Влад Талтош. Том 3. Орка. Дракон. Иссола

Мы оказались в довольно забавном месте, Киера. Ты заметила? Я имею в виду ландшафт. Может быть, дело в том, что мы находимся далеко к северу от экватора, или причина в горах Канефтали, которые начинаются всего в нескольких сотнях миль отсюда, – хотя я и не понимаю, какое отношение могут иметь горы или широта к данной проблеме. Но мне кажется странным, что, проходя от восточной окраины Норпорта до западной, или от гор, расположенных возле доков, прямо на север, ты каждый раз видишь перед собой совершенно непохожие друг на друга ландшафты. Вдоль побережья, например, местность очень напоминает Адриланку – такие же уродливые рыжие скалы и глинистая почва, где никогда ничего не будет расти. Но стоит свернуть на восток, и окажешься в прерии, которая похожа на равнину, расстилающуюся вокруг Черного замка к западу от горы Дзур, – повсюду много воды, очень подходящие земли для фермерских угодий.
  
Местность вокруг дома Эндры скалистая, суровая и приятная глазу, напоминающая южную часть Сунтры – жестокая, но прекрасная земля. Если же направиться на север, вдоль берега, туда, где живет Реега, сразу вспоминаются огромные леса к востоку от горы Дзур, почти джунгли, только порядком повырубленные из-за того, что здесь живет много людей. Но все же здесь еще нетрудно представить себе крадущегося дзура или тиассу. Разве не удивительно? Интересно, не замешано ли тут какое-нибудь волшебство, или же все получилось случайно?
Впрочем, извини, я увлекся. Жилище Рееги располагается среди густых зарослей деревьев и кустарников и кажется совершенно заброшенным. Вокруг немало других строений, поэтому мне пришлось несколько раз спрашивать дорогу, чтобы найти нужный дом. Мне он понравился, Киера. Меньше, чем особняки Фиреса и Эндры, но все же достаточно большой для здешних мест. Дом Рееги – это довольный своей жизнью дом, а не особняк, всю жизнь мечтающий стать замком. Глядя на него, я понял, что Реега сама откроет мне дверь, – так и произошло.
Она чуть ниже ростом и несколько плотнее Эндры, более длинные волосы слегка вьются, но очень похожа на сестру. Реега взглянула на меня так, как и должен смотреть человек, живущий в подобном доме. Ее как будто удивило и заинтриговало то, что кому-то пришло в голову ее навестить. Иными словами, у дочери богача, вроде Фиреса, вряд ли мог быть такой взгляд. У меня даже промелькнула мысль, что я не туда попал.
– Баронесса Реега? – спросил я.
– Да, – ответила она. – А вы?..
– Калдор. Могу я с вами немного побеседовать?
– О чем? – уточнила она.
Реега смотрела вежливо и дружелюбно, но зайти в дом меня все-таки не пригласила.
– О вашем отце.
– О моем отце?
– Вы дочь лорда Фиреса, не правда ли?
– Да, конечно.
– Ну, тогда то, что я намерен сказать, имеет к вам непосредственное отношение.
Она задумчиво посмотрела на меня и спросила:
– И что же вы намерены мне сказать?
Меня удивило, что она решила продолжить разговор на пороге ее дома, но она имела полное право так поступить.
– У меня есть основания полагать, что Империя не намерена расследовать смерть вашего отца с должной тщательностью.
Она прищурилась, взгляд стал пронзительным, и я вдруг начал сомневаться в надежности своей маскировки.
– Вы действительно так считаете?
– Да, госпожа.
– А вам какое до этого дело?
Ага. Если ты считаешь, Киера, это уже третье «ага» за один день.
– Госпожа?
– О чем вы хлопочете?
– Ну, я надеялся, вы знаете, что… э…
– Что получите за свое сообщение награду?
– Ну…
Она указала на дорогу, по которой я пришел:
– Чем скорее вы уйдете, тем лучше.
Мне ничего не оставалось, как поклониться и уйти. Долгая прогулка для столь короткого разговора, но я все равно не считал, что зря потратил время – ведь наградой за мои усилия послужило «ага». Я поделился своими соображениями с Лойошем, который заверил, что может предоставить в мое распоряжение столько «ага», сколько я посчитаю нужным. Я не нашелся что ответить, поэтому просто зашагал обратно в город.
* * *
Следующую остановку я собирался сделать в «Устье», поскольку появление там делало мои показания более убедительными в глазах сопровождавших меня агентов Империи. Кроме того, там имеется задняя дверь, не говоря уже о том, что именно в этом заведении я припрятал свою одежду и оружие. Я решил, что нанести визиты сыну и вдове Фиреса можно будет и на следующий день, поскольку приближался вечер, а ноги у меня словно горели огнем. Да и поесть бы не помешало – еще один повод зайти в «Устье».
Но прежде нужно было позаботиться о главном. Я спросил у Лойоша, чем заняты мои преследователи.
«Один из них направился к черному ходу».
«А другой собирается зайти внутрь?»
«Нет».
Хорошо.
Я прошел через таверну, открыл заднюю дверь, снял несколько пустых ящиков и вытащил из тайника узел со своими вещами, достал шпагу, которую спрятал за кучей мусора, и вернулся в помещение прежде, чем Тиммер или Домм успели туда войти. Народу в зале собралось не слишком много, но на меня никто не обратил внимания.
Усевшись за столик, я подозвал хозяйку (которую действительно звали Милашка) и заказал вина, миску рыбного супа и порцию дичи, жарившейся на вертеле и пахнувшей весьма аппетитно. Очевидно, повара поливали ее смесью меда и лимонного сока, отчего пламя весело плясало в очаге, а мой желудок зарычал, словно дзур.
Хозяйка обслуживает клиентов очень быстро, да и кухня по праву слывет превосходной. Я от души надеялся, что они не станут допрашивать беднягу, а уж если возьмут ее в оборот, то обойдутся с ней достаточно мягко.
Я ел, пил, отдыхал и пытался спланировать свой следующий шаг. Последнее оказалось делом непростым, зато все остальное получалось очень легко, ведь у меня как-никак имелся достаточно большой опыт в этих вопросах. Лойош тоже проголодался, и меня немного мучила совесть, но от него требовалось оставаться на своем посту. В результате моя трапеза сопровождалась его непрерывными жалобами. Тем не менее я смог в полной мере получить от нее удовольствие. Наконец Лойош сказал:
«Босс, он решил зайти в таверну».
«Ладно», – ответил я и поставил шпагу к стене у себя за спиной, где она не должна была привлекать внимание.
Потом я проверил, на месте ли кинжал, и подобрал с тарелки остатки соуса хлебом – у Милашки отличный черный хлеб с семечками.
В зал вошли оба – мужчина и женщина. Они остановились передо мной; видимо, им дали новые указания. Я посмотрел на них с выражением полнейшей невинности, сдобрив его толикой искренней тревоги.
– Господин Калдор? – спросил мужчина.
Я кивнул.
– Могу я с вами поговорить?
Я кивнул опять.
– Я лейтенант Домм, а это прапорщик Тиммер из Императорской гвардии ее величества.
Я кивнул в третий раз. У меня обнаружился своего рода скрытый талант к исполнению этого несложного движения. Они сели за мой столик, хотя я их не приглашал; наверное, решили, что так им будет легче меня запугать. Между тем я попытался сделать вид, что напуган, но всячески скрываю свое состояние. Не думаю, что у меня получилось, – гораздо легче сделать вид, что ты крут, когда тебе очень страшно, чем прикидываться трусом, когда ты крут. Во всяком случае, для меня.
«Нужна помощь, босс?»
«Пока нет, Лойош».
– Мы бы хотели задать несколько вопросов. Нам удалось установить, что вы говорите разным людям, что наше расследование ведется не слишком тщательно. Хотелось бы узнать, почему вы так поступаете.
Я подумал, что меня продала Реега, а не Эндра, и ответил следующим образом:
– Видите ли, милорд, сегодня я побывал в ратуше, где они, то есть вы, говорили со всеми подряд. Но, когда я рассказал все, что мне известно, на мои слова не обратили ни малейшего внимания, и тогда я пришел к выводу…
  
– Чепуха, – оборвала меня Тиммер, до тех пор молчавшая. – Какова настоящая причина?
– Другой причины…
Она повернулась к Домму и сказала: