Изида. Повелительница

Дева словно магнит притягивала взгляды всех – от персонала до гостей, случайно оказавшихся в холле. В лифте Гедеон подумал: «А ведь её чары ещё даже не проснулись, так, развлекаются в полудрёме». В зазеркалье лифта их взгляды встретились. Метрдотель услышал странный разговор, эх, прислушаться бы, но понять, кто перед ним, простому смертному было невозможно, тем более предотвратить цепь событий.
  
– Видишь соблазны. Но тебя это не пугает, скорее, нравится?
– Да, Повелительница.
– Перестань.
– Хорошо, Биче, – улыбнулся спутник красавицы.
Наверху оказалась обширная терраса, столики из стекла, прозрачный барьер, такая же крыша. Фиолетовая подсветка в стекле делала интерьер мистическим. Накрыт был только один столик. Перед ним напольная ваза с огромным букетом белых роз. Гедеон обернулся – стена, скрывавшая лифт и персонал, была из зеркального стекла. В ней отражался окрестный пейзаж. Что-то встревожило колдуна между створками двери. Что-то из возможного в будущем, но тревога растаяла под влиянием обаяния Биче. На приготовленном столике две свечи в прозрачных чехлах от ветра. Только ветра не было! Южная ночь для двоих от богини.
– Меню? – спросила Беатриче.
– Богиня всё определила. Просто наслаждайтесь!
Гости удивлённо посмотрели на встретившего их господина.
– Её невозможно назвать по иному, как и вас, – он покосился на Беатриче, – немного вина. Леди, попробуйте и оцените.
Биче сделала глоток.
– Оставляем.
Они сидели в этой сказке на вершине отеля над южным городом на границе моря с землёй и разговаривали.
– Я снова поражён, милое великолепие, – вздохнул Гедеон.
– Что же тебя смущает? – Повелительница пороков смотрела на колдуна сквозь стекло бокала, – ты так вздыхаешь!
Гедеон задумался. Даже это великолепие ночи со странной подсветкой не затрагивало красавицу. Её кожа, тело словно лежали вне реальности, поражая совершенством. Великолепие «услышало» эту мысль.
– Ну а что, мне страшной жабой предстать? Сбежишь тогда точно, – рассмеялась блонди, тряхнув кудрями.
– А так впаду в кому от красоты, – наконец улыбнулся колдун.
– Не стоит. Как тогда с тобой разговаривать? Скучно будет.
«Какие пророческие слова», – «подумало» провидение, но до этого было ещё далеко.
– А так, не скучно?
– Нет.
– Ты же не совсем от этого мира… Правильнее сказать: абсолютно не человек.
– Это смущает?
– Только в смысле меня рядом с тобой, просто человека. Даже на миг по твоей шкале времени.
– К этому ещё вернёмся.
– И лет тебе… Извини.
– Против такого аргумента не поспоришь. Не молоденькая. Вот только точно не скажу сколько.
– Пожалуй, – согласился Гедеон.
– А сам-то, юноша. Можно, конечно, по плите у развалин твоего дома прикинуть… – продолжила красавица.
– Ещё и неизвестно, как текло время в галерее… – вздохнул Гедеон.
– В галерее Замка тысячи миров. У тех, кого даже ненадолго приютил он, другая судьба.
– Успокоила.
– Это хорошо. Осталось немного.
– Что? – напрягся Гедеон.
– Определить, какой плавучий чемодан старше, – рассмеялась Биче, положив нога на ногу, – но, думаю, всё же я.
Прозрачный стол позволял любоваться этими ножками. Беатриче заметила. Гедеон смутился.
– Как бок модели потрогать на ферме дьявола, даже глазом не моргнул… Кожа бархатная. А я, значит, смущаю.
– Она другое. Это дух.
– Да что вы говорите? А я кто или что?
– Совершенство.
– Запомни, – улыбнулась Биче, – и при случае повторишь моим.
_______
Метрдотель собирался отправиться в кабинет, разложить бумаги за день и ждал лифт, наблюдая за цифрами на табло. «Странно, третий лифт пошёл на последний этаж. Но там закрытое мероприятие», – подумал он. Опыт, чутьё, преданность персонала и много что ещё создают великолепную атмосферу для клиентов. Метрдотель вошёл в кабину и нажал кнопку последнего этажа. Он посмотрел в зеркало, вспомнил разговор пары. Тревога за них усилилась, он расстегнул кобуру. Двери на последнем этаже бесшумно открылись, впереди, в полумраке, на фоне просвечивающей через зеркальную стену луны стоял человек и целился в слегка приоткрытую дверь. Оружие имело глушитель.
_______
Она держала бокал на фоне лунного диска. Играла тихая музыка. Искры Повелительницы, лунный диск, подсветка стёкол интерьера создали настоящее волшебство для зрителей. Гедеон любовался картинкой, Беатриче. Персонал парой и сценой. Город в огнях внизу, море замерли, словно на краю.
В этот момент боги, духи, так или иначе связанные с удивительным местом, ощутили, что неправильно выбрали свой народ, представитель которого посягнул на красоту, совершив эту ошибку. Одним грубым движением осквернил наслаждение Создателя, напав на его дитя в такой миг!
Далеко, в скрытом урочище помощники богини, словно сторожевые псы, уже ощутили надвигающуюся катастрофу раньше хозяйки, просто пившей чай с ведьмой на вилле. Покровителям местных народов и земли стало ещё хуже, они поняли, что в предвкушении замерло перед прыжком, ожидая приказа. Всего один безумный план пробудил такую беду…
Вот только не стоит считать других глупее и слабее себя. Этот сценарий порабощения обращал божественное творение в дьявольское орудие, но не мог учесть всего. Даже Создатель предпочёл только наблюдать и наслаждаться интригой. Владеть ею!? Поработить? «Смешно», – сказала бы смерть. У катастрофы, помимо работы, только свои интересы. А для зрителей великой сцены, близких Повелительницы – это лишь та же медаль с обратной стороны, новый сюжет, в отличие от жителей превращённой в пепел земли! Слишком мрачная перспектива? «Посмотрим», – подумало провидение.
Колдун почувствовал прелюдию, изменения в пространстве, это обострило восприятие. За зеркалом пробуждалось какое-то заклятье, готовое устремиться к Биче. Времени не осталось. Гедеон буквально «увидел» патрон в стволе и светящийся текст на пуле. Он сложил вросшие в его сущность золотые нити в подобие щита, прикрывшего спину, и выпрямился так быстро, как учили стражей на галерее Замка. Палец стрелка отработал команду и нажал на спусковой крючок. Пуля деформировала не полностью выросший щит, отклонилась, прошла слева, по поверхности тела, между рёбер, не задев лёгкое. Время для Гедеона растянулось, видимо Карна была права насчёт тела и нынешних особенностей колдуна. Он ощутил радость, видя как пуля, не задев красавицу, попала в бокал. Как же замедлился ход секунд или ускорилось восприятие и разум колдуна… Ближняя сторона бокала уже рассыпалась. Реакция Повелительницы пороков оказалась мгновенной. Остатки бокала отправились по адресу, откуда был произведён выстрел, а пуля просто упала на пол. На ней гасли символы, по замыслу авторов подчиняющие демона. «Она передала энергию выстрела стеклу, поменяв направление. Надо будет спросить как», – успел подумать Гедеон. Далее он осознавал всё фрагментарно. Почувствовал, как намокает бок и осел на пол. За спиной кто-то закричал, далее последовал глухой удар, крик стих. Ещё через мгновение над ним склонились тот самый метрдотель, что их встретил, и Биче. Служащий отеля убирал пистолет, запаха пороха не было, похоже, он решил проблему со стрелком по-другому. Пиджак с Гедеона был уже снят.
– Быстрее, перевязочный пакет, – крикнул мужчина кому-то.
Беатриче зажала рану колдуна. Ещё через несколько секунд на рану что-то брызнули, наложили повязку. Он видел перед собой её прекрасные пальчики в крови. Его кровь на золотых когтях королевы пороков… Как символично. Мир вокруг поплыл.
  
– Романтик, не отключайся. Смотри на меня. Смотри в глаза порока!
– Пуля прошла мимо вас? – спросил мужчина.
– Да. Лежит там, на полу. После. Его задела по касательной.
– Вы врач?
– Теперь, скорее, наоборот, палач, – усмехнулась красавица, подняла руку в крови, вокруг кисти появилось красное пламя.