Янтарь рассеивает тьму. Каин

Брови Люциана чуть не подпрыгнули от удивления.
– Почему ты просишь меня о подобном? – спросил он.
Мир вокруг них снова дрогнул.
– А кого еще мне просить? – в недоумении спросил Ксандр. В следующий миг его грудь пронзила черная стрела, прошедшая насквозь и показавшая свой окровавленный кончик.
Люциан не успел ничего сделать, как его схватили за руку и мягко, но уверенно потянули в сторону, увлекая в надежные объятия уже родной тьмы.
  
«Думаю, на этом все», – подумал он, глядя в блестящие глаза Ксандра и оставляя его в мире грез.
Утопая во тьме, Люциан выпустил свет и с помощью Кая прогнал вторженца, окончательно разрушая сон.
 
Глава 108. Великая светлая сущность
 
Распахнув веки, Люциан уперся взглядом в знакомый потолок. Он чувствовал себя таким усталым, что ему хотелось полежать еще пару часов, чтобы вновь наполниться бодростью духа. Вторжение в его мир грез двух могущественных, один из которых был темным нача́лом, не могло пройти без последствий, особенно учитывая, что Люциан теперь представлял собой сгусток светлой энергии, противоположной им двоим. Благо он успел овладеть собой и стабилизировать силы до того, как произошла непрошеная встреча, поэтому вскоре должен был прийти в норму.
Медленно сев на кровати, он устало потер лоб. Одеяло вновь соскользнуло, обнажая не только плечи, но и крепкий торс, который, казалось, стал рельефнее, чем прежде.
«И все же он показал мне много лишнего».
Люциан вспомнил места, в которые его завел Ксандр, и все то, что в них происходило. Он попытался выкинуть из головы мысли о чужой прошлой жизни, события которой вынудили маленького темноволосого мальчика, играющего с кучкой детей в прятки, обратиться в самое опасное чудовище нынешних времен.
Кай сидел на краю кровати и внимательно смотрел на него, даже не моргая, словно пытался взглядом бездонных черных глаз залезть ему под кожу, чтобы без вопросов узнать, в порядке ли он. Его смирное и выжидающее поведение совсем не вязалось с бушующей от ярости тьмой, сгустившейся настолько, что по комнате ползали теневые щупальца. Они хаотично дергались, как будто хотели снести стоящую на полу мебель, но, к счастью, проходили сквозь нее.
– Не гневайся. – Голос Люциана звучал так же тихо, как шелест нежных весенних листьев. Он позволил своему свету приблизиться к стелющейся по полу тьме, переплестись с ней и успокоить. Хотя взаимодействие двух стихий для всех было пагубным, нача́л это не касалось.
Кай просьбе не внял, но, судя по тому, как прикрыл веки и глубоко вдохнул, к словам прислушался.
– Зачем он пришел к тебе? – с тихим рычанием спросил он.
– Просил убить его.
Уголок губ Кая дернулся в усмешке.
– Ты не удивлен? – Люциан наклонил голову к плечу.
Демон покачал головой.
– Его прошлое довольно трагично, а поступки – безумны, и он перешел дорогу стольким бессмертным, так что, очевидно, ищет погибель.
– Ты знаешь, как нам уничтожить его? – спросил Люциан, и Кай кивнул. – Ты все продумал? Эти действия не должны нарушить баланс, иначе света станет в разы больше, чем тьмы, и тебе придется несладко. А я пока не умею всецело управлять силой и не смогу быстро помочь.
Кай вздрогнул.
– Ты сохранил свою человечность? – почти шепотом спросил он, глядя Люциану в глаза и стараясь скрыть волнение в голосе. – Я… – он сглотнул, – очень рад.
Люциан растерялся, впервые увидев, чтобы Кай так себя вел, впервые чувствуя… его страх.
– Думал, что я откажусь от нее?
– Боялся.
В этом коротком слове, слетевшем с хладных уст, таилось слишком много переживаний. У Люциана в груди что-то сжалось. Еще недавно он бы подумал, что это его сердце, но сейчас то была его суть, его душа.
– Не стоило, – сказал он и перевел взгляд на тьму и свет, что уже переплелись и устилали пол, напоминая неподвижную водную гладь. Две противоположные силы не пытались устроить взрыв, скорее вели себя так, словно всегда существовали в единстве. Золотые частицы сияли в черной дымке, точно светила на ночном небе.
Люциан вдруг осознал, что может чувствовать демона, читать его эмоции, которые сейчас бушевали так же, как страдающий от жажды дикий табун, несущийся в сторону водопоя. Лошади в нем были беспокойны и измучены и ужасно нуждались в заветной влаге, которую не могли получить.
«Ого…»
Осознав новые возможности и чужие чувства, Люциан удивился, но он не знал, что с этим делать дальше. Демонические эмоции были яркими и всеобъемлющими, откровенными и почти поглощающими. Они казались куда сильнее его человеческих, в них чувствовалась мощь и давление, от которых у него вскоре закружилась голова.
Постаравшись оградиться от чужих чувств, Люциан произнес:
– Мне нужно освежиться.
Он поправил штаны и выбрался из постели, вобрав в себя растекшийся всюду свет. Кай не остановил его, лишь проследил взглядом, как он шлепает босыми ступнями по деревянному теплому полу. Остановившись возле двери в смежную комнату, Люциан обернулся и недоуменно спросил:
– Почему сидишь? Помоги помыть голову, у меня руки дрожат после слияния с великой сущностью и встречи с владыкой демонов.
Глаза Кая распахнулись.
– Он напугал тебя? – В его голосе послышалось беспокойство.
– А кого не напугает древний демон, знающий об этом мире столько, что смог помешать тебе вытащить меня из сна с первой попытки? И вообще… – Люциан вдруг вспомнил, о чем они говорили. – Когда ты успел рассказать Ксандру о том, что нача́ла умеют заглядывать в будущее? Как много ты ему сообщил?
Кай покачал головой.
– Я не рассказывал. Когда мы бились после моего возрождения, у нас произошло частичное слияние разумов, и он прочел немного моих мыслей. Я был не в себе и не смог проконтролировать это, а он не упустил возможность.
– А ты… – неуверенно протянул Люциан, – заглядывал в будущее? Или прошлое? Потому что я отказался.
– И правильно сделал. Изменить его все равно нельзя.
Люциан прищурился, глядя на Кая. Конечно, тот ответил, но не на его вопрос. Видимо, так было нужно, а не просто из вредности.
– Ясно, – отвернувшись, бросил Люциан. – Что ж, надеюсь, помимо нашей способности видеть будущее и прошлое, Ксандр ничего больше от тебя не узнал.
С этими словами он зашел в комнату, которая оказалась вовсе не скромной умывальней с одной лишь ширмой и бочкой для мытья, а полноценной купальней. Здесь по центру располагался квадратный бассейн; распахнутые бамбуковые двери на дальней стороне вели в сад. Пол устилали гладкие деревянные доски, столь теплые, что по ним можно было ходить босиком; под потолком порхали белые магические огоньки, а на столе в углу догорали палочки благовоний. Воздух был тяжелым от влаги.
Люциан остановился возле края бассейна и посмотрел на бамбуковые двери, подумывая пойти прикрыть их, но тут услышал:
– В этой части сада никого нет.
Кай остановился позади него, и Люциан немного поежился от скользнувшего по лопаткам холодка.
– Всегда или только сегодня? – спросил он, не оборачиваясь.
– Всегда, – выдохнул демон так, словно давал обещание, а не простой ответ на вопрос.
  
Какое-то время Люциан рассматривал сад, а потом наконец решил оставить двери открытыми, раз никого не смутит своим обнаженным видом. К тому же аромат трав и цветов, который теплый ветерок подносил к носу, слишком нравился ему, чтобы отказываться от него.
Люциан спустил по ногам свободные хлопковые штаны, перешагнул через них, а потом и через невысокий широкий бортик, стараясь не думать об эмоциях демона за своей спиной, которые напоминали пожарище, норовящее все вокруг поглотить. Бассейн был неглубоким, а вода в нем – теплой, как парное молоко. Люциан сел, откинув голову на бортик, и вода коснулась его затвердевших сосков.