Связанные кровью (ЛП)

Енох шевелится, стоя обнаженным в своем человеческом обличии.
— Маттео. Ты не можешь убить Волка- старейшину.
Опасная улыбка скользит по моему лицу.
— Так ли это?
Мои клыки болят от необходимости обескровить Айрис.
Он подкрадывается ближе, но его останавливает Кольт, толкающий его в грудь.
— Отойди, волк.
Карие глаза Еноха вспыхивают желтым, а в его груди раздается глубокое рычание.
— Значит, война — это то, что ты ищешь?
Я перевожу взгляд, чтобы встретиться с ним глазами.
— Война между людьми нашего вида всегда была неизбежна, Енох. Это ты зашел слишком далеко и слишком быстро. Деми не твоя подозреваемая.
Волк смотрит на тело Деми.
— Нет, это не так, но она единственная, кто может помочь нам найти Блейза.
— Я не позволю тебе использовать ее после того, как ты безосновательно обвинил ее в убийстве волка, в смерти которого ты даже не уверен, Енох. Где его тело? Вы нашли кровь? Есть ли у вас доказательства его смерти?
Айрис скулит, когда я прикасаюсь пальцами к нежной коже вокруг ее горла.
Я смотрю на нее.
— Ты совершила ошибку, Айрис. Она будет в ярости, когда проснется. За это я виню тебя. Считайте наше перемирие недействительным. Любой новый волк, который ступит в Сан-Франциско после сегодняшней ночи, будет убит. Это мой город.
Она опускает взгляд и кивает, как только может, в моей хватке. Я отбрасываю ее назад. Она хорошо группируются и приземляется на корточки, изо всех сил стараясь не выпустить своего волка в полусдвинутом состоянии. То, что она Старейшина, не означает, что она сильнее своего волка. Это просто означает, что она обладает невероятной силой и родилась несколько сотен лет назад. Когда она полностью превратилась обратно в человека, она на мгновение опустила голову.
Енох оббегает Кольта, чтобы помочь ей встать.
Она смотрит на меня настороженными глазами.
— Маттео…
— Нет, Айрис. Береги свои слова. Ты можешь попросить Деми о помощи, когда она проснется. После у вас есть пять минут, чтобы покинуть Сан-Франциско, прежде чем я последую за вами и убью.
— Пять минут вряд ли будет достаточно.
Волк позади нее рычит в знак согласия.
Пожав плечами, я поворачиваюсь и становлюсь на колени рядом с Деми.
— Не ожидайте большего. Иначе вы все мертвы.
Кольт становится рядом со мной, скрещивая руки на груди и наблюдая за волками. Грейсон занимает свое место с другой стороны от меня.
— Она этому не обрадуется, — бормочет моя правая рука. — Ты действительно облажался, босс.
Я не отвечаю ему, потому что он прав.
Айрис хочет сказать что-то еще, но Енох шикает на нее. Они ведут разговор шепотом. Я не хочу обращать внимание на их слова.
Темные волосы Деми всклокочены после падения. Я откидываю прядь от ее лица и сжимаю губы.
Чертовы волки. Она возненавидит меня, когда проснется.
— Деми? — женский визг наполняет воздух.
— Что это такое? — Я спрашиваю Кольта.
Он оглядывается через плечо.
— Дерьмо. Это охотники.
— Еще охотники? — возмущенно кричит Айрис, прерывая тихий разговор с Енохом. — Сколько охотников у тебя на службе, Маттео?
Не обращая внимания на ее вопрос, я вздыхаю.
— Кольт.
— Почему я?
Я хмурюсь на него, и его зеленые глаза темнеют от раздражения.
— Блять, ладно.
— Что случилось? — требует Зандер. Он держит кинжал наготове.
Что там насчёт охотников с ножами?
Проведя рукой по лицу, я встаю и смотрю на охотника. Он также представляет угрозу для волков, и если кому и удастся их убить, так это ему и Деми.
— Я все объясню, когда Деми проснется, Зандер. Мне нужно, чтобы ты отступил.
Это первое испытание его верности. Он согласился стать частью Кровавой мафии и, таким образом, признал, что я главный.
Охотник осматривает упавшее тело Деми. Его глаза наливаются красным, как у Деми, когда она чувствует жажду крови.
— Зандер.
Я позволил каждой унции своей силы влиться в мой голос.
Его светящиеся красные глаза встречаются с моими.
— Десять минут, Маттео. Я дам тебе десять минут. Если она к тому времени не очнется, я вас всех убью.
 
— Зандер, — задыхается Тайра.
Зена тянет ее за руку, не давая своей девушке бежать к Охотнику. Я считаю, он достаточно серьезная угроза.
У парня есть яйца, я отдаю ему должное.
— Можешь попробовать.
Я знаю, что Зандер быстрее и сильнее Деми, а это значит, что он может меня убить. Я не дам ему понять, что я это знаю.
Эвелин материализуется из воздуха, появившись откуда-то изнутри здания. Она становится перед Зандером.
— Вот ты где, — говорит она со вздохом. Эвелин проводит рукой по его груди и животу, зацепляясь пальцами за верхнюю часть его штанов. — Теперь я уверена, что ты мне нравишься.
Немного красного цвета, заполняющего его зрачки, исчезает, когда он смотрит на мою сестру.
— Что?
Предоставлю Эвелин обезвредить бомбу замедленного действия. У меня нет времени беспокоиться о ее мотивах. Она на время отвлекла охотника.
Я поворачиваюсь и снова преклоняю колени перед Деми.
— Давай, малышка. Просыпайся.
Глава 2
Деми
Проснуться со сломанной шеей — не что иное, как потерять свои силы. Все болит, и я чувствую, что умираю.
Вероятно, это потому, что моя шея все еще вывернута под неестественным углом, нет, это потому что Маттео сломал мне шею. Я поднимаю руки, которые покалывают от онемения, и выпрямляю голову. Раньше я думала, что могу чувствовать свое тело и сопровождающую его боль, но внезапный прилив агонии меркнет по сравнению с этим.
Я издаю жалкий всхлип. Грубые руки касаются моей щеки, и я медленно открываю глаза.
Лицо Маттео нависает над моим, его черты исказились от беспокойства. Я сжимаю губы в гневном рычании и тыкаю ладонью ему в грудь, стиснув зубы, от боли в мышцах и костях, срастающихся воедино.
— Отойди от меня, клыкастый.
— Деми.
Он тянется ко мне, и я толкаю его снова, на этот раз с большей силой. Он падает на задницу.
Сверхъестественное исцеление спешит на помощь.
Я перекатываюсь на живот и опускаюсь на колени, кладя руки на ноги.
— Пошел ты.
— У меня не было выбора.
Кожа под моим глазом дергается.
— У тебя был выбор, но ты сделал неправильный.
Чувствительность полностью вернулась в мои конечности. Мне нужно еще несколько секунд, прежде чем я с ним разберусь. К счастью для меня, он только произносит слова ртом. Я сосредотачиваюсь на его губах.
— …чтобы ты напала на Айрис. Если бы ты убила ее, война была бы неизбежна.
Поэтому он убил меня, чтобы защитить ее.
— Разве ты не веришь, что я смогу контролировать свои эмоции?
Он сжимает губы.
Нет . Разумеется, он не верит.
Я знаю, что мое прошлое определило меня, особенно после того, как я убила его после моего пробуждения, но я глупо надеялся, что наша недавно сформировавшаяся связь создаст доверие между нами.
Ладно, да, я подумывала дать ей пощечину, но убивать ее не собиралась.
— Я не мог рисковать. Мне жаль.
Слова ничего не значат.
— Мне тоже.
Его брови едва успевают сойтись, как я выхватываю нож из кобуры на бедре и с чрезмерной силой швыряю его ему в сердце. Он почти мгновенно падает на землю.
— Я знаю, что сказала, что причиню тебе боль, если ты навредить моему брату, но, учитывая обстоятельства, я дам тебе пропуск, — говорит Эвелин голосом, полным жалости.
Я не осознавала, что она здесь. Я оглядываюсь через плечо и вижу ее и охотников, стоящих позади Кольта и Грейсона.
Моя первая реакция — наорать на нее и сказать, куда она может засунуть свои привилегии. Моя вторая реакция — навсегда убить Маттео. Этому импульсу трудно сопротивляться, учитывая тот факт, что он убил меня. Рациональная часть моего мозга восстает при мысли о том, что я действительно могу его убить.