УГРО: операция ’Волкодав’ (СИ)

Третий начал стрелять в меня, и пули просвистели мимо моей головы. Я не стал уклоняться и тут же перевел ствол пистолета на него, высокого крепкого мужика, коротко стриженного, круглолицего, мордатого, похожего на бульдога. Это и есть Борзой, точно, я вспомнил его фотографию из дела. И я тут же начал стрелять.
Бах! Бах! Бах! Сначала я промазал, потом еще раз, а затем наконец попал. Прямо в руку Борзого. Он выронил пистолет, потерял равновесие, чуть не упал, но удержался. Развернулся и побежал к дому.
Я выстрелил в него еще и еще, но промазал и тут у меня кончились патроны. Я вылез из бассейна и бросился вслед за Борзым, на ходу нашаривая в кармане запасную обойму.
Пробежал мимо двоих сраженных врагов, причем один, раненый, продолжал материться. Я с размаху пнул его по голове и он отлетел назад по газону, а потом уже замолк. Я поднял его пистолет с зеленой травы и побежал дальше к дому.
Этот сукин сын не должен уйти от меня. Он ранен, а значит его надо добить. Если я оставлю его в живых, он устроит на меня охоту. И не успокоится, пока не замочит или не засадит за решетку. А там, на зоне, все равно замочит.
Дом оказался пуст. Никого. Капли крови на полу вели через запасной ход на задний двор. Я вышел из дома и увидел впереди приоткрытую калитку. Борзой сбежал туда.
Выскочив через калитку, я увидел впереди ровную улицу коттеджного городка. Борзой уже успел умчаться на сотню метров вперед, спускаясь с холмов, на которых расположился этот уютный райончик.
Сейчас скроется за поворотом. Я прикрыл пистолет ладонью и топая ногами по асфальту, побежал следом. Сейчас главное не нарваться бы на коллег. Скорее всего, их уже вызвали соседи.
На спуске с холмов к коттеджам вплотную примыкал лесок. Речка осталась в стороне. Я видел, как Борзой бежит среди деревьев, придерживая раненую руку и иногда оглядывается.
Молодец, хорошо. Похоже, от паники и боли противник перестал хорошо соображать. В лесу тебя удобнее прикончить. Беги дальше, чтобы обитатели городка не слышали моих выстрелов.
Мы пробежали через лес и я увидел, как тень Борзого заметалась у подножия небольшого холма, усаженного странными искривленными деревцами с редкой листвой. Похожие на карликовые яблони, но с уродливыми стволами.
Зато на вершине холма рос ясень, только с непомерно толстым стволом и тоже почти без листьев. Ладно, будем считать, что сейчас весна и почки не распустились, хотя остальные деревья вокруг уже оделись зеленью.
Борзой заскользил у подножия и вдруг пропал. Что за чертовщина?
Я побежал ближе и заметил у основания холма темную дыру. Проклятье, он что, укрылся там? Как туда теперь соваться? Он же подстрелит меня, как щенка. Сидит, наверное, в темноте, недалеко от входа и ждет, когда я покажусь.
Ладно, черт с ним. Иногда безумные решения самые верные.
Я с рычанием ворвался в пещеру и ударился макушкой о свод. Пригнулся, потом бросился на землю, ожидая выстрела.
Ничего. Ни звука. Я приподнялся, осторожно пошел дальше, вытянув руки перед собой. Несколько раз пришлось свернуть и я удивился, какая это глубокая и длинная пещера.
Потом ход сузился. Каждый шаг давался мне все труднее. Стены сдавили мои плечи и бока. Я ждал, когда объявится Борзой, но его не было. Скорее всего, он ускользает вперед и уже выбрался из этой диковинной норы.
Между прочим, вокруг наступила абсолютная тьма. Ход сзади пропал, я продирался сквозь узкие стены, в глаза сыпались камешки и пыль. Я чувствовал, как корни деревьев били по лицу.
Хотел достать смартфон и осветить дорогу, но, оказывается, я его выронил. Вот идиот.
Ничего не осталось, кроме как ползти дальше. Я тяжело дышал в темноте, по лицу струился пот. Потолок тоже стал ниже.
А потом спереди пронесся ветер. Непонятный такой, с привкусом гвоздики и лимонов. Потом повеяло пылью, прахом. Как будто я очутился в склепе. Я остановился, потому что не мог идти дальше.
Постоял, отдохнул немного, чувствуя, как впервые в жизни у меня дрожат ноги. Что случилось? Никогда еще я не испытывал такой слабости.
 
А потом я напряг мышцы и полез дальше, упрямо опустив голову и выставив правый бок вперед. Если уж Борзой пролез здесь, то и я проберусь. Кстати, где он, мой враг? Может, свернул где-то вбок и ушел в сторону, узким ходом, который я пропустил?
Я шел и шел, продираясь сквозь жесткую землю, как бульдозер. Наконец, в лицо пахнуло свежим воздухом. А еще впереди послышались отдаленные крики. Хорошо, там явно побывал Борзой. Это наверняка он устроил тот шум, без него там явно не обошлось.
Хорошо, очень хорошо. Шум утроил мои силы, хотя, казалось, что проклятые стены этого подземелья содрали с меня всю кожу. Я вырвался вперед и после пары поворотов увидел впереди светлое пятно.
Наконец-то. Добрался-таки до выхода. Я полез дальше и вдруг ощутил, что стены и потолок отошли в сторону, а проход расширился. Я вдохнул полной грудью.
Пятно света впереди стремительно приближалось и вот я наконец вырвался на волю. Свет ослепил меня, в уши ворвались крики, свистки, возня и суматоха. А еще далекий гул, шум большого города. Ничего себе, мы что, доползли под землей до самой Самары?
А еще в стороне послышались выстрелы и над головой прожужжала пуля. Отрикошетила об камень, улетела в сторону.
Я повалился на землю, все еще привыкая к свету. Когда получил возможность разглядеть окружающие меня предметы, то на мгновение замер от удивления.
Надо же, как это непохоже на Самару. Впереди улица, широкая, покрытая брусчаткой. Слева низкие, словно пришибленные, дома, похожие на бараки. Справа длинный забор, за ним коробки промышленных зданий, трубы, короче говоря, завод или фабрика.
А за углами домов прятались люди и стреляли друг по другу. Одни в обычной одежде, штанах и куртках, а другие в мундирах. Похоже, что милицейских, но только странных, совсем старого покроя. Пара милиционеров неподвижно лежали на мостовой, плавая в лужах крови.
Ну, а поскольку я находился на линии прицела, то моментально становился мишенью. А этого делать не стоит. Я рванулся обратно, пытаясь спрятаться в пещере, но наткнулся на стену.
Эй, что за дьявольщина? Куда пропала нора? Что это значит? Я стоял, щупая каменную кладку и недоумевая, куда делось отверстие, из которого я вывалился, но тут в стену снова ударила пуля. Тут же взвизгнула другая, почти рядом с моей головой, отколупнула от камней брызги крошки. Я отскочил в сторону, за здание.
Кстати, куда девался Борзой? Он что, тоже угодил под перестрелку?
Я посидел, осторожно высунулся, оценил обстановку. Так, плохо дело. Милиционеров окружили с двух сторон.
Неподалеку от меня из-за угла здания вылезли еще двое мужиков в гражданской одежде, в руках пистолеты. Они очутились в тылу у милиционеров, увлеченных перестрелкой с другими противниками, прячущихся за домами дальше по улице.
И сейчас устроят моим коллегам суровую инквизицию. Те и не видят врагов сзади.
Один мужик поднял пистолет, прицелился в милиционера, тот как раз стоял на месте, перезаряжал свое оружие. Сейчас пристрелит, даже не поморщится.
Тогда я поднял свое оружие и выстрелил первым. Наугад, почти навскидку, чтобы напугать и сбить атаку. Первый выстрел после того, как я вылез из странной пещеры.
Как бы то ни было, выстрел получился удачным. Я попал мужчине в спину и он отлетел к стене, впечатался в нее и сползает вниз, оставляя кровавый отпечаток.
Кажется, я его убил. Надеюсь, что убил правильно, а не по ошибке. Впрочем, я уже давно решил, что готов ответить за свои опрометчивые поступки. Одним больше, одним меньше, какая разница?
Все обернулись в мою сторону и выстрелы на мгновение замерли.
— Ах ты, сука! — завопил второй мужчина и открыл по мне стрельбу.
  
Глава 2. Кому война, а кому мать родна
 
Я, конечно же, тот еще придурок, отбитый еще в детстве на всю голову в уличных драках и даже в подпольных боксерских боях, но не настолько, чтобы стоять и глядеть, как меня сейчас прошьют насквозь пулями. Поэтому, когда бандит прицелился в меня и начал палить без перерыва, я шмыгнул обратно за угол здания.