Связанные кровью (ЛП)

— Что это было?
Я сижу и поворачиваю шею. Порез от ножа Сиско теперь полностью зажил, и благодаря крови Грейсона я чувствую, что выпил двенадцать чашек кофе и могу покорить мир.
— Связь восстанавливается сама собой. — Он видит замешательство, написанное на моем лице, и продолжает, — Когда один из нас умирает, умирает и связь. Когда ты возрождаешься, связь также оживает.
— Что будет, если я не вернусь?
Кольт качает головой.
— Давай не будем сейчас об этом беспокоиться, с тобой все в порядке?
Я киваю и осматриваю комнату. Две женщины, которые, кажется, никогда ничего не делают, кроме как наблюдают и пьют, сидят на диване. Их руки скрещены на груди, и они пристально смотрят на кого-то позади меня. Оглядываясь через плечо, мои глаза расширяются, когда я вижу Антию, держащую в руке сердце.
— Эм-м-м.
Эвелин похлопывает меня по плечу.
— С ней все в порядке, любимая, она просто переживает потерю своего возлюбленного.
Антия становится передо мной на колени, держа сердце вверх.
— Сиско мертв.
— Я вижу это… что ты собираешься делать с сердцем, Антия?
В тусклом свете офиса ее глаза затенены и призрачны.
Ее рыжие волосы забрызганы алой кровью.
— Я положу его в банку.
Я на девяносто восемь и четыре десятых процента уверен, что Кристина Перри имела в виду не это, когда выпускала свой альбом.
— Так ты собираешься убить его навсегда? — Одна из других женщин Сиско вскрикивает, запуская пальцы в волосы. — Чертовски пора тебе отрастить позвоночник.
— Ой, заткнись, Сисси, не тебе говорить сейчас.
Другая смотрит на свои ногти.
Я моргаю, удивляясь их внезапному желанию говорить.
— Катись к черту, Мисси, ты тоже ни черта не сделала.
Антия пристально смотрит на них двоих.
— Тихо.
Их рты закрываются по ее команде, пронизанной принуждением, и их лица бледнеют.
— Никто из вас и пальцем не пошевелил, чтобы помочь, когда он… — она замолкает, ее глаза слезятся. Ее рука сжимает сердце так сильно, что это заставляет меня волноваться.
Тем более, что она держит его возле моего лица. Я не в настроении обливаться кровью Сиско. Это может показаться странным, учитывая, что всего несколько минут назад Я пила кровь Грейсона, но Сиско — засранец.
— Антия. — Я кладу руку ей на плечо, и она поднимает на меня взгляд. — Где он держит наших людей?
— Знаешь, он не лгал. Мы не знаем, где Лейси и твои родители.
Мой желудок сжимается, и я сдерживаю рычание разочарования.
Где, черт возьми, они могут быть? Кто мог их похитить? Их не было у охотников, их нет у Сиско.
Других врагов у меня нет.
— Алисса, Антия. Где она? Эвелин щелкает пальцами перед лицом вампира.
Отвлекшись от своих мыслей, я встаю и протягиваю руку Антии. Она кладет мне на ладонь ту, в которой нет сердца, и встает.
— Я отведу тебя к ней.
Антия подходит к одной из книжных полок и выдергивает из вазы букет роз. Затем она опускает сердце в сосуд и ставит его на середину стола. Ее губы дергаются в легкой улыбке.
— Следуйте за мной.
Глава 11
Деми
Маттео и Грейсон остаются, чтобы присматривать за телом Сиско. Он не сможет выздороветь, пока сердце не будет помещено обратно в грудную полость.
Кольт и Эвелин следуют за мной и Антией вниз по обоим лестничным пролетам. Я чувствую струйку силы, которая быстро нарастает и становится такой же, как у Кольта. Я удивлена ее уровнем крутости на данный момент и еще больше удивлена, когда вампиры отступают перед ней и слегка кланяются, когда она проходит.
Антия пользуется уважением у своего народа. Будучи дамой Сиско, она имела влияние, но власть, которой она обладает, полностью принадлежит ей. Почему она решила быть с таким мужчиной, как Сиско, меня сбивает с толку, с другой стороны, мне нравится Маттео, так кто я такая, чтобы судить?
 
Она ведет нас через бар на первом этаже, мимо задней кладовой и через еще один дверной проем. Вытащив ключ, она отпирает замок и начинает спускаться по черной лестнице.
— Здесь нет света, — говорит она извиняющимся тоном.
К счастью, у меня сверхъестественное зрение, и мои глаза быстро приспосабливаются к теням и их глубине. Эта лестница бетонная. Чем дальше мы спускаемся, тем ниже температура, и я дрожу, потирая руки.
Я считаю каждый шаг и останавливаюсь на тридцати трех, когда Антия останавливается. Она стоит у подножия лестницы и смотрит в темноту.
— Чтобы внести ясность: я не принимала в этом никакого участия. — Она заходит в темную комнату.
Я моргаю, когда она чиркает спичкой и зажигает несколько свечей, озаряя комнату световыми кольцами.
Там, посреди комнаты, лежит Алисса. Лицом вниз в луже собственной крови.
Эвелин ругается и бежит к подруге. Я следую за ней, отставая на несколько шагов, останавливаясь, чтобы посмотреть на стену с орудиями пыток. Мой взгляд падает на отвратительно выглядящую дрель, и я вздрагиваю, ненавидя думать, для чего Сиско ее использовал.
Я падаю на колени, не обращая внимания на хлюпающую кровь, и помогаю Эвелин перевернуть ее на спину. Голова Алисы склоняется набок. Ее глаза в синяках, а руки покрыты отпечатками пальцев.
— Что с ней не так? — спрашиваю я, указывая на отметки.
— Нитрат серебра. — Антия вздыхает. — Сиско любит, чтобы боль продолжалась.
— Ей нужна кровь. — Эвелин кусает свое запястье и прижимает его ко рту Алиссы.
Алисса стонет и хватает Эвелин за руку, прижимая губы к ране и издавая громкие чавкающие звуки.
— Полегче, женщина. Мне тоже нужна кровь, чтобы выжить.
Когда ее веки трепещут, ее голубые глаза подведены черным и серебристым. Чем дольше она пьет, тем больше нитей постепенно тускнеют.
— Деми, помоги мне, — говорит Эвелин с гримасой. — Ей нужно больше, чем я могу дать.
Недолго думая, я выхватываю один из ножей из ножен на бедре и перерезаю себе запястье, занимая место Эвелин и терпя минуты, пока моя подруга забирает то, что ей нужно для лечения.
Алисса осторожно отталкивает мое запястье.
— Спасибо.
— Без проблем. — Я начинаю вставать, но останавливаюсь на полпути. Она взяла больше крови, чем я думала. Или я все еще немного слаба после атаки Сиско.
Кольт хватает меня за талию, удерживает и предлагает кровоточащее запястье.
Это что, кровавая оргия?
— Я в порядке, — бормочу я, но все равно принимаю его подарок.
Когда я могу стоять самостоятельно, не покачиваясь, я высвобождаюсь из хватки Кольта.
Алисса стоит и потирает запястья, ободранные от наручников, в которых ее держал Сиско.
— Нитрат серебра выйдет из моего организма, и тогда со мной все будет в порядке, — говорит она, когда замечает, что я наблюдаю за ней.
— Я принесу тебе кровавый коктейль, — говорит Кольт, поднимаясь по лестнице в бар.
Антия прислонилась к рабочему столу, полному вещей, о которых мне не хотелось бы думать.
— Что ты с ним сделала? — Алисса никого конкретно не спрашивает.
— Я забрала его сердце, — отвечает рыжая девушка. — Я подумала, что ты, возможно, захочешь помочь мне закончить работу?
Алисса щурится.
— Почему ты так поступила?
Подняв нож и вонзив его в стол, Антия резко вздохнула.
— Потому что иногда те, кого мы любим, не способны дать нам ту любовь, в которой мы нуждаемся.
— Это все очень трогательно, но если вы не возражаете, я бы хотела покинуть эту клоаку.
Эвелин перекидывает свои длинные черные волосы через плечо и начинает подниматься по лестнице.
Алисса усмехается и качает головой.
— Мне нужно привести себя в порядок.
— В офисе Сиско есть душ.
Небольшая тяжесть спадает с моих плеч, когда мы возвращаемся в клуб и направляемся в офис. Три человека найдены, осталось трое.