же учения, что познал Янь Уши. Тогда-то Демонический Владыка и припомнил, что Хулугу, вызвав Ци Фэнгэ, едва ли не свел поединок вничью, стало быть, он мог как-то раздобыть одну из цзюаней «Сочинения о Киноварном Ян», благодаря чему тоже весьма продвинулся в своем совершенствовании.