Сказка о том, как Герда бежит за Каем (СИ)

— Мы все в ожидании каких-то действий, так что, знаете, мистер Малфой, было бы неплохо… — весело комментировал Бэгмен, видимо, решив, что участника нужно подбодрить, но вдруг из-за довольно большого камня начало показываться нечто.
Грейнджер присмотрелась, пытаясь понять, что могло быть таких размеров, да ещё будто постоянно росло.
— Так, погодите минутку… что же… ага! Превосходно! — взорвался комментатор, и все оцепенели от увиденного.
— Какого чёрта? — Рон поднялся со своего места, чтобы рассмотреть поближе, и Гермиона не могла его винить.
Драко использовал Драконифорс. Маленькая фигурка, которую она видела у Крама — точная копия дракона, которому чемпион должен противостоять, — сейчас превращалась в реальное чудовище. Малфой трансфигурировал свою в настоящее существо, и теперь оно, по велению палочки слизеринца, увеличивалось в размерах, и в конкретный момент уступало драконихе, что оберегала свои яйца, всего на полголовы. Это было… ну, вау.
— Просто потрясающе, кажется, в Хогвартсе преподают недурный курс Трансфигурации! Минерва! — гриффиндорка перевела взгляд на своего декана, видя, как она смущённо махнула в сторону Бэгмена, улыбаясь, и девушка тут же вернула внимание слизеринскому участнику.
Она читала об этом заклинании. Малфой теперь мог управлять созданным им драконом, как марионеткой, но это требовало усилий. Настоящая дракониха тут же переключилась на подделку. Еще бы: огромный ящер явно был гораздо большей опасностью, чем какой-то там человек. Заставив свою марионетку открыть пасть и пойти назад, чтобы выманить самку, Драко спрыгнул вниз, медленно приближаясь к гнезду.
Животные пытались достать друг друга, когда дракониха, наконец, сдвинулась с места. Гермиона ухватилась за поручень в попытке унять дрожь. Это было опасно, потому что Малфой находился возле неё слишком близко, буквально в шаге. Человеческом шаге!
— Говнюк знал! — возмущался Рон. — Он не мог просто так это заклинание…
— Та-ак, нужно быть немного быстрее!.. И… Да! — стадион зашёлся аплодисментами, и Гермиона отняла руку от щеки, в которой уже точно виднелись полумесяцы от её ногтей, когда увидела, что Малфой заполучил золотое яйцо. — О, нет! — крикнул Бэгмен, и все опять затаили дыхание, потому что, пытаясь сократить дорогу к безопасному месту, Драко двигался слишком неосторожно и в последний момент задел хвост драконихи. Она повернулась, выпустив пламя.
— Нет! — девушка крикнула, увидев, как форма на слизеринце вспыхнула, но её голос утонул во всеобщих воплях.
— Боже, Гермиона! — Рон едва успел ухватить девушку за куртку, чтобы она не упала. — Ты чего? Это же Малфой!
— Он человек, Рональд! — оборвала его гриффиндорка и уже не слушала бормотания друга о том, что «змеёнышу не повредила бы пара травм».
— Нет-нет, кажется, мистер Малфой затушил себя, да, отлично, можем выдохнуть! — нервно засмеялся Бэгмен, и люди вздохнули с облегчением, потому что огонь был правда впечатляющим.
Гермионе хотелось убедиться в том, что с ним правда всё хорошо, но он скрылся в тенте слишком быстро, чтобы кто-то мог что-то оценить. К тому же, разъярённая дракониха обдала огнём и своего ненастоящего оппонента, который без влияния волшебника тут же замер статуей и рассыпался по арене горсткой пепла.
— Просто великолепно! — услышала Гермиона голос комментатора и взялась за виски от перенапряжения. — Кажется, у нас назревает действительно эффектное состязание! Мистер Малфой заполучил яйцо немного быстрее мистера Крама! В конце увидим оценки. А пока прошу приветствовать чемпиона из школы Шармбатон — Флёр Делакур!
Гермиона открыла глаза, всё ещё считая удары крови по ушам. Осталось только пережить выход Гарри. Господи, за что ей это все?
***
— Сейчас, сейчас, мистер Малфой, лягте сюда. Мне нужно осмотреть мистера Поттера, — суетилась мадам Помфри, указывая слизеринцу на кушетку.
Видимо, шрамоголовый тоже справился с заданием, не сумев обойтись без увечий. Помфри повела того в комнатку для осмотра. Предварительно женщина помогла Драко снять рубашку, попутно смачивая рану отваром, чтобы кожа не осталась на ткани. Хотя, судя по всему, толку от сохранения этой самой кожи было мало. Левая часть груди немного ниже плеча покрылась ожогами, которые болели так сильно, будто огонь не только не потух, но и нарастал. Блять.
  
Драко облокотился о спинку кровати, закрыв глаза. Помфри сказала, что специальная противоожоговая мазь готовится, и он молил Салазара, чтобы она сделалась как можно скорее. Услышав быстрые, явно женские, судя по каблукам, шаги и запыхавшееся дыхание, Драко нехотя открыл глаза, уставившись на ширму, из-за которой через секунду показалась Грейнджер. Она осматривала кровати, и вдруг её глаза расширились, наткнувшись на него.
Гриффиндорка была в расстёгнутой куртке и уже без шапки, а на красных щеках виднелись еле заметные царапины. Видно, чуть сознание не потеряла от горя, когда Поттер исполнял задание.
— Ты… здесь, — произнесла Грейнджер, переводя дух.
Драко поднял брови, не представляя, что на это ответить, и вообще должен ли он что-то ей отвечать. С одной стороны, ему хотелось, чтобы она убралась нахер и не мозолила глаза своим присутствием, но с другой Грейнджер всегда могла его отвлечь. Вызвать эмоции. Пусть даже и отрицательные, но это всё же лучше, чем лежать и думать о том, что твой бок плавится, как пластмасса в камине.
— О Боже, у тебя… — девушка сделала несколько шагов вперёд и неосознанно подняла руку так, будто хотела дотронуться, но спустя миг поняла, что сделала, и одёрнула кисть. Драко понял, что Грейнджер покраснела, но этого не было заметно из-за мороза. Её бегающие глаза всегда сопровождались смущением, он запомнил. — Это… сильно болит?
Малфой понятия не имел, ей реально интересно или же она пытается заполнить тишину обычными вежливыми, никому не нужными фразами. Для воспитания Грейнджер стоять здесь и молчать в ожидании, пока выведут её драгоценного Поттера, — слишком?
— Какое тебе дело? — фраза не должна звучать так, но голос Драко заведомо холодел при виде этой девочки. Сейчас Грейнджер с такими щеками и обветренными губами была похожа именно на девочку.
Гермиона будто не услышала, потому что опустила взгляд и прошлась глазами по его трицепсу, опоясывая рану, и спустилась ниже к косым мышцам. Помфри заставила Драко приспустить штаны, чтобы не измазать одежду в лекарствах, так что гриффиндорка видела достаточно. Захлопнув рот, она сделала шаг назад, осознав, что пялилась. Самодовольная ухмылка тут же появилась на лице парня, давая понять, что он заметил.
— О, мистер Малфой, я не закрыла вас шторкой, простите, что-то мне совсем… — Помфри пришла с бочонком в руке.
— Не переживайте, этого вряд ли стоит стесняться, — хмыкнул он, указывая на свой торс и специально сверля Грейнджер взглядом, чтобы смутить ещё больше.
Часть его тела была покрыта сплошной раной, но всё остальное… гриффиндорке просто не могло не понравиться. Именно поэтому она начала теребить замок своей куртки, отводя глаза.
— Ну, поздравляю тебя, — произнесла девушка, пока Помфри за соседним столиком смазывала бинты, чтобы приложить к ожогам.
— Не нуждаюсь в твоих поздравлениях, грязнокровка, — выплюнул Драко, и выражение лица Грейнджер сменилось словно по щелчку.
— Хорошо, потому что Гарри справился в миллион раз лучше, — издевательская улыбка окрасила её лицо, показав маленькую ямочку справа. — Я же говорила, что на его фоне ты будешь выглядеть полным неудачником.
Гермиона заметила Поттера, который натягивал на себя одежду, избегая бинтов на плече, при этом парень спешил выйти из комнаты.
— Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Грейнджер за ширмой, когда она подбежала к другу. Послышался сдавленный мужской выдох — гриффиндорка опять его обняла. — Потрясающе, Гарри! Вот честное слово!
— Спасибо, Гермиона, — засмеялся он, и Драко захотелось срочно иметь рядом с собой острый нож, чтобы бросить тому в горло и больше никогда не слышать этих мерзких звуков. — А где?.. А, вон!