УГРО: операция ’Волкодав’ (СИ)

Был, да сплыл. Вот уже два года исправно справлял Юшкова всеми новостями.
— Я не знаю, чего Кирпич так менжуется, — сказал Хомяк и сделал себе еще один бутерброд из черного хлеба, колбасы, лука и помидора. — На словах хочет беспредел остановить. А на деле… Никто ничего не вдуплил.
Юшков думал. Слухи о прошедшей сходке криминальной верхушки уже расползлись по городу. Но чего ради она затевалась и каковы итоги, узнал только сейчас, от Хомяка.
— Значит, решили все-таки, как он хотел, — задумчиво сказал Юшков. — Добился-таки своего старый чертяка. Прогнул остальных под себя. Да, действительно, чудно. Не просто так он все это затеял.
Хомяк прожевал бутерброд, снова запил. Поднял указательный палец.
— Ах да, хорошо, что не забыл я. Сходня сначала наперекор ему пошла. Поперек шерсти. А там один пришлый козырной оказался. Из Куйбышева. Так он настолько гладко метлой трясти начал, что сразу всех переубедил. 
— Из Куйбышева, говоришь? — заинтересовался Юшков. — Ну-ка, расскажи про него подробнее. Какое у него погоняло?
— Как же там было, — Хомяк нахмурил рябое, в мелких оспинах, лицо. На самом деле он хорошо помнил Борзого, но делал вид, что старательно выуживает его кличку из памяти. — Нахальный? Дерзкий? А, да, точно, Борзой! Его Борзой звали. Ушлый такой мужичок. Кирпич его заместо Шрама и Шнурка поставил.
— Подожди, — сказал Юшков, сопоставляя факты. — На место Шрама? А он раньше не в его кодле был? Он в деле на Сормовском складе участвовал, получается?
Хомяк кивнул и теперь сунул в рот конфетку, из тех, что тоже принес Юшков. Остальные сноровисто спрятал в карман.
— Он самый. Там, говорят, жарко было. Этот ваш Лом был. Чуть всех не завалил прям там.
Юшков усмехнулся.
— Да уж, лучше тебе ему не попадаться под горячую руку. Закопает в землю и имени не спросит. У него на вашего брата очень большой зуб имеется.
Хомяк хрустел конфетой во рту, а Юшков опять задумался.
— Значит, теперь у него своя кодла имеется. У Борзого этого. Он наверняка на прежних хазах Шрама или Шнурка затарился. Ладно, будем знать. А Кузов, значит, сам перо под ребра этому парнишке сунул?
Хомяк кивнул. Он уже рассказал, как погиб наемник Танкиста. Повезло, что его Кузов прикончил. Судя по всему, Кирпич его долго хотел убивать. На глазах у всех.
— Ну что же, очень и очень хорошо, — Юшков поднялся со стула. — Это все, что ты хотел мне рассказать? Ничего не забыл.
Хомяк снова старательно наморщил лоб. Потом покачал головой. 
— Не-а. Все, как на духу, наботал тебе, начальник. Ты бы это, добавил бы хрустиков, а?
Юшков вздохнул, достал еще денег, дал агенту. Ничего не поделаешь, за информацию надо платить. Сейчас ему пришлось добавить из собственного кармана. 
Но Хомяк был и в самом деле ценным сотрудником. Приносил важные вести. Не обманывал. Все путем. Поэтому такого осведа лучше не обижать. Хорошенько надо прикармливать. 
Они попрощались и Хомяк вышел из квартиры первым. Юшков остался. Их не должны видеть вместе. 
Выйдя из подъезда, Хомяк натянул на голову шапку, запахнул плотнее армейский полушубок на теле. После войны с одеждой туго. Все носили армейские вещи.
Насвистывая, он пошел через двор, вышел на улицу, прошел пару кварталов в темноте. Сначала урка был доволен собой. Он все-таки не рассказал Юшкову кое-что еще. Он пока никому об этом не рассказывал.
Дело в том, что Хомяк состоял в банде Миши Малого. Ходил как-то по делам в центр города, а там встретил Кузова. И Клеопатру. 
Они стояли и миловались у одного из подъездов. Потом внутрь зашли. Хомяка не заметили, он тогда в темной подворотне, под аркой схоронился. Надо же, вот оно как. Клеопатра, оказывается, Кирпичу изменяет.
Пока что Хомяк придержал эти новости. Очень опасная эта информация. Когда надо будет, воспользуется.
А пока что он насторожился. Нутром почуял опасность. Что такое? Прошел дальше, осторожно огляделся. Вот проклятье, оказывается, за ним двое бугаев шли. Именно за ним, целенаправленно. И кажется, шли еще от самого дома, где он встретился с Юшковым.
 
Сначала Хомяк запаниковал. Его раскрыли. Случилось самое худшее. Хотел себе живот вскрыть пикой, чем даваться в руки почтенного общества. 
А потом успокоился. С Юшковым его не видели, это точно. Предъявить конкретно ему ничего не смогут. Если что, отбрехается. Ему не впервой.
Парни сзади ускорили шаг. Нагнали. 
— Эй, ты, иди сюда. Разговор есть.
Хомяк остановился и медленно обернулся.
  
Глава 17. Знакомство
 
Сожалеть о том, что я сунулся на улицы в одиночку, времени не было. Женщина отчаянно кричала. Я ускорил шаг и увидел ее за поворотом, в свете одинокого фонаря. 
Вокруг стояли трое мужчин. Шаг за шагом они сжимали кольцо вокруг женщины. Не торопились, смаковали момент.
— Ты чего базлаишь, лахудра? — спросил один. — Ну-ка, иди сюда. Щас ты отведаешь моего щекотуна. Просто ляг алн там да получай удовольствие. 
— А она сдобная бабенка, — заметил второй. — Даром, что лакшовка. Ну, иди сюда, не бойся. Больно не будет. 
— Отстаньте от меня, пожалуйста, — попросила дрожащая женщина. Сумочку она держала перед собой. Старалась безуспешно ею прикрыться. — Я вас очень прошу, не надо.
Да какая женщина, это ведь девушка. Высокая, даже очень. Светлые волосы, юное бледное личико. Большие, отчаянно расширившиеся глаза, как два блюдца. 
Вот только одета в чуть мешковатую короткую юбку и легкую кофточку. На голове беретик. Как только не замерзла. Я все никак не могу привыкнуть к современным женским нарядам и прическам. Иногда по ним совершенно невозможно определить, кто стоит перед тобой, юная девушка или бабка. 
— Ух ты, какая лялечка, — третий попытался схватить девушку за руку.
— Пожалуйста, отстаньте! — девушка увернулась и бросилась было бежать.
Но куда там. Сволочи уже окружили ее. Один схватил за руку, второй за плечо. Если бы я не подоспел, девушке пришлось бы очень тяжко. С другой стороны, на что она рассчитывала, разгуливая по ночному городу в таком наряде?
Я шагнул вперед, намереваясь напасть на мужиков сзади. Одновременно хотел гаркнуть на них. Звуковое воздействие. Чтобы ошеломить и подавить волю к сопротивлению. 
Но моя помощь не понадобилась. Оказывается, девушка вполне могла постоять за себя. Отступая, она выхватила из сумочки пистолет и тут же выстрелила в воздух.
— Стоять, падлы! — решительно крикнула она. — Кто сделает еще шаг, пристрелю на месте!
Один из мужчин слишком заигрался и юли перевозбудился. Его не остановил даже этот выстрел.
— Ничего, авось не загубит! — задорно крикнул он и снова попытался схватить девушку за руку. 
Ту самую, в которой был пистолет. Двое остальных замерли на месте, но я заметил, как один зачем-то полез в карман. Наверняка тоже за оружием. Ситуация постепенно выходила из-под контроля.
— Уйди! — запротестовала девушка, пытаясь отодвинуться. — Прибью!
Бандит со смешком надвинулся на нее и попытался вырвать пистолет из руки. Он наверняка был пьян, придурок. Я рванул вперед и почти добрался до идиотов, но тут раздался еще один выстрел. Потом снова.
Пьяный нападающий со стоном осел назад, на землю. Живот зажал руками. Между пальцев потекла черная кровь.
— Эта сучка Косого вальнула! — заорал тот, что в карман полез. В руке у него блеснуло лезвие ножа. — Руби ее, Витек!
— Стоять, милиция! Вы арестованы! — безнадежно пискнула девушка, размахивая пистолетом. 
Судя по всему, вся эта троица давно и надежно находилась под воздействием алкоголя. И пистолет их не пугал, а только раззадорил еще больше. У второго, Витька, тоже в руке мелькнула заточка.
— Не надо стрелять! — я, наконец, добрался до поля битвы и смог вступить в бой. — Девушка, опустите пистолет. Я сейчас сам разберусь!
Не хватало еще новых трупов. Мало того, что девушка с легкостью могла задеть меня, но зачем ей потом лишние проблемы с тремя жмуриками, хоть и преступниками? У них ножи, парни не самого атлетического сложения, лучше разобраться с ними без огнестрела. Я сам сделаю это.