УГРО: операция ’Волкодав’ (СИ)

За столом сидели человек пять. Во главе — тот самый Дуб, самый здоровенный парень из всех, кого я встречал в этом городе. Рядом молодые люди поменьше ростом и габаритами, но тоже немаленькие.
— Ты кто такой, чего приперся? — спросил Дуб, жуя соленый огурец. — Где-то я тебя видел, вот только не могу вспомнить, где.
Мне сразу захотелось кушать. Всю ночь в походах, разгуливаю по всему городу. А тут столько яств разложены на столе. Пристяжь главаря вопросительно смотрела на меня. Ждала ответа.
— Я — Ломов, — ответил я веско. — Слышал о таком? А ты Дуб?
Дуб перестал жевать огурец. Потом бросил его на тарелку, поднялся, с грохотом отодвинув стул, обогнул стол и подошел ко мне вплотную. Двое его приятелей тоже встревоженно встали. Еще один, плотный и большеносый, толстогубый, с отвисшими щеками, успокаивающе заметил:
— Не надо, Дуб. Он мент. Это будет жирный косяк.
Я поглядел в неподвижные глазки Дуба, который встал напротив меня, как боксер на ринге перед ответственным боем. Еще чуть-чуть и он упрется рогом мне в лоб.
— Послушай своего дружка, Дуб, — посоветовал я бандюгану. — И не рыпайся. Я сюда только пару вопросов задать пришел. Это не по вашим делам. Я человека одного ищу.
Некоторое время, наверное, с полминуты, Дуб продолжал буравить меня взглядом. Наверное, размышлял, стоит ли напасть на меня и попробовать сбить с ног. Поскольку видно, что он безбашенный отморозок с крохотным рудиментом вместо мозгов, я на всякий случай приготовился к драке.
Но потом Дуб выдохнул, отвернулся от меня и вернулся к своему стулу. Снова взял огурец и опять принялся его жевать. Но перед этим тяпнул стопку водки.
— Нет у нас общих дел с вами, псами, — заявил он и сунул в рот бутерброд с сыром и колбасой. — Нахрена мне знать про твоего человека?
С одной стороны, он прав. Это не его дело, это моё дело. Но я не могу просто так уйти отсюда.
— Послушай, Дуб, — сказал я, подойдя ближе. — Ты не очень вежливый человек. Может, мне забрать тебя с собой в участок, чтобы там уже поговорить с тобой по душам? Я уверен, что там ты будешь гораздо разговорчивее.
Дуб и его люди усмехнулись. Дуб прожевал бутерброд.
— Ну, давай, попробуй. Только я уверен, что ты тогда отсюда вообще не выйдешь.
Мда, не самое хорошее начало для продуктивного разговора. Я подошел ближе к столу, похлопал одного по из его людей по плечу, потом по щеке.
— Ну-ка, дай папе место, малыш. А тебе, Дуб, я предлагаю небольшое состязание. На руках. Рукоборье. Знаешь такое?
Дуб посмотрел на щекастого, который был тут самым умным и сообразительным. Тот кивнул.
— Есть такая спортивная игра. Надо прижать руку соперника к столу.
Дуб кивнул.
— Знаю, Паша. Мы так играли на заводе. И в порту.
Теперь кивнул я.
— Кто кого переборет, тот и победил. Если я — ты мне дашь интересующие меня сведения. Если ты — я ухожу отсюда.
Дуб посмотрел на щекастого, а тот покачал головой.
— Так несправедливо. Ты и так уйдешь отсюда. Нам интересно играть на лавэ. Гони сотню, если проиграешь.
Я полез в карман, посмотрел бумажник.
— Какая сотня, у меня есть только червонец.
Дуб опять усмехнулся, только уже презрительно.
— Гребаные нищие псы. Ладно, ставь свой червонец.
Я достал десятку, положил на стол. Дуб кивнул. Парень передо мной встал со стула, я уселся на его место. Помощники Дуба тут же очистили стол от посуды и еды.
Сам великан сел поближе, выставил согнутую в локте правую руку. Хищно улыбнулся, но глаза его все равно оставались неподвижные и пустые.
— Ну, давай, иди сюда, пес. Сейчас я сломаю твою лапу. Ты победишь в свою легавую конуру, жаловаться палочке о том, что тебя здесь обидели.
Я поглядел на стол, размял плечи, помахав правой рукой. Тоже поставил ее на поверхность стола. Взялся за ладонь Дуба. Он схватился крепко, надежно, не расцепишь.
Его щекастый помощник поднялся, проверил, хорошо ли мы держимся, спросил:
— Вы готовы?
Мы оба кивнули и тогда щекастый Паша поднял руку.
— Начали.
Я не думал, что Дуб будет настолько силен. Он сразу начал гнуть мою руку к столу, да еще и немного приподнял свой локоть с поверхности. Ишь ты, сразу начал нарушать.
 
Мне пришлось напрячься. Давненько я уже не мерялся силами в борьбе на руках. Моя рука опустилась уже почти к самому столу и Паша сказал:
— Ну все, червонец наш. Будет чем за водку заплатить.
Я нашел в себе силы не сдаться в самый последний момент. Вывернул руку, приподнял ее и медленно начал поднимать от стола. Дуб давил на меня из всей силы, но мне удалось поднять руку еще выше.
Наконец, я смог выровнять наши ладони. Как я заметил, Дуб слишком сильно вложился в первоначальное усилие. Он хотел сразу завалить меня. А потлм выдохся.
Обычная ошибка новичков в этом виде спорта. И чересчур самонадеянных людей.
А потом настал мой черед. Теперь уже я надавил на него и начал прижимать его ладонь к столу.
— Э, ты чего это, Дуб? — недоуменно спросил один из его мордоворотов. — Давай, делай его. Сломай ему руку.
Дуб зарычал от ярости, но на его месте я бы этого не делал. В рукоборье многое зависит от правильного дыхания, хотя я не скажу, что являюсь профи в этом виде спорта.
А если дышать неправильно, то нарушается снабжение мышц кислородом. Это, в свою очередь, мешает проведению силовых приемов. Что тут же и произошло с моим противником. Не сразу, конечно, но постепенно и неотвратимо.
Поэтому я неуклонно давил на ладонь Дуба и вскоре, несмотря на все его усилия, пригвоздил ее е столу. Дуб опять зарычал от ярости, но уже ничего не мог поделать.
От чрезмерного усердия я придавил его ладонь слишком сильно. Так что грубое лицо Дуба исказилось от боли. Когда я ослабил хватку, он выхватил ладонь и прижал к себе, проворчав:
— Ты мне что, кость раздробить хотел?
Я усмехнулся и размял свою кисть, повертев кулаком в воздухе. Надо же, я заставил жаловаться этого кабана. Хотя силенки у него есть, должен признаться. Никогда еще до этого и никому не удавалось почти одолеть меня в армрестлинге.
— А ты бы больше сопротивлялся, я бы тогда вообще твоей лапой стол сломал, — сказал я немного хвастливо. — Ладно, теперь говори. У вас здесь недавно был мой родич. Тоже похож на меня. Куда он пошел? Давай, говори.
Дуб поглядел на Пашу, а тот посмотрел на своего начальника. По этому быстрому обмену взглядов я сразу понял, что они видели моего деда и знают ответ на мой вопрос.
Они помолчали, явно придумывая какую-то ложь. Наверняка потом будут хвалиться, утверждая, как обманули простодушного мента.
— Только предупреждаю, говори правду, — сказал я и погрозил Дубу пальцем. — Знаю я ваши фокусы. А будешь пургу мести, я вернусь обратно и тогда уже действительно сломаю тебе руки-ноги.
Угроза подействовала, но немного не так, как я рассчитывал. Дуб злобно зарычал:
— Ты за метлой своей следи, псина. Это мы сейчас тебя на тряпки порвем, вякнуть не успеешь. Твой типок тоже здесь нарисовался, вынюхивал чего-то. Мы его мигом срисовали.
А вот это уже другое дело. Несмотря на угрозы, он все-таки решил рассказать, как было дело. Очень интересно.
— И чего он хотел? Вы с ним тоже поцапались? — спросил я заинтересованно. — Он у меня тоже не хиляк, наверное, навалял кому-нибудь из твоих по морде?
Дуб снова зарычал, но ответил и даже рассказал кое-чего интересного:
— Он нашего тоже отмесил чуток. И ему немного досталось.
Паша рядом с ним покачал головой и его щеки от этого чуток затряслись. Ну да, верный советник хотел подсказать своему незадачливому боссу, что о таких вещах не стоит распространяться направо и налево.
— Это не совсем верные данные. Он здесь пришел, кипеш устроил, начал права качать, — поправил он своего начальника. — Мы ему указали другую дорогу. И он свалил. Скатертью дорожка, как говорится.
— Куда он ушел? — спросил я, теряя терпение. — Вы можете ответить конкретно? Он мент, поэтому если вы расскажете про него мне, то ничего не нарушите из этих ваших святых заповедей, в плане того, чтобы не сотрудничать с милицией. Можете не беспокоиться.