Сорви отбор дракону, или Случайная невеста (СИ)

И только Криста просто стояла с отвисшей челюстью и надкусанным пирожком в руке. Хоть что-то в этом мире не меняется. Криста - оплот стабильности в нашем безумном отборе.
– Делать мне нечего, её убивать, – буркнула я. – Меня сюда привели, а она выскочила из двери, завизжала, словно призрак своей совести увидела, и хлопнулась в обморок.
– Серенили, – Летти укоризненно посмотрела на подругу детства. – Нужно лекаря позвать.
  
– Ой, да ладно! – та закатила глаза и, порывшись в сумочке, висящей на запястье, что-то достала оттуда и сунула под нос госпоже Ферен. – Вряд ли она захочет прослыть больной, это же так неприлично для женщины.
Приличнейшая из всех женщин судорожно дёрнулась, открыла глаза и громко чихнула.
– Вы в порядке, госпожа? – участливо спросила Летти, помогая ей сесть.
– Я… я… – пробормотала госпожа Ферен, поднеся руку ко лбу, и вдруг увидела меня. Траектория движения руки мигом изменилась, и дрожащий палец уткнулся в меня.
– Ты! – гневно взвизгнула она. – Ты целовалась!.. целовалась…
Три пары глаз расширились в изумлении и предвкушении. У Кристы из разинутого от избытка чувств рта выпал недожёванный кусочек пирожка.
Я с интересом ждала продолжения. Неужели она скажет «со мной»? Ну, тогда её точно примут за ненормальную. Видимо, госпожа Ферен это тоже быстро поняла и быстренько исправилась:
– С кем ты тут обнималась?
Так обнималась или целовалась? Это преступления разного уровня. Зато с каким интересом смотрят соседки. Сами как-будто целибат блюдут. Ах да, блюдут же. Тут же собрание девственниц, нас ведь на входе проверяли. Можно, если что, всех в жертву приносить. Каким богам там нужны юные девственницы? Подходи да разбирай! По девственнице каждому!
Я сделала большие и честные глаза:
– Я? Обнималась? Да Великие Боги с вами, госпожа! С кем тут можно обниматься? Меня помощник лекаря до коридора довёл, сказал, что некогда ему, и ушёл. Я пошла было, и тут смотрю: статуя стоит. Я, грешным делом, подумала, что может ещё кого заколдовали… Иначе почему статуя посередине коридора? Ну и решила посмотреть… А она пошатнулась, и чуть на меня не упала… А тут вы… Извините, пожалуйста!
Четыре пары глаз (на сей раз, включая и пару, принадлежащую госпоже Ферен) уставились на статую за моей спиной. Я предусмотрительно отошла в сторону, чтобы не мешать любованию искусством.
– Что, правда, заколдованная? – вытянула шею Серенили. – По мне статуя, как статуя.
Я тоже повернулась, чтобы оценить вид. У девы, заламывающей руки было такое выражение лица, словно она вот-вот скончается от приступа аппендицита. Но, в общем и целом, впечатление она производила благоприятное. Хорошо, конечно, что в этом мире статуи делают цветные и приближённые к оригиналу (наверное). Если бы тут стояла какая-нибудь Венера Милосская, моя байка бы точно не прокатила. Себя, любимую, с мраморной безрукой бабой не спутаешь. А тут вполне себе можно списать на неожиданность. Неожиданность и игры подсознания. Мало ли какие у госпожи Ферен желания по отношению ко мне. Может, испугается собственных, как она считает, фантазий, и перестанет вообще ко мне подходить? Будет придираться к той же Кристе. А чего она ест санкционную продукцию всякую? Разве благородным принцевым невестам можно уминать пирожки как не в себя?
– Понятно, – буркнула госпожа Ферен, поднимаясь с пола с помощью Летти. – Узнаю, кто тут шутит такие шутки, выгоню с отбора без разговоров!
Она повернулась и обвела нас леденящим взглядом, словно подозревая в этих непотребных делишках.
Я попробовала сдвинуть статую. Мда… Ну, может, на вид это было похоже на человека, но на ощупь и вес – камень камнем. Может, мы все вчетвером и смогли бы перетащить эту умирающую деву… но зачем? Мускулы поупражнять? Невольно прониклась уважением к Валли: одним движением такую дуру переставить!
– Поздравляю с выздоровлением, – сухо сообщила мне госпожа Ферен, – Надеюсь, впредь вы все будете осмотрительнее. Чуть позже вам пришлют уведомление о расписании на завтра.
И она, отряхнув платье и гордо вздёрнув подбородок, величаво удалилась по коридору.
Не знаю, о чём думали девушки, но я продолжала переваривать мысль, что, оказывается, я могу видеть личины в зеркале. И почему у нас ни в лавочке, ни в лаборатории нет ни одного зеркала?! У нас, конечно, не ателье мод, а, скорее, аптека… Но с зеркалами я бы сразу неладное заподозрила! Вот вернусь, всё ими увешаю! Полезная штука же: и человека под личиной разглядеть, и с медузой сразиться, и носик припудрить. Дура была, что без зеркал жила.
– Ну, ты как, Эри? – участливо спросила Летти, прерывая мои размышления. – Нам сказали, что на тебя напали и ранили! Кто это был?
– Да какая разница, – пожала плечами Серенили и ушла в комнату. – Жива-здорова, с отбора не вылетела, – напоследок бросила она. – А жаль.
Криста наконец закрыла рот и, судорожно сглотнув, закашлялась и тоже убежала в комнату. Ну да, во рту, наверняка, пересохло. Всухомятку-то есть да с открытым ртом столько стоять!
  
Глава 50. Кто хочет замуж за принца?
 
По плану я собиралась вернуться в комнату и сидеть там тихо, как мышка. Не высовываться, в общем. У меня такое ощущение, что я уже навысовывалась на год вперед. На десять лет вперед! Сначала после беседы со мной какой-то похотливый сурок начинает краснеть, бледнеть и заикаться (а я не сомневаюсь, что после беседы с Валли он проделывал именно это), потом я вообще пропадаю, а когда появляюсь, то в страстных объятиях госпожи Ферен. Нет, последнего, к счастью, никто кроме самой госпожи Ферен не видел, но тем не менее! У меня стойкое ощущение, что моя репутация на этом отборе вот-вот полетит в тартарары. А мне ведь ещё замуж за принца выходить.
– Нам надо устроить девичник! – с уверенностью и энергией, которой хватило бы, чтобы обратить в прах пару-тройку городов, сказала Летти, едва лишь мы все оказались в комнате. – Последние дни были ужасно выматывающими, мы просто обязаны хорошенько отдохнуть.
– Хель уже наотдыхалась, – язвительно бросила Серенили. – И где она теперь? Нет, я не против, если вы все куда-нибудь исчезнете, мне только в радость. В конце концов, я стану женой принца, а вы просто путаетесь под ногами, – высокомерная блондинка разглядывала собственный маникюр с таким видом, словно никаких проблем в жизни у нее не было и она твёрдо уверена в благосклонности принца. Я бы ей что-нибудь сказала, но лучше промолчу. Пусть будет сюрприз.
– Серенили, можешь отложить свою речь на другое время. И для других людей. Мы и так уже все знаем о твоих амбициях, – отмахнулась Летти. – Так, Серенили, Криста, вы сдвигаете наши кровати, а мы с Эри идем на кухню за провизией. Давайте, девочки, топ-топ. Мы заслужили выходной, давайте же повеселимся. А если будете хорошо себя вести, я вам включу последнюю раукиру Кастреля Торна.
– О-о-о, Кастрель Торн, – проворковала Серенили. – А вы знаете, что он ухаживал за мной несколько лет назад? Был готов жениться, но я…
Оставшуюся часть этой поистине увлекательной истории я не услышала: увлекаемая Летти, чья цепкая ручка обхватила мое запястье, я выскользнула за дверь, которая тут же захлопнулась.
– Слышать больше не могу, – фыркнула Летти. – Ах, за мной ухаживал Торн, ох, меня обхаживал барон. Завтра она скажет, что сам Великий Прадракон прилетал к ней под окна и униженно молил выйти за него замуж. Если за ней кто и ухаживал, то только потому что её прабабка прославилась как изобретательница мощнейшего приворотного зелья.
  
Не сдержавшись, я расхохоталась, представив эту картину: томно вздыхающая Серенили стоит на балконе, а под ним толпа ее ухажеров, все стоят, одурманенные, а в глазах у них сердечки. Летти звонко захихикала, вторя мне. Так мы и стояли в коридоре, чуть ли не покатываясь со смеху и позоря своих благородных (в случае Летти) и вполне обычных (моих) предков.
Но кроме шуток, у них тут что, все занимаются массовым производством приворотных зелий? И нормально никто не женится? Ну, наверное, в каждом мире свои нюансы. У нас женятся по залёту, тут по привороту… Результат, похоже, один. И он не впечатляет.