За 30 милль... на Север (СИ)

- Цикад, Раст, Тихий. Пусть приходят втроем. 
- Хорошо. 
Он на правильном пути. Сегодня он простится с друзьями, и покинет Синдикат.
Пройдя с полдороги, Грешник обернулся. За ним наблюдали снайпера с вышек. Пули в спину он не опасался. Где-то в глубине души ему откровенно было жаль, что все так вышло. Синдикат являлся частью его жизни, длительного отрезка, где год шел за три. И пусть за это время он сполна хлебнул дряни, не все сводилось к печальному. Даже в такой нелегкой жизни присутствовали светлые моменты. 
Рокот приближающегося вертолета заставил его прибавить шаг. Кажется, в баре намечалась вечеринка.
3.
Завидев вертолёт, Грешник тут же поспешил в бар. Он не стал ломиться через парадную дверь, а решил прошмыгнуть через чёрный ход. На стрёме стоял Дикобраз и ещё один незнакомец. Минутой раньше они прогнали с насиженного места бородатых охотников в высоких сапогах, что развели костёр рядом с входом.
– У Вала гости?
– Да. Он тебя ждёт в задних комнатах. – сказал почему-то шёпотом привратник и огляделся, будто опасался, что их увидят вместе. Второй охранник фыркнул и отвернулся.
– Это… – собирался закончить мысль наёмник, как вдруг увидел в проломе бетонного забора странную парочку. Они стояли к нему спиной поодаль, и о чём-то зловеще шептались. Выбритые затылки и форма в цифровом окрасе живо напомнили, кто они такие. Два брата-акробата, похожие на военных. Придурки остановили его на подступах к бару, вопросы задавали. Кажется, он обещал сломать им руки, если увидит вновь.
– Эй, ты куда? – окликнул его Дикобраз, наблюдая, как Грех бесшумно сорвался с места.
– Потом, – махнул ему лейтенант Синдиката. Его заинтересовали чужаки и цель их визита. Они кого-то искали. А Грешник решил проучить сорванцов, ибо он не выносил, когда его посылали лесом.
За забором некто помочился. Грешник направился вдоль ограды в противоположную сторону от бара, нашёл лазейку, где отсутствовала самая высокая секция и выглянул. Поодаль он увидел широкую спину охотника в кирзачах, что лениво шагал в сторону застройки, откуда доносились приглушённые возгласы сотоварищей. Сладкую парочку он приметил не сразу: они расположились за грудой ящиков в укромном месте и делали вид, что отдыхают. Один затеял неполную разборку «калашникова», друг мирно сидел на матрасе. Но намерения у них вызывали подозрения. Их целеустремлённые взгляды в одну точку, жесты, кивки выдавали отнюдь не благие намерения. Вскоре наёмник убедился в своих предположениях. Тип, что сидел в засаде два часа назад, шагнул из тени и подобрал из груды мусора кусок метровой трубы из чёрного металла. Его собрат быстренько сложил автомат и приосанился. В руках второго Грешник заметил прочную тонкую верёвку. Они шёпотом переговорили, постояли, и принялись за работу.
Пара «плохишей» действовали быстро и без суеты. Оружие и нехитрые пожитки закинули в один из ящиков. Затем гости разделили силы. Чувак с трубой присел и тихо стал красться вдоль забора. Его взгляд был направлен в сторону самодельного навеса из жести, где какой-то бедолага решил скоротать время. Видимо, он и являлся конечной целью команды. Второй член банды направился в противоположном направлении, аккурат к тому месту, где Грешник краем глаза присматривал за командой. Заинтригованный, наёмник спрятался за пустой бочкой из-под соляры. Пока он прикидывал, стоит ли вмешиваться в инцидент, или остаться в стороне и позволить двум недоумкам грохнуть простофилю, мимо него прошмыгнул человек с верёвкой. Обстановка накалялась.
Грешник решил вмешаться. Его добивала мысль, что на базе может произойти нападение. До недавнего времени она представляла своеобразную витрину безопасности и гарантом жизни любого человека из любой группировки. Два подлеца пошли против правил, нарушали нейтралитет, и уже за это могли поплатиться жизнями.
Он ударит их же оружием. Исподтишка.
Найм перебрался через забор, посмотрел вверх на вышки со снайперскими парами и ухмыльнулся. Убийцы выбрали подходящее время и место для преступления. Слепая зона гарантировала успех и скрытность, тем более для профессионалов хватит и пары минут для «дела». Значит, его тоже не увидят. Бросив по сторонам взгляд, он, подбоченясь, ринулся вперёд по маршруту первого подонка.
 
Застать начало схватки у него не получилось. Под навесом разыгралась настоящая битва на уничтожение. Оглушительный удар железа по металлу окончательно разрушил мысль о работающих «профи». Братья не сумели застать отдыхающего путника врасплох, и они слишком торопились нанести визит визави. Самих драчунов он не видел, так бо́льшая часть драмы разыгралась на тесном пятачке, огороженном с двух сторон бетоном, остовом кузова грузовой машины и строительными блоками, почерневшими от дождя. Зато хорошо слышал шум борьбы и ударов.
Скрываться более не имело смысла. Братья увлеклись жертвой и не подозревали о возникшем «хвосте». В таком шуме невозможно услышать крадущегося тигра среди строительного мусора. Он дошагал до места схватки и, наконец, увидел в промежутках между блоками разыгравшуюся драму. Одиночке приходилось туго. Его атаковали с двух сторон и довольно удачно. Противник с дубинкой огрел сталкера трубой, отчего тот выронил дробовик, которым защищался. Не встретив сопротивления, «плохиш» с удавкой наперевес взял несчастного на удушение. Притом быстро и грамотно. Ещё минута – и на пустыре окажется свеженький труп. Через две тело задушенного недотёпы сбросят голодной «электре», если в схватку не вмешается настоящий профессионал.
Грешник вынырнул на пустырь, заваленный хламом, и резкими шагами сократил расстояние до братков. Вооружённый трубой военный держал руки страдальца, который всё ещё подавал признаки сопротивления. Как и предполагалось, на нового участника никто не обратил внимания, пока он сам не обозначил своё присутствие сокрушительным ударом кулака прямо в челюсть врага. Досталось зеваке с трубой. Наёмник чётко услышал, как хрустнула сминаемая кость под резким и точным выпадом правой руки тренированного рукопашника. Подлец даже не успел понять, отчего лавина боли опрокинула тело наземь, так как кулём свалился на землю. Душитель оказался расторопнее. Он бросил незадушенного человека, и прыгнул навстречу Грешнику. Тот атаковал эффектным выпадом прямой ноги в корпус, намереваясь проломить грудную клетку. Оппонент прочитал удар: увернувшись, он серией двоек проверил реакцию бывшего лейтенанта. Только одна из них достигла своей цели. Наёмнику обожгло огнём ушную раковину. Отшатнувшись, разозлённый боец контратаковал чужака апперкотом, затем боковым с левой ноги. В этот раз ему повезло. От удара голенью по почке военный зашатался, теряя равновесие. Грешник насел на него плотнее, добивая поверженного врага мощными комбинированными ударами. Хук справа, серия по корпусу, прямой в лицо. Тип с верёвкой хорошо защищался, но лейтенант Синдиката был беспощаден. Удар, снова удар – и брызнула кровь из рассечённой брови, заливая лицо противника. Исход поединка был предрешён. Контрольным в голову Грешник свалил соперника на землю, аккурат возле его братца, пытающегося прийти в себя. Выдохнув, запыхавшийся Грех стал над поверженными душегубами, зло отшвырнул влажную от пота и крови бечеву и пробормотал:
– Когда играешь со спичками – можно и обжечься.
Грешник поочерёдно сломал кисти поверженным братьям. В устаканившейся тишине хруст костей прозвучал особенно громко. Всё кончено. Справедливость восторжествовала. В грязи лежали поверженные куски радиоактивного мяса, жалобно всхлипывающие от унижения и полученных ран. К этому времени зашевелился едва не задушенный человек. Грех помог ему прийти в себя, перевернув бедолагу на живот.
 
– Эй, мужик, ты как, живой? – тихо сказал он, несильно ударив его по щеке.
Сталкер не ответил. Побагровевшее лицо разразилось громким, чахоточным кашлем. Человек тяжело задышал, долго и часто, вбирая в лёгкие спасительный воздух.
Лейтенант помог тому сесть на пустой ящик. А сам развернулся и хотел уйти прочь от побоища. Его потуги прервал хриплый каркающий рык из повреждённой глотки: