Связанные кровью (ЛП)

Маттео проносится мимо меня, направляясь прямо к кровавому демону, который пытается уйти от Кербероса и Блейза. Кровавый демон исчезает и снова появляется в двадцати футах от скорпиона.
Демоны не могут уйти очень далеко, поэтому я подозреваю, что их воздушные прыжки ограничиваются небольшими расстояниями.
— Держи его, пока он не ушел! Нам нужно накормить скорпиона.
Маттео не упускает ни секунды и мчится за ним.
Эвелин и Грейсон поворачиваются, чтобы остановить его, окружая его слева и справа, в то время как Маттео вспыхивает позади него. Я обхожу сбитого зверя, с которым сражаются Николь и Зандер, и бросаюсь к нему под ноги, не давая демону убежать таким образом.
Он прыгает прямо на Маттео и приземляется перед вампиром. Выхватив из-под плаща светящийся синий кинжал, он вонзает его в живот Маттео.
— Нет! — Я выбегаю из-под скорпиона и направляюсь к Маттео, лицо которого побледнело.
— Деми, будь осторожна.
Волосы на моей шее поднимаются дыбом, и я бросаю взгляд на скорпиона. Его хвост откинут назад и быстро приближается ко мне.
Ох, блин.
Что-то сбивает меня с пути, и я лечу назад, приземляюсь на задницу и качусь, пока не останавливаюсь. Я вскакиваю на ноги и отползаю от скорпиона. Мое сердце колотится в груди.
Когда я вижу, кто насажен на его хвост, я начинаю бежать обратно.
— Мария!
Она сбила меня с пути, приняв удар на себя. Скорпион кружится, и мне приходится падать и катиться вправо, чтобы меня не затоптали.
— Блять. Мария, держись. — Я приседаю и готовлюсь сделать какую-нибудь глупость.
Скорпион мчится по деревьям, сбивая нескольких других с ног, когда убегает с обедом.
— Стой! — Я бросаюсь за ним только для того, чтобы врезаться в твердую грудь. Я шлепаю Кербероса и смотрю на него. — Прочь с дороги. — Я пытаюсь обойти его, но он дергает меня за запястье, разворачивая к себе.
— Ты не сможешь ее спасти.
Блять, я могу.
Я рычу и бью его головой, от чего у меня кружится голова, но он не отпускает меня. Выхватив из ножен на бедре последний нож, я прижимаю лезвие к его горлу.
— Отпусти меня.
— Она мертва, девочка. Яд скорпиона действует быстро.
Блейз подбегает в облике волка, перекидываясь на середине пути и хмуро глядя на Кербероса.
— Отпусти ее.
— Она мертва. — Керберос пристально смотрит на меня.
Когда он отпускает мое запястье, я ударяю его кулаком по лицу. Его голова дергается набок, и он рычит.
— Пошел ты, — говорю я с прерывистым дыханием. — Я иду за ней.
Я не могу позволить ей умереть. Не здесь. Не со скорпионом, готовым съесть ее.
Когда я приближаюсь к деревьям, в моей голове появляется разумный голос.
Он пронил ее. Если то, что он говорит, правда, Мария уже мертва.
Я не могу позволить этому существу съесть ее.
Откуда ты знаешь, что скорпион еще этого не сделал?
Остановившись на полпути, я пинаю землю и кричу в небо.
— Деми, Маттео ранен. — Эвелин хватает меня за руку и трясет, а я продолжаю смотреть на деревья. — Деми, все плохо.
Я провожу рукой по лицу и стону. Не знаю, как я буду жить с собой, если брошу Марию, но Маттео здесь. Я могу ему помочь.
Повернувшись к Эвелин, я вижу, как слезы наворачиваются на ее глаза. Моя голова резко поворачивается в сторону Маттео. Он весь в крови, а кожа у него пепельная.
— Какого черта? — Я подбегаю к нему, падаю на колени, как только добираюсь до его бока, и кладу руки на рану. — Почему он все еще истекает кровью?
Керберос рядом со мной, морщится, глядя на Маттео.
— У кровавого демона был отравленный нож. Я предупреждал вас, что кто-то умрут.
Я падаю на колени.
— Только не он. Как мне это исправить?
— Другой скорпион теперь инвалид, — говорит Николь позади меня.
Закрыв глаза, я жду, что она спросит.
— Мария?
Ее дыхание становится прерывистым. Они с Зандером были заняты вторым. Она не видела, что произошло.
— Твоя подруга погибла. — Керберос говорит.
— Где она? — Николь задыхается.
Я качаю головой, продолжая оказывать давление на рану Маттео, хотя она продолжает кровоточить, как бы я ни старалась остановить это.
 
— Скорпион.
Это все, что я могу сказать. Я опускаю голову, не в силах встретиться с ней взглядом. Она шаркает ногами на месте.
— Это невозможно.
Но это потому, что я отпустила ее. Я должна была пойти за ней.
— Я пойду.
Блейз приходит на помощь.
— Я пойду с тобой проверить лес, может быть, мы сможем ее найти.
— Вы ее не найдете. Она мертва. — У Кербероса нет такта.
Я смотрю на него, собираясь что-то сказать, но Блейз делает шаг к нему.
— Я отведу их посмотреть, — говорит Блейз, сверкая желтыми глазами.
Керберос изучает волка, затем опускает голову. Блейз берет с собой Николь, Зандера и Зену, прежде чем отправиться в лес на поиски Марии.
Кольт и Грейсон сидят на корточках по другую сторону от Маттео, их лица сморщены от отчаяния.
— Исправь это, — умоляю я. Подвигаясь так, чтобы посмотреть адской гончей в глаза, я спрашиваю еще раз. — Как нам его исцелить?
Его губы сжаты, а глаза холодны.
— Керберос! — Мой голос становится пронзительным, а сердцебиение учащается, врезаясь в грудную клетку, как дикий зверь. — Пожалуйста, исправь это. Я сделаю все, что угодно.
Мужчина принимает форму адской гончей.
Он серьезно собирается уйти? Прямо сейчас?
Он поднимает голову и издает рев, более глубокий, чем волчий вой, но громче, чем рычание. Звук эхом разносится по ландшафту, и я вздрагиваю, хотя не хочу этого.
Я поднимаю брови и снова смотрю на Маттео. Он быстро моргает, и его рука ложится на мою.
— Все в порядке, Деми. — Его слова прерываются вздохами боли.
Это неправильно.
Он не может умереть, он чертовски бессмертен.
В Подземном мире есть вещи, которые могут убить вампиров, волков, охотников.
Керберос нас предупреждал.
Я прикусываю губу настолько сильно, что течет кровь, и качаю головой.
Он не может умереть.
Этот мудак не может умереть.
Вокруг нас раздаются два ответных рева, привлекая мое внимание от лица Маттео к Керберосу.
— Что это такое?
Керберос отступает.
— Ты сказала, что сделаешь что угодно. Я знаю один способ спасти твою пару.
— Какой? — Я задаюсь вопросом.
— Торг с Мазикин.
— Мазикин?
Глаза Кербероса сверкают огнем. Яркий свет исходит сзади, где я стою на коленях, и у меня покалывает от беспокойства позвоночник.
— Что у нас здесь, Керберос? Ты принес мне угощения?
Я оглядываюсь через плечо, чтобы увидеть, с кем имею дело. У Мазикин длинные светлые волосы, и ее сопровождают две адские гончие, очень похожие на Кербероса. На ней кожаный корсет и длинная юбка с разрезами на обеих ногах.
— Мэззи, Маттео нужно вылечить. — Керберос игнорирует остальные ее вопросы и собирается подойти к ней. — Деметрия — охотник и сделает все, чтобы спасти его.
Яркие глаза Мазикин останавливаются на мне.
— Сейчас она сделает это?
Моя первая реакция — отшатнуться, потому что сделка с ней не принесет ничего хорошего, затем я вспоминаю, что скользкая кровь Маттео заливает мои руки и продолжает сочиться из его раны.
Я киваю.
— Сможешь ли ты спасти его?
Опустив взгляд на Маттео, она цокает.
— У него есть всего минута, пока яд не уничтожит его.
— Мазикин. — Мой голос тверд, и она прищуривается на меня. Я привлекла ее внимание, поэтому продолжаю. — Ты. Можешь. Сохранять. Ему. Жизнь?
— Это будет стоить тебе частички души.
— Деми, не надо. — Маттео слегка сжимает мою руку, он такой слабый. Его глаза закрываются, и он хрипит. Кровь течет изо рта.
— Что это значит?
У него заканчивается время.
Мазикин идет вперед и становится на колени на покрытую сажей землю. Пепел поднимается вокруг нее небольшим облаком. Она убирает мои руки и прижимает ладони к его коже.