УГРО: операция ’Волкодав’ (СИ)

Мужчина кивнул.
— Да, теперь я вижу. Вы с ним очень похожи. И да, его тоже звали Саша. Вас очень легко спутать. Если вы хотя бы наполовину также сильны, как и он, я точно поверю, что вы родственники.
Я усмехнулся и подошел к ржавому железному ящику, лежащему рядом на боку. Заполнен илом и грязью. Чтобы поднять его обычному человеку, пришлось бы очень постараться.
Да и тогда один человек вряд ли справился. Я же толкнул ящик, чтобы оторвать его от земли, к которой он прирос за долгое время, затем приподнял на уровень груди и бросил на землю. С ящика посыпались комья земли и камни.
— Вообще-то, я просто предположил, что вы должны быть также сильны, — сказал мужчина. — Не было необходимости доказывать это. И так видно. Теперь я вижу, что вы его родственник. Двоюродный брат, полагаю? Кстати, меня зовут отец Дмитрий.
И он протянул мне руку.
— Ага, вы священник? — догадался я и пожал его крепкую прохладную ладонь. — Как раз с этого, Александро-Невского Новоярмарочного собора? Да, я его… брат. Узнал, что он тоже в городе и разыскиваю его. Вот, уже всю ночь. Добрался сюда, а теперь не знаю, как быть дальше.
Отец Дмитрий проницательно смотрел на меня. Потом вздохнул, потому что ему предстояло задать мне неприятный вопрос.
— А вы можете показать документ, если вас не затруднит? — спросил он с сожалением. — Я бы хотел убедиться, что вы действительно его родственник. К тому же обстоятельства нашей последней встречи с ним призывают меня к осторожности.
Я полез было за удостоверением, а потом вспомнил, что я как раз-таки использую документ моего деда и там изображен он сам. А мой документ слишком фантасмагорический для этого мира и времени. Поэтому его не стоит светить перед таким осторожным и проницательным человеком.
Тем более, что уж он-то наверняка поверит моей настоящей истории и будет с удовольствием расспрашивать о нашем будущем.
— Забыл, — с сожалением сказал я. — Вот же моя глупая голова! Забыл дома. Вернее, на работе. Я, как и он, работаю в милиции. Вы можете в этом убедиться, если позвоните в Ленинский райотдел. Там меня прекрасно знают.
Священник не очень поверил моей лжи. Признаться, я никогда не умел хорошо и изящно лгать. Лицедейство никогда не было моей сильной стороной. Уж что я хорошо умею, так это резать правду-матку в глаза. Тем более, начальству. Наверное, поэтому так долго засиделся в младших чинах там, в будущем.
— Все это очень подозрительно, — со вздохом сказал отец Дмитрий. — Однако я вижу, что вы человек хороший и не желаете ему зла, вашему брату. Наоборот, вы хотите найти его, чтобы предотвратить несчастье. Правильно я говорю?
Ну конечно, уж какое несчастье может быть больше. Я не хочу, чтобы меня разоблачили в самый неподходящий момент. Поэтому, конечно, для предотвращения этой катастрофы я и разыскиваю деда. То есть, моего мнимого брата.
— Совершенно верно, отец Дмитрий, — горячо ответил я. — Он мне позарез нужен. Мне с ним нужно срочно поговорить.
Священник опечалился. Посмотрел на реку, помолчал, потом сказал:
— К сожалению, вряд ли вы сможете теперь это сделать, Александр. Ваш брат на днях погиб. Я видел, как на него напала целая шайка бандитов. Они дрались вон там, на берегу. Он их почти разогнал, но один из негодяев ударил его камнем по голове. Он потерял сознание, и они уволокли его в реку и утопили. Я побежал за милицией, а когда вернулся вместе с подмогой, то здесь уже никого не было. Его тело сейчас на дне реки, а его убийцы скрылись из виду. Приношу вам мои соболезнования. Я поэтому и был несказанно удивлен, когда увидел вас. Я думал, что ваш брат тогда не погиб, а вернулся на место происшествия, чтобы расследовать обстоятельства покушения. А теперь я вижу, что это вы и понял, что чудес все-таки не бывает.
Он опять тяжко вздохнул, а я стоял, переваривая услышанное. Для меня это было полной неожиданностью. Получается что же, мой дед погиб? Вот так, бесславно, на берегу рек Волги и Оки? От рук неизвестных бандитов?
— Как же так, разве не вам по профессии положено тиражировать чудеса? — чуть горестно спросил я, потому что помимо плохой новости меня еще покоробил пессимизм священника. — Не далее, как вчера мы тоже совершили небольшое чудо и поймали убийц отца Алексея. Мы просто делали свою работу. Также, как и он.
 
Глаза отца Дмитрия удивленно расширились.
— Вам все-таки удалось их поймать? Слава тебе, Господи! Мы всем сердцем скорбим о гибели отца Алексея.
— А откуда вы знали моего… брата? — я все еще иногда чуть не оговаривался и пытался назвать деда.
— Мы также познакомились здесь, — ответил священник и указал на берег реки. — Он был у вас хорошим человеком. Вы там, в милиции, сейчас все атеисты и не очень верите в спасение души, но я все это время молился о нем.
Он оглянулся назад на собор и добавил:
— Ладно, Ломов, мне надо идти, скоро время молитвы. Хорошо, что я увидел тебя. Приходи. Собор сейчас на ремонте, возможно, власти не дадут его открыть, но мы за это боремся.
Мы попрощались и священник ушел. Я постоял немного на берегу, глядя на реку, забравшую моего деда. Интересно, он уже успел родить моего отца или нет, устало думал я.
Если нет, то мое существование в этом мире под угрозой. Как там считается по-научному, наверное, я должен испариться, из-за того, что мои предки не успели родить моего отца? Или он уже появился на свет? Надо все-таки съездить в Самару, то бишь Куйбышев.
От слияния рек я отправился наконец в райотдел. Мне надо решить вопрос с жильем, не буду же я вечно тусоваться и ночевать в милиции.
Доехал тоже на попутке, причем заснул прямо в ней. Водитель еле смог меня разбудить.
В самом райотделе уже кипела жизнь. Я опоздал на утреннее совещание у Рожкова, поэтому не стал туда ломиться, тем более, что я все равно не сотрудник этого отдела, а просто командированный. Вместо этого я с удовольствием завалился спать на диванчике.
Не успел я толком поспать, как меня разбудил Юшков. Он долго тряс меня за плечо, а я все никак не хотел просыпаться.
Шутка ли, так и не спал всю ночь, почти целые сутки. Для меня это непорядок, я могу долго не спать и работать на износ, но после этого должен отдохнуть и отвлекаться, иначе буду сидеть злой и раздражительный. Как, впрочем, и любой другой живой человек.
— Ну что такое? — простонал я, отталкивая руку Юшкова. — Что ты ко мне пристал?
Но коллега не сдавался. Видимо, дело было и в самом деле срочное. И невероятно важное.
— Хватит валяться, — сказал он. — Вставай. Нас ждет много дел. Скоро начнется городская облава. Так что давай, поднимай свою задницу с дивана.
Новости и в самом деле увлекательные. Я не могу лежать просто так без дела, когда взывают к моей совести. Я поднялся и сел на диванчике. Посмотрел по сторонам.
Рядом сидел Юшков. Он поглядел на меня, понял, что разбудил, встал и отправился к своему столу. Гущин уже сидел за своим, изучал бумаги.
— Перекусить бы, — пробормотал я, вспомнив, как Дуб жевал огурцы и бутерброды. Я еще тогда хотел кушать. — Вы уже позавтракали?
Юшков посмотрел на меня, улыбнулся и покачал головой.
— У тебя мало времени. Пошли, я тоже как раз еще не завтракал.
В столовой он рассказал мне последние новости.
— Ходят слухи, что в городе состоялась сходка главарей банд. Они решили обходиться без лишней крови, — сказал Юшков, уплетая омлет. Откуда ходят такие слухи он, разумеется, не сказал, но и так понятно, что получил через своих осведомителей. — Весьма разумное решение, особенно учитывая, что растет уровень грабежей и насилия, но, по-моему, это решение вряд ли будет выполнено. Слишком уж далеко все зашло и у грабителей просто нет возможности отказаться от преступного промысла. Поэтому это решение будут соблюдать только в самом начале и вскоре забудут.
Я кивнул. Спросонья мне было трудно спорить с товарищем. Хотя кое-чего я уже смог сообразить и сейчас, с мозгом, наполовину заряженным после прерванного сна.