Изида. Повелительница

– Вроде ж с помощью совместных усилий трёх леди выжил, – усмехнулся Гедеон, – значит рано ещё приглашать.
Створка открылась шире.
– Осмотрю, это история как-никак.
Он вошёл. Ворота закрылись, появилась табличка на шнурке.
– Санитарный день, – прочёл Гедеон, – интересно, это в каком смысле? В городе?
Табличка перевернулась надписью наружу.
Перед посетителем предстало довольно обширное пространство с покосившимися у входа и достаточно новыми памятниками вдалеке. Надгробия перемежались ровными дорожками. Плиты из жёлтого камня выступали из слежавшегося ровного песчаника, растительность отсутствовала. Он снова не заметил, как оказался глубоко внутри погоста перед большой чёрной плитой на длинном ребре. Она чем-то походила на очень толстую дверь, боковым ребром врытую в землю. В отличие от других надгробий не имела надписей, но отполирована так, что окрестности отражались словно в зеркале. Монумент блестел на солнце, как будто его только что забрали от мастера и установили посредине этого ровного квадрата.
  
– Для меня? Та в травке была лучше, – усмехнулся колдун.
– Тьфу на тебя! – густой чёрный дым возник над плитой, сложился в Аментент, – привет, юморист!
Она сидела на широком ребре плиты, закинув нога на ногу. Великолепный тёмно-синий костюм, туфельки. Красивые руки с чёрными ноготками под цвет глаз. Милое бледное личико обрамляли короткие чёрные волосы.
– Здравствуйте, госпожа, – Гедеон явно был озадачен, – вы уже за мной?
Она подумала: «Удивился, но не испугался, значит, всё получится».
– Ага. Только ты с самообслуживанием, но инвентарь фирмы, а я его забыла.
– ?!
– Не боишься, уважаешь, скорее удивлён.
– Немного боюсь.
– Поговорить нужно.
– Но…
– Как ты себя чувствуешь?
– Нормально. Помощь Биче и всех не только помогает, но и что-то меняет во мне.
– Это превосходно.
– А почему поговорить здесь?!
– Без правил – это твои леди расхаживают где попало, я же лицо официальное, но заинтересованное. Тем не менее, плюхнуться к тебе на кухню без последствий не получится.
– А если позвать? Пригласить?
Любознательность колдуна однажды уже привела на галерею Замка тысячи миров, но, видимо, являлась его неотъемлемой частью и с этим ничего поделать было нельзя.
– Вот и позвала. У тебя может пока сил не хватить, одно дело, когда с тобой рядом эта бездонная сущность…
– Беатриче?
– Ну, или та. Собственно, и по этому поводу я решила поговорить.
– Я о Биче забочусь, – голос Гедеона потеплел, – как могу, конечно. И о подруге её. Вам на камне не холодно?
– Не волнуйся, плита на солнце нагрелась, да и той, что лично знакома с Анубисом… Это уже не столь важно.
– Простите.
– Как интересно стало жить, Создатель в который раз прав. Понимаешь ли…
– Девушкам что-то угрожает?!
– Скорее, тебе. В некотором роде я твоя должница…
– Вы о чём?!
Аментент в который раз удивилась своему искреннему протеже. Где они такого нашли? Вот только события впереди не сулили ничего хорошего, она никак не могла понять, что конкретно. Ещё увлечение королевой пороков вносило дополнительный сумбур. Такие приставания обычно приводили сладострастника на кладбище… Нити судьбы спутались окончательно, и единственным способом хоть как-то помочь колдуну было только это, благо почва, подходящая во всех смыслах.
– Госпожа? Вы со мной?
– Да, – улыбнулась Аментент, продолжила вслух, – по крыше отеля ты уже догадался, что могут быть проблемы.
– Я буду работать над собой, совершенствуя изменяющееся тело.
– Не только эти проблемы, «совершенство», блин – вот это проблема. Так, короче.
Земля зашевелилась, из неё вытянулась ссохшаяся рука. Она держала странное чёрное украшение. На тонкой цепочке сложного, из нескольких нитей плетения висело кольцо где-то полтора дюйма, внутри филигранно выполненная плоская ажурная роза, украшенная несколькими тёмными камнями. Металл блестел на солнце.
– Бери.
– Но зачем?! Если не справлюсь с подарком из…
– Я не могу просто так подарить, прийти пока крайне сложно, но твои подруги однажды подсказали решение. Пусть немного плагиат, но работать будет на «ура».
Колдун протянул руку, коснулся украшения. Едва видимая вуаль золотых блёсток слетела на ювелирное изделие, оно обогатилось золотыми искрами, всё время менявшими место. Гедеон взял цепочку, вокруг руки возникло облачко чёрной взвеси. Он ощутил странное чувство, словно что-то вливалось в него, его золотые нити, заменившие корни паразита, сплелись с этим подарком госпожи Запада и образовали нечто новое. Этот симбиоз устроился, заполнив, наконец, все «пустоты» в хозяине. Рука, доставившая украшение, ушла в землю.
– Это даже не перчатка сектантов, – вздохнул Гедеон, – и не откажешься.
– Оно совершеннее. Ещё и ужилось! Теперь именное! Шикарно, можно сказать упрощённое отражение богини со всем её бардаком. Теперь не просто магический артефакт! Отлично, – обрадовалась Аментент, – немного расширит твои возможности и убережёт, наверное.
– Последнее слово вселяет оптимизм.
– Одень на шею и спрячь под рубашку. Постепенно, по ходу обучения станет просто украшением. Если кто сорвёт – юридически наступит моё право.
– На меня?
– Да что ты заладил. На тебя право уже предъявлено не мной.
– А кем? – напрягся Гедеон.
Аментент пропустила вопрос мимо ушей и продолжила.
– У меня чуть другие интересы. На холме как хорошо сидели, а на крыше? Если, конечно, не считать кое у кого дырочки в левом боку.
– Ну, иначе я бы не успел, – опустил голову колдун.
– Ты считаешь, её можно убить?
– Не хочу это проверять…
– Замнём пока. Попробуй самое простое, ты же талантливый.
Гедеон просунул в цепочку голову и убрал украшение под одежду. По углам площадки с плитой, на которой сидела Аментент, стояли четыре невысоких гранитных столбика, несколько накренившихся от времени. Колдун прикрыл глаза, сосредоточился. Что-то хрустнуло и упало.
– Ну вот. И ты же разумный! Всё получится.
Экспериментатор открыл глаза и увидел, что половина столбика лежит на земле, а на сколе тает чёрный дым.
– Ничего себе подарочек…
– В тебе уже всё есть, но ждать, пока созреет, опасно, не успеет! Главное, разум уже достиг нужного уровня, опережая остальное. Подруги твои слишком нетерпеливы, втянут куда-нибудь.
– Я их защищу.
– Не сомневаюсь, и главное – себя береги.
– А ресурсы этого изделия? – насторожился Гедеон.
– Ну, они оттуда, – Аментент указала на рыхлую землю, где исчезла иссохшая кисть.
– ?! – ужас отразился на лице колдуна.
– Расслабься, все формальности соблюдены идеально. Первое тут – ты кредитор, а не должник, и душу не закладывал. Второе, вообще-то ты из-под плиты вылез, так что юридически ты просто командуешь своими подчинёнными, выходящими по мере надобности. С медальоном им легче тебя найти, когда зовёшь. Привыкнут, повторюсь, и так найдут.
Гедеон закашлялся.
– Беатриче говорит: я на плиту упал… Госпожа, противоречие.
– Противоречие, – передразнила Аментент, которой всё больше нравилась игра от Создателя, – нет тут никакого противоречия – почва просто осела за века, её романтическое «упал на плиту» и есть моё прозаическое «вылез из-под надгробия». Вообще, по твоим теориям полная свобода, дата смерти на камне уже обозначена, давно прошла, так что повелевай. Да, ещё дата та просрочена, а служил ты сам знаешь где, без выходных. Отгулов и призов набежало…
Гедеон сник окончательно.
– А что так грустим? – Аментент пребывала явно в хорошем расположении духа, – в сравнении с предметом твоих воздыханий это всё фигня.
  
– Мне даже от одной мысли из моих убогих воспоминаний об этих закромах нехорошо становится. Там же столько всего… В книгах такое описано!
– Да, добра много. Не ройся во всём сразу, особенно в книгах, тебе нужна лишь подпитка в трудной ситуации. Шоу из скелетов это пустое, а вот сила тёмных подземелий и гробниц реальна как я, накопилось! Не дрейфь, справишься. У меня нехорошее предчувствие о будущем, а так… Глядишь, и девчонки тебя после очередного шоу починят. Я-то только если закопать. Вообще всё это принадлежит человечеству, сами зарыли. Пользуйся.