Бывшие. Ты мой папа? (СИ)

- Может, тогда не надо? - хитренько хихикает Леон на том конце провода.
Вздыхаю, и в груди странное чувство ворочается.
Я понимаю все намеки и абсолютно прозрачные намеки сына. Мы с Нинель неоднократно разговаривали с Леоном на тему, что нам никогда не стать одной семьей. Сын вроде и понял, но все равно нет-нет, а поднимает этот вопрос. Как бы невзначай, мимоходом. Не оставляет попыток свести нас с бывшей.
  
- А как же приставка? Я уже и пиццы заказал…
- Ну, ладно. Сейчас будем.
Я не сразу обращаю внимания на это его «будем» во множественном числе, и лишь, когда пацан появляется из-за угла с матерью, понимаю, что он имел в виду.
Леон с гордостью вышагивает рядом с Нинель. Словно она - королева. Хотя так и есть.
Мы не виделись с ней почти месяц, и я теряю контроль над собой и с жадностью разглядываю бывшую.
Она красивая. Очень. Раскрылась с годами, стала более привлекательной, женственной. Яркие глаза, сочные губы и королевский взгляд. Волосы струятся мягкими волнами, скрываясь под шубой. Сапоги на шпильках чуть выше колена визуально удлиняют ноги, а бордовая юбка подчеркивает все округлости.
Я не дурак, и понимаю, что этот наряд для мужчины. Вряд ли моя бывшая стала бы так заморачиваться для предновогодней встречи с подружками.
Эта внезапная мысль подбрасывает угля в давно потушенный и затоптанный костер, и он, к моему огромному удивлению, разгорается.
- Привет, - бросает Нинель, пряча нос в воротнике шубы и стягивая ее края.
- Привет. Шикарно выглядишь.
- Спасибо, - коротко улыбается, но настороженность и напряжение с ее глаз никуда не исчезают.
- Ну, что, Леон, поехали? - открываю пассажирскую дверь.
Сын кивает, но не спешит садиться.
- Мам, может, не пойдешь на это свидание? - выплевывает последнее слово, вкладывая в него все свое отношение, и корчит рожу. - Поехали с нами! Будет весело! В приставку все вместе поиграем, пиццу покушаем…
Свидание.…
Черт.
Это просто слово проезжается по моим внутренностям как гвоздь по стеклу. Больно и неприятно до оскомины.
Как-то паршиво осознавать, что вся эта красота для какого-то левого мужика.
Нинель мягко улыбается сыну улыбкой, которую я не видел одиннадцать лет.
Как она улыбалась только мне когда-то.…
- Будет лучше, если вы с папой проведете эти выходные вдвоем, - поправляет ему шапку. - Не скучай. Созвонимся перед сном.
- Пока, - расстроенно бормочет Леон, коротко обнимает мать и запрыгивает наконец в салон.
- Тебя подвезти?
- Нет, спасибо. За мной уже приехали.
Мою машину ловко объезжает высокий внедорожник, тормозит, и оттуда выскакивает какой-то мужик. Высокий, подтянутый. С цветами. Бормочет извинения, целует ее в щеку и помогает Нинель сесть.
Ревность закипает в крови мгновенно, как по щелчку. На долю секунды меня пронзает желание подскочить и забрать свою женщину.
Но только на долю секунды.
Я вовремя вспоминаю, что мы чужие люди вот уже целых одиннадцать лет, и у каждого из нас давно своя жизнь.
И что я женатый человек.
Почему-то об этом я тоже забыл.
  
Глава 38
 
Ян
Стиснув зубы, падаю на водительское кресло, переключаю передачу и трогаюсь с места с пробуксовкой.
- Ого, как в гонках, - бормочет восторженно Леон, бросая в мою сторону горящий взгляд.
- По-другому не выехали бы, - вру, не глядя на ребёнка. - Гололед и каша на дорогах.
- Все равно круто!
- Так, значит, у мамы свидание? - интересуюсь, останавливаясь на светофоре. Изо всех сил стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно равнодушнее и не выдавал того хаоса, что творится внутри.
- Угу, - невесело отвечает сын и прижимается лбом к стеклу, наблюдая за снегопадом.
Удивленный его тоном, искоса поглядываю на ребёнка.
- Он тебе не нравится? Чем-то обидел?
- Нет, я его ни разу не видел. Но он мне не нравится!
- Тогда почему?
- Просто так! - бубнит и окончательно отворачивается.
Усмехаюсь, сильнее вцепляясь в руль. Как ни странно, но сегодня я разделяю твои чувства сын…
Заезжаю на подземную парковку, ставлю машину на место, мы с Леоном идем к лифту. Раздается сигнал телефона в кармане. Судя по стандартному рингтону, это рабочий.
- Слушаю.
- Ян Романович, а вы сегодня будете? - в трубке раздается осторожный голос моей помощницы.
- Нет. Что случилось?
- Вы забыли документы по объекту подписать….
Черт! Зажимаю пальцами переносицу.
- Положи мне на стол, я завтра с утра подпишу.
- Но…, - в ее голосе столько сожаления, что я понимаю, что мне не соскочить. - Они нужны завтра Пал Петровичу. Он же на объект в область уезжает в шесть тридцать…А без вашей подписи ему та сторона ничего не подпишет…
Вашу ж налево!
Бросаю быстрый взгляд на сына. Он тяжело вздыхает и ковыряет носком зимнего ботинка какую-то ямку возле лифта.
- Хорошо. Скоро буду.
Прячу телефон обратно и наталкиваюсь на грустный взгляд Леона.
- У тебя дела, и ты отвезешь меня домой…, - разворачивается и двигается в сторону машины.
- Стоять, - Леон смешно замирает с вытянутой вперед ногой. Как оловянный солдатик. - Далеко собрался?
- Ты не повезешь меня домой?
- С чего вдруг? - удивленно вскидываю брови. - У меня дел на тридцать минут. Максимум на сорок. Ты побудешь один, не испугаешься? Я включу тебе приставку, потренируешься пока.
- А твоя жена?
Несмотря на «первый блин комом» в их знакомстве с Эльзой, этой парочке удалось установить вполне себе дружеские отношения.
Жена, на удивление, первая пошла на сближение. Расспросила Леона о предпочтениях в еде, приготовила его любимое блюдо и даже купила симпатичную кружку, чтобы у него в нашем доме была своя личная. Сын же, в свою очередь, извинился и вполне дружелюбно общается с мачехой.
- Она уехала по делам, думаю, будет нескоро.
- Хорошо, договорились!
Завожу Леона в квартиру, настраиваю ему приставку и еду в офис. Не раздеваясь, подписываю документы, все перепроверяю ещё раз и набираю сына. Он отвечает почти сразу.
- Алло, да, пап! - на заднем фоне слышны звуки гонок. И чувствуется, что я отрываю сына от чего-то важного.
- Доставка приехала?
- Да.
- Отлично. Что-то ещё купить по пути?
- Можно колу? Чуть-чуть, ну, пожалуйста! А маме мы ничего не скажем.
Усмехаюсь. А вот и первые мужские секретики подъехали.
- Может, лучше яблочный сок? - не оставляю попыток быть правильным отцом.
- Ну, пап! Какой сок с пиццей?! - канючит сын.
- Хорошо, - сдаюсь, закрывая кабинет на ключ. - Но только маленькую баночку!
- И ещё…О, здрасти, тетя Эльза! - отвлекаясь, выкрикивает в сторону.
Странно, она сегодня рано…
- Привет, Леон. Познакомься, это…
На заднем фоне раздается голос, заставляющий меня вскочить на ноги.
Мама!
- А ты кто? И что тут делаешь?!
- Я - Леон. И я папу жду.
  
Глава 39
 
Ян
Квартира встречает меня могильной тишиной и острым едким запахом валерьянки. Кидаюсь вперед и прямо в обуви залетаю в гостиную.
Напряжение этой комнаты сваливается на меня каменной плитой и придавливает к полу. Я ощущаю это давление буквально физически.
Едва я появляюсь на пороге, в меня впиваются три пары глаз. Слава Богу, в глазах сына только радость и любопытство, разбавленные легкими нотками беспокойства.
- Папа! - Леон откладывает в сторону пульт от приставки и кидается ко мне. - Ты вернулся!
- Конечно, я вернулся, сынок, - коротко улыбаюсь, ища на его лице признаки того, что мальчишка обижен или испуган. Я очень хорошо знаю, на что способна моя мать. - Я же обещал. Леон, ты уже успел познакомиться со своей бабушкой?
  
- Ба-буш-кой? - тянет по слогам, медленно разворачиваясь и во все глаза рассматривая мою мать. - Настоящей?
Мама сидит в кресле в углу гостиной. Ее спина неестественно выпрямлена, губы поджаты. А глаза цепляются в меня, как хищник в горло своей жертве. Пальцами одной руки она стискивает подлокотник, как будто именно он помогает сохранить ей равновесие, пальцами второй сжимает стакан с валерьянкой.