Сказка о том, как Герда бежит за Каем (СИ)

— К тому же, это ненадолго. Небольшое приветствие… открой рот, — Джинни присела, накладывая Гермионе на губы прозрачный блеск. — Да, небольшое приветствие для гостей. Ничего особенного.
— Кто его устраивает? — спросила Грейнджер, складывая губы вместе.
— Вроде как когтевранцы, — пожала плечами Джинни. — Там будут только старшеклассники. К тому же, вечеринка — отличный повод надеть что-то не из формы. Прошёл всего месяц, а меня уже тошнит от этого однообразия.
— Я думаю, что это отличный повод насыпать соль на рану Дина, — прищурилась Гермиона, вставая.
Уизли резко повернулась к ней, оборонительно сводя брови.
— К чёрту Дина, — пренебрежительно бросила она. Грейнджер скептически фыркнула. — Ладно, даже если он там будет, пусть видит. Потому что он должен знать, что я не буду сидеть и лить по нему слёзы.
— Вы выясняете отношения каждую неделю, Джин, — Гермиона покачала головой.
— Плевать, больше нет. Мы расстались, — она откинула рыжие волосы, вновь смотря на своё отражение, — поэтому давай повеселимся!
Гермиона опустила глаза, оценив наряд подруги.
— Подожди, мы покупали эту блузку вместе, и там точно не было такого выреза.
— Ага, мама научила меня нескольким заклинаниям для портных, — подмигнула Джинни.
— Слава Мерлину, твоя мама не знает, в каких целях они теперь используются.
Если бы ткань в районе груди Уизли опустилась хоть на сантиметр ниже — это была бы катастрофа.
— Согласна, — засмеялась Джинни и, подхватив Гермиону под руку, поторопилась выйти из портрета, будто опасаясь, что лучшая ученица школы сейчас сбежит обратно.
На часах было без пяти одиннадцать вечера, так что в замке стояла сонная тишина. Создавалось впечатление, что Филч отсчитывает секунды в своей комнатке, когда сможет, наконец, пойти на поиски разгуливающих по коридорам учеников. Старый фетишист.
— Надеюсь, мы не наткнёмся на старост, — прошептала Гермиона.
Ей было не впервой нарушать правила, вылезая из гостиной после отбоя, но обычно она успокаивала себя тем, что это для дела. Ради чего-то важного, а не ради какой-то странной вечеринки, что закатили старшекурсники и на которую Гермионе даже не хотелось идти.
— Шутишь? — хмыкнула Джинни, отвечая ей тем же полушёпотом. — Старосты там будут в первую очередь.
Они подошли к известной стене в глубине коридора, который был вообще не освещён.
— Парни сказали, что нужно трижды подумать «безумные развлечения», — пробормотала рыжая скорее для себя, отпуская руку подруги и закрывая глаза, несколько раз проходя мимо стены.
«Пароль» показался Гермионе странным, и ей было вообще невдомёк, как это можно провернуть. На какой-то миг она решила, что Джинни надули, но через секунду напротив них показалась большая кованая дверь в металлических завитках.
— Ура! — воскликнула Уизли, явно забыв о мерах предосторожности, и потянула на себя витиеватую ручку. — О, вау…
И здесь Гермиона была полностью согласна с Джин. Это правда вау. До сих пор она не думала, что волшебные стены обладают такой звукоизоляцией, потому что музыка была довольно громкой, а плохо освещённый коридор, оказавшийся позади, оставался мертвенно-тихим. Гермиона слышала раньше о выручай-комнате, даже читала где-то, но никогда не видела. Комната была… что ж, она была огромной. Помещение походило на лофт-студию — абсолютно открытое пространство. Кто-то чертовски хорошо постарался, потому что оформление вмещало в себя все цвета хогвартских факультетов. Диваны были разбросаны по периметру комнаты: некоторые стояли вокруг столов, некоторые возле бара, за которым переговаривались ученики.
Здесь был бар. Ладно.
Пара бильярдных столов и даже небольшая площадь для танцев, на которой уже сходили с ума несколько девчонок. Гермиона не ошиблась, если бы предположила, что до этого они провели немалое время возле противоположной секции, где какой-то пуффендуец тряс шейкером. Она увидела толпу слизеринцев, которые развалились на стёганых диванах, но гриффиндорке тут же стало легче, потому что Джинни была права: здесь присутствовали старшекурсники абсолютно всех факультетов. Гермиону сразу заинтересовало, насколько может увеличиваться помещение. Конечно, комната принимала форму вопрошающего, но, согласно законам магии, любое помещение имеет меры того…
  
— Вы пришли! Я думал, передумали, — парень с чёрными кудрявыми волосами подскочил к девушкам, тут же приобнимая Джинни, и Грейнджер узнала в нём Джимми Пикса. — Привет, Гермиона! — махнул он ей, приветливо улыбаясь.
Тугой комок в желудке Грейнджер немного ослабел. Здесь было… не так уж и плохо.
— Немного задержались, — отмахнулась Уизли, сканируя глазами лофт, и Гермиона могла поклясться, что та искала чёрную макушку Дина Томаса. — О, Боже! Здесь куча шармбатонок и дурмстранговцев! Даже Крам!
Её глаза засветились желанием мести, а Гермионе захотелось стукнуть подругу, потому что это никогда не заканчивается ничем хорошим.
Они прошли вглубь, становясь возле девушки, которая одна из немногих пришла в школьной форме.
— Почему здесь так мало гриффиндорцев? — спросила Гермиона, осматривая помещение.
— Потому что здесь куча слизеринцев. Они-то ни за что не пропустили бы вечеринку, — пояснила Амалия, смотря на группку, которая смеялась громче всех в помещении.
— Но мы не позволим змеёнышам испортить нам веселье, верно? — подмигнула Джинни, перегибаясь через барную стойку. — Эй, парень, налей нам сок или содовую, ладно? У меня завтра контрольная по Зельям: хотя бы одна капля алкоголя, и мой мозг не выдержит этого насилия.
Русый парнишка понятливо хохотнул, кивая. Кажется, Уизли-младшая чувствовала себя здесь как рыба в воде. И атмосфера располагала к этому. Люди веселились, пусть сбиваясь в стайки, свои компании, но было явно заметно, что это не одно из тех мероприятий, куда учеников заставляли идти, чтобы они ровно держали спину и хлопали в Большом зале в нужных местах.
— Я подожду наши напитки, — Джинни указала за свою спину, и Гермиона кивнула, отходя в сторону и присоединяясь к Лаванде и Парвати, которые стояли у одного из диванов, хихикая.
— Слушай, это так странно, разве Джинни пришла не с Дином? — спросила Браун, делая глоток из непрозрачного стакана, так что было сложно понять, что в нём. Однокурсница безуспешно пыталась скрыть в глазах жажду очередной сплетни.
— Я не слежу за Дином Томасом, Лаванда, — ответила Гермиона.
— Да не то чтобы… — деланно безразлично пожала плечами она, сиюсекундно обмениваясь взглядами с подругой. — Просто… они разве не расстались?
— Почему бы тебе не спросить у Джинни? — подняла бровь Грейнджер, пытаясь усмирить подступающую злость. В последнее время её эмоции стали совершенно неуправляемыми.
Это же Парвати и Лаванда — глупенькие сплетницы, но, в общем-то, добрые и безобидные. Выдохни, Гермиона. Последние дни хождения по лезвию ножа между двумя лучшими друзьями сделали её нервной и дёрганой, потому что мысли о том, как их помирить, не покидали ясную голову девушки ни на секунду. Нужно отвлечься. За этим её приволокла сюда подруга, и была права.
Присев на спинку дивана, Гермиона обратила внимание на всё ещё танцующих девушек и улыбнулась. С каждой минутой их движения становились более несуразными, но никому до этого не было дела. Небольшая группка когтевранцев спорили о чём-то, активно жестикулируя, отчего жидкость в их стаканах постоянно проливалась. Отведя взгляд ещё капельку левее, девушка заметила… самое странное зрелище, которое когда-либо видела в жизни. А она ведь была Гермионой Грейнджер, так что это что-то, да значило. Драко стоял у бильярдного стола, удерживая в руке кий и натирая его кончик чем-то зеленоватым. Он улыбался, поддакивая Нотту. Улыбающийся Малфой. Немыслимо.
В этот момент Гермиона поняла, насколько странным может быть то, что ты знаешь человека несколько лет, но вид чего-то такого простого полностью выбивает почву из-под твоих ног. То ли оттого, что Малфой в её представлении был соткан из тьмы и тщеславия, а такие люди не умеют улыбаться, то ли потому что все улыбки, которые она видела на этом лице ранее, были лишь оскалами или тенями насмешек от оскорблений других, а такие улыбки лишены чувств. Сейчас он улыбался искренне, качая головой и немного хмурясь, вымеряя удар. Игра явно была дружеской, потому что второй слизеринец не сильно вдавался в вычеты, кажется, они больше валяли дурака.