Во власти Скорпиона. Начало (СИ)

— Да!
— И не вздумай даже думать, чтобы отомстить, — наклоняюсь и хватаю его за жилетку. — И передай своему хозяину — если что, я не против встретиться. Пусть заходит на огонёк. А тебя, если ещё раз увижу — в бочку посажу и в море выброшу. Как в сказке.
— Понял, — поднимая ладони, блеет Стёпа.
В комнату врывается Олег с винтовкой наперевес. Смотрит на меня, на ростовщика, и в его густой бороде появляется улыбка.
  
— Вижу, сами справились, ваше сиятельство.
— Ага. У вас там как, нормально всё? — вроде капитан цел.
— Конечно. Скрутили этих гавриков. Лежат, асфальт целуют.
— Вот и славно. Посторожите их, я скоро.
— Есть, — Олег разворачивается и выходит.
В голове вдруг звучит голос Севы: «Контрибуцию возьми».
«Контри что?» — брови подлетают.
Это ещё что за зверь и с чем его едят?
«Трофеи! — громко поясняет Сева. — Он напал на дворянина и может быть за это казнён. Пусть платит, если не хочет на виселицу».
— На виселицу хочешь? — спрашиваю я у Степана.
— Нет, — мотает головой тот.
— Тогда сам понимаешь, мне нужна эта… контра. Бабки гони, короче.
Хлюпнув носом, Степан достаёт из кармана ключ и указывает на сейф в углу. Подхожу к нему, открываю. Внутри куча всего интересного, но я забираю только деньги и пару побрякушек. Золотые часы, несколько колец и брошек, а ещё красивое жемчужное колье.
— Это чьё? — тычу колье в нос Финансисту.
— В-вдовы… — мямлит он. — Баронессы Спинороговой. Она должна нам, колье взяли в залог. Расписка на нижней полке.
Нахожу расписку и заворачиваю в неё колье. Как интересно, вдова. Надо будет познакомиться. Она наверняка благодарна будет, а связи в этом мире надо заводить.
— Счастливо оставаться, — бросаю я и выхожу.
А мне нравится эта конти, кантри, как её — контрибуция! Полезная штука. Надо бы изучить, что ещё мне, как дворянину, полагается лишь из-за положения моего рода. Надо пользоваться привилегиями, раз уж я переродился с этими плюшками.
Глупо было бы отказываться.
На улице быки Финансиста лежат аккуратной кучкой, под присмотром моих пацанов.
— Молодцы, — киваю я. — Заберите оружие и поехали домой. Здесь мы закончили…
* * *
Поместье Фёдора Свиридова
Фёдор Свиридов сидит в своей подвальной мастерской, заваленной грудами металлолома, сломанными артефактами и магическими приборами, издающими тихое гудение.
Здесь душно, в спёртом воздухе смешались десятки неприятных ароматов, но это не мешает ему с упоением работать. Вот она — цель всей его никчёмной жизни, которую он вынужден влачить из-за Скорпионовых.
На чистом участке верстака перед Фёдором лежит Паяльное Жало. Непримечательный с виду предмет, но с огромной скрытой мощью. Его так давно никто не применял, что никто толком и не знает, как с ним работать.
Но Свиридова эти трудности ни капли не пугают.
Наконец-то получилось завладеть им. Но просто обладать им мало. Его нужно пробудить, а это не так-то просто, учитывая полное отсутствие каких-либо инструкций.
— Ну же, — шепчет Свиридов, проводя пальцем по холодному металлу. — Проснись. Я ведь свой.
Фёдор раздувает ноздри от злости, но заставляет себя успокоиться. Сейчас не время выказывать эмоции.
Он берёт с полки ритуальный кинжал с зазубренным лезвием. Без колебаний надрезает ладонь. Кровь, тёмная и густая, медленно выступает из пореза. Сжав кулак, Фёдор позволяет нескольким каплям упасть на рукоять артефакта.
Кровь растекается по позолоте, на мгновение задерживаясь в замысловатых узорах, а затем… ничего не происходит. Артефакт не подаёт никаких признаков жизни.
Он просто впитывает жидкость, как обычная тряпка, оставляя лишь тусклый бурый след на рукоятке. Артефакт явно с подвохом, но с каким?
Свиридов с раздражением швыряет кинжал в угол. Тот с обиженным звоном рикошетит от стены и замирает среди хлама.
— Чёрт! — выдыхает Фёдор, заматывая окровавленную руку, а потом вздыхает. — Хотя неудивительно.
Он с горькой усмешкой смотрит на свои покрытые мозолями руки. Руки простолюдина. Его семья, что некогда была боковой ветвью рода Скорпионовых, давно лишилась милости своего божества.
Род Свиридовых мельчал, беднел, выходцы сочетались браком с обычными людьми, безжалостно разбавляя драгоценную дворянскую кровь.
Кровь Фёдора слишком слаба, чтобы пробудить древний артефакт.
— Нужна чистая кровь, — тихо проговаривает он.
Значит, нужно пустить кровушку юному Скорпионову. Не обязательно всю — хотя этот вариант Фёдор тоже с удовольствием воплотил бы в жизнь.
Но достаточно будет совсем немного. Несколько капель, хотя бы для эксперимента. Открытым остаётся вопрос — как добыть эти самые капли? Свиридов уверен, что так просто Скорпионов не поделится содержимым своих вен.
Надо придумать план, который не навлечёт на Фёдора гнев рода или божества, но позволит пробудить Жало. Это для него самое важное сейчас. От этого столько всего зависит…
Всеволод даже не подозревает, какое сокровище так легкомысленно продал. Не подозревает, что за этим артефактом стоит вековая вражда, кровная месть и могущество, которое может изменить мир.
Надо лишь пробудить его.
— Скоро, щенок, — шипит Свиридов, стискивая порезанную ладонь в кулак. — Скоро мы с тобой встретимся снова. И тогда твой род станет моим!
* * *
Когда подъезжаем к усадьбе, меня начинает потряхивать. И дело не в том, что дорога плохая. Чуйка сработала.
Приближаемся, и вижу, у ворот копошатся синие мундиры. Ха-ха, ну понятно. На легавых у меня нюх отточен. И, похоже, это никак не связано ни с миром, ни с телом.
Олег хмуро цокает языком:
— Полиция, ваше сиятельство.
— Вижу, — усмехаюсь, выходя из машины.
Полицейский с пухлыми щёчками, похожий на большого младенца, вышагивает ко мне, поблёскивая жетоном:
— Граф Скорпионов? У нас есть информация о том, что вы владеете крадеными драгоценностями.
— Ой, какие вы серьёзные! — усмехаюсь. — Откуда такая информация?
— Поступило донесение, — хмурится легавый. — Мы должны провести обыск.
— Ага, щас. С чего вы взяли, что я вам позволю?
Менты теряются. Думали, смогут легко развести мальчишку? Размечтались.
Смеюсь про себя: ай да, Финансист! Тоже мне, преступник. Как только хвост прижали, сразу ментам настучал. У нас его за это свои же и разорвали бы.
Ничего, я с этим разберусь, а Стёпе обязательно припомню…
Он ответит мне за то, что по его инициативе в мой дом опять пришли чужаки.
— Ну и чего встали-то? — развожу руками. — Все-го хо-ро-ше-го!
— Вы не понимаете, граф, — пухлощёкий делает шаг вперёд, и я слышу, как Олег щёлкает предохранителем карабина. — Мы можем арестовать вас за препятствование…
— Не можете, — перебиваю я.
Менты переглядываются. Младший из них нервно облизывает губы, рука дрожит на кобуре. У-у, ещё и школоло притащились. Они что тут все думают, раз граф Скорпионов ещё молод, то с ним можно как с ребёнком?
— Слышь, — говорю ему. — Убрал бы ты руки от ствола подальше. А то я тоже нервничаю.
В голове стонет Сева: «Не нагнетай, пожалуйста. Это же полиция, с ними так нельзя!»
— Не лезь, — бормочу я. — Сам разберусь.
— Вы что-то сказали? — переспрашивает пухлый.
— Говорю, идите на хрен отсюда, — улыбаюсь во весь рот. — Или вам письменно оформить?
Легавый краснеет, ещё сильнее раздувает свои щёки и вопит:
— Что вы себе позволяете⁈
— А вы что себе позволяете? — не дрогнув и мускулом на лице, спрашиваю я. — Припёрлись и обвиняете дворянина в преступлении! Совсем крыша поехала?
  
— Нам донесли…
— И вы поверили? Мало ли кто, что донёс. Ладно, если сами не понимаете, ща я вам всё раскидаю… Вы в курсе, — с нажимом говорю я, шагая к пухлощёкому, — что обыск дворянского имения требует личного указа императора? Или вы, мать вашу, революционеры?