Связанные кровью (ЛП)

Потом меня осенило. Для него все это была игра. Заключить нерушимую связь с дочерью человека, которого он убил, — это совершенно извращенный способ доказать силу, которой он обладает.
Я смотрю на Эвелин, проверяя ее реакцию. Ее лицо сморщилось в тугой узел растерянности.
Она не знала.
Мое сердце дрожит в груди, когда я смотрю на Кольта и Грейсона. Они оба смотрят на меня, тени мелькают в их глазах, но суровые хмурые взгляды, которые они носят, говорят мне, что они, возможно, тоже не знали об этом. Кольт шевелится, и я хмуро смотрю на него.
— Ты помогал?
Его руки падают в стороны, и он качает головой.
— Нет, — говорит Грейсон, бросая взгляд туда, где Никс все еще держит Маттео. — Мы знали, что он пошел помочь ей спастись от безумия, но мы не знали, что он убил твоего отца.
Кольт согласно кивает, его зеленые глаза внимательно изучают мое лицо. Он видит слишком много. Он слишком хорошо меня знает.
— Позже, — говорит он, пристально глядя на сцену.
Я стиснула зубы и отбросила все вопросы. Однако я сдерживаю гнев. Это пригодится, когда я сверну Никс шею.
Снова столкнувшись лицом к лицу с вампиром, я прищуриваюсь.
— Чего ты хочешь?
Она рассматривает меня, затем отпускает Маттео. Его колени с громким стуком ударяются об пол. Выдернув нож, он падает и шипит от боли.
По моему мнению, ему недостаточно больно.
— Интересный вопрос, Деми. Я хочу многого.
Она практически скачет по сцене.
Я наблюдаю, как она кружит вокруг моей семьи и друзей. Она проводит рукой над их головами, напевая себе под нос «утка, утка, гусь».
Моя рука лежит на рукоятке ножа. Глаза Никс бросаются на мои пальцы, обхватившие ручку, когда она говорит «гусь», и одаривает меня мерзкой ухмылкой, полной клыков.
Зарывшись ладонью в волосы Зандера, она отводит его шею в сторону.
Красный цвет проникает в мое поле зрения, превращая все в замедленную съемку. Я бегу, пересекаю танцпол за две секунды и в следующую выпрыгиваю на сцену.
Ее вампиры начинают приближаться, но я подныриваю под них и бросаюсь на нее. Я слышу, как остальные собираются атаковать команду Никс, поэтому остаюсь беззащитной. Это риск, на который я готова пойти.
Мои глаза следят за ее движениями, пока я совершаю прыжок, и от того, как серебряная вспышка приближается к шее Зандера, у меня замирает сердце.
Я опоздала.
Мгновение спустя ее нож прижимается к горлу Зандера, и она прорезает глубокую линию на его коже, отделяя верхнюю половину от его тела. Багровая жидкость разбрызгивается по его рубашке и полу.
Тело Зандера дергается и дергается, и что-то вроде искаженного вздоха срывается с его губ, когда Никс отпускает его. Он падает с возвышения и приземляется в лужу собственной крови.
— Нет! — Крик Зи разносится по комнате.
Моя мама рыдает в кляп, захлебываясь при этом собственной слюной.
Блин. Почему я не могу никого спасти?
Я отказываюсь терять еще одного человека.
Мое тело сталкивается с телом Никс при обратном взмахе клинка.
Она быстрее, чем я ожидаю. Она обхватывает меня ногами и дергает бедрами, скручивая нас в воздухе, так что она приземляется на меня сверху, и воздух вырывается из моих легких, когда я врезаюсь в сцену.
Я заношу на нее нож и рычу, когда она поворачивается в сторону, и нож впивается ей в бедро, а не в живот, как я намеревался.
— Ох, извращенка, — мурлычет она, прежде чем вытащить кинжал из ноги.
Я уже выхватила еще один из ножен и вонзила ей в руку, которую она подняла, чтобы защитить свое лицо от моего клинка.
Она опускает руку вниз, направляя мой нож в мою сторону, и я поднимаю руку, отражая удар, но все же получая неприятный порез в предплечье.
Никс снова замахивается, но я дергаю бедрами, сбрасывая ее с себя. Я группируюсь в клубок и бросаюсь на корточки. Лезвие вонзилось мне в бедро.
— Черт.
Я сжимаю челюсть и выдергиваю его, стряхиваю кровь с кончика и швыряю нож обратно в суку, которая улыбается мне, как будто она выигрывает.
Это еще даже близко не закончилось.
Она кружится, едва уворачиваясь от ножа, и, хихикая, останавливается.
 
— Не могу дождаться, чтобы убить тебя.
Ее глаза теперь полностью черные. У меня нет времени проверять кого-то еще, потому что она набрасывается на меня, толкает меня к диджейской будке и трижды ударяет головой о проигрыватель, прежде чем я успеваю врезать ей кулаком в живот и освободить достаточно места, чтобы дотянуться до маленького ножа у моей спины.
Сверкая мне зубами, она кидается к моей шее, но мой клинок задевает ее щеку. Она воет от боли, шипит и бьет меня в отместку, когда я прижимаю большой палец к почти зажившей ране на ее ноге, копаюсь и снова разрываю ее.
Я бодаю суку головой и пользуюсь моментальным преимуществом, бью ее раненую ногу кулаком, пока она не зарычит от гнева. Затем я прижимаю руки к ее груди и сбрасываю ее с себя.
Она приземляется на ноги, шипит на меня и вырывает нож из щеки. Кожа начинает срастаться, но недостаточно быстро. Она залита собственной кровью.
— Красный тебе идет, — насмехаюсь я, бросаясь к ней.
Я смотрю в сторону комнаты и бросаю быстрый взгляд на своих людей. Кольт, Эвелин, Алисса и Грейсон уничтожили всех членов ее команды, кроме двух. Они окружают двух уже окровавленных вампиров.
Никс разворачивается и бежит к моим родителям.
Мое сердце колотится в груди, а желудок скручивается узлом, когда она тянется к моей матери.
Это всего лишь вопрос нескольких секунд, прежде чем они погибнут.
Внезапно появляется Маттео, набрасывается на Никс и вырывает ее запястье. Никс шипит и бьет коленом ему в промежность.
Вампир кряхтит и отпускает ее руку.
Чертовы мужчины.
Один из ее вампиров вскрикивает перед тем, как Алисса отрывает ему голову от тела. Никс поворачивает голову и воспринимает урон, ругаясь, прежде чем снова взглянуть на Маттео.
Подбежав к Зи, она поднимает мою подругу и перекидывает ее через плечо.
— Это еще не конец, — говорит Никс. Потом она вылетает из клуба с Зеной.
Я гонюсь за ней, спрыгиваю со сцены и выбегаю из здания. Я следую за ее запахом и следом, который ощущаю своим охотничьим радаром, пока он внезапно не исчезает в темном переулке, пахнущем затхлым дымом.
— Какого черта? — кричу я в ночь, ударяя кулаком по кирпичной стене.
Эвелин и Алисса останавливаются. Они оглядываются по сторонам, выглядя такими же расстроенными, как и я.
Вампир не может исчезнуть бесследно. Нет, если ей кто-то не помогает.
Ведьма?
— Куда, черт возьми, она пошла? — спрашивает Алисса.
Эвелин нюхает воздух.
— Я знаю этот запах. Портальный демон ей помогает.
— Портальный демон?
Я потираю костяшки пальцев, которые заживают после удара о стену.
— Демон, который может открывать двери между мирами. — Эвелин хмурится. — Нам нужно вернуться к Маттео.
— Думаешь, она вернется?
— Я не знаю, — говорит Эвелин, прежде чем выскочить из переулка.
Следуя за ней, я заставляю себя идти быстрее, чем когда-либо, на случай, если жизни моих родителей будут в опасности. У них нет сверхъестественного исцеления, как у Зандера или Лейси.
Мой охотничий радар сообщает мне, что они все еще внутри «Витой спирали», поэтому я пытаюсь сдержать свое беспокойство, когда мы мчимся через вход в здание и спускаемся по лестнице на первый этаж.
Если я их чувствую, значит, они живы, верно?
Глава 13
Грейсон
Деми убегает за Никс. Я разрываюсь между погоней за женщиной, которую люблю, и помощью Лейси.
— Следуйте за ней, — приказывает Маттео Эвелин и Алисе.
Они выбегают из клуба, а я бегу к Лейси, падаю на колени и переворачиваю ее. Ее голова склоняется набок. Ведьм, в отличие от других видов, легко убить.