Ледания и Шрампинтульный Домовой (СИ)

— Ну, учитывая ваши способности фантазировать, думаю, что могу показать свой истинный облик, и проверить одну гипотезу.
Его образ дернулся и посредине помещения заклубился плотный перламутрово-серый туман, в котором то и дело мелькали самые разнообразные руки.
— Очевидно невероятное, — протянула я восхищенно, — вы тысяче рук? Наверное, если Ной-я Сигма, (Ʃ) то у вас тайное имя Пси (Ψ)?
В тумане то ли зачихало, то ли закашляло и из него ощутимо зафонило удивлением.
— И где вы говорите она ваш нашла?
— Она не нашла, это мы ее нашли в старом колодце, а она обрадовалась и засосала нас с концами. Зараза.
— Знаете, возможно, она слишком буквально восприняла слова Беты. Когда мы в последний раз общались с нашей планетой, он сказал, что остановить непонятную болезнь нам не под силу и Альфа запускает стазис, в котором наш мир пробудет до тех пор, пока фантазия других существ позволит найти исцеление.
— И какая же болезнь постигла столь могущественную расу, — спросила я, выплывая из странного состояния, навеянного странным десертом.
— Творящие стали против воли создавать Зло, — опустившись до шёпота ответил он.
— И вы?
— Нет, мы с Сигмой были на границе нашего мира, когда нас достигла эта информация и рекомендация как можно быстрее покинуть пределы системы. Мы не могли не подчиниться, надеясь найти лекарство мы поплыли в межзвездное пространство ощущая спиной холод стазиса.
— И что, за все это время не нашлось лекарства?
— За все время только толще становится скорлупа, не позволяющая проникнуть внутрь.
— Какая-то неправильная загадка, — прокомментировала я, прислушиваясь к странному шуму.
— Кажется за вами пришли, — сообщил тысяче-рук, возвращаясь в свое более привычное для обитателей этой планеты состояние.
— Так может вы с нами, раз нам не удастся отвертеться от миссии вашей Сигмы.
— Боюсь, что путешествовать внутри того, во что превратилась она не смогу. Но знаете, Ледания, я пришлю вам на корабль не только зелье отвода глаз, но и кое-что, — он замялся, — как вы относитесь к домашним животным?
— К котам?
— Не знаю кто это.
— Коты правят мирами. Они с усами, хвостами и огромными глазами.
- Я вижу в вашей памяти лысого, черного и с крыльями.
— Ну это не совсем кот. Точнее, это совсем не кот. Но когда я вижу Черныша и во что он превратился, то иногда скучаю по этому маленькому крылатому кото-фею.
— За идентичность не ручаюсь, но попробую. Слишком симбулярна его внутренняя структура, а я так давно не творил.
  
4.5
 
— Я не специально, — оправдывалась я перед всей командой в рубке.
Раздраженный капитан, которому больше четырех часов пришлось выслушивать комментарии Ной-я, был мягко сказать раздосадован.
Нет, она явно не оставила своих попыток свести нас в одной постели, но в данной ситуации, что там она распыляла в воздухе корабля утратило свою концентрацию, позволяя мне не улыбаться на выволочку.
— Значит, чем больше у меня проколов, тем чаще ругает капитан, и тем меньше концентрация гадости, если бы еще и антидот придумать, так вообще благодать бы была, — размышляла я, пока заканчивались последние приготовления к старту.
— Все приобретенное вами на стихийном базаре доставлено в вашу каюту. И не смейте кормить этим экипаж, — продолжал Домовой, озвучивая суфлерский текст, который бубнила Ной-я своей присоской.
Я же, после разговора с тысяче-руком глядела на нее по-другому. Какие эксперименты она ставила на себе или с собой, превратившись в живо звездолет, я даже не могу вообразить, но то, что ее поиски наконец принесли крохотную надежду, радовало и чуть-чуть огорчало, что надеждой я себя совершенно не ощущала. А у Ной-я с тех пор испортился характер, и с этим ничего нельзя поделать.
Мне удалось еще перекинуться парой слов с Трампином сразу перед стартом и упаковыванием в кресла.
— Ты случаем не знаешь, куда нас теперь занесет это?
Он слегка улыбнулся, вспоминая какими словами я награждала Альтер-эго корабля.
— Я слышал что-то об апгрейдах.
 
— И нафиг ей апгрейды если она сама один сплошной апгрейд.
— Может и нет. Видимо фиксированная оболочка звездолета предполагает симбиоз с ней. А ты сама понимаешь, что после ремонта ее только подлатали в рамках существующей конфигурации.
— Значит сейчас мы полетим к создателям звездолета класса Пегас V. — Трампин кивнул, уходя в сторону капитана.
— И чем таким ценным нам придется рассчитываться за апгрейд? — бубнила себе под нос, лежа в кресле и всматриваясь в звездные дали, видимые на экране. — Что-то подсказывает мне, что нам и десять ледяных астероидов не помогут. Может поискать золотой или платиновый? А лучше алмазный!
Маршевые двигатели мягко оттолкнули Ковчег от планеты, и мы отправились к границам системы. А потом мы опять прыгнули. И только после этого нас отпустили из рубки.
Я с блаженством растянулась на своей кровати, рассматривая гору коробок и коробочек. Мои покупки грели, как и чудесные воспоминания. Особенно радовал сакральный процесс поедания Ной-я. Я вспоминала фудощуп и его уничтожение как частичный реванш над сигмой.
— Ладно, нужно разложить покупки, — вытолкнула себя с горизонтального положения.
— О, а что это у нас здесь? — я смутно помнила лавку Кра, но вот эти табакерки, а также шкатулка были выполнены уж в очень похожей технике.
Я протянула руку к шкатулке и открыла ее.
— Чтоб тебя, — это была первая мысль, которая возникла после того, как я отпрыгнула от шкатулки на пару шагов уж точно.
Внутри шкатулка была похожа на комнату. С кроватью. На которой спал огромный, с мою ладонь таракан с мохнатыми голубыми надкрыльями.
Спал! А не был мертвым! Потому что подложил передние лапы под щеку, хотя я с трудом могла объяснить, где она у него и при этом шевелил усами.
Вот он потянулся. Странно напоминая кошку, вытянутой в воздух задней лапкой. Открыл глаза, тоже голубые и уставился на меня.
— Ты кто?
А что я должна была спрашивать у зайца, учитывая, что я по определению окажусь крайней.
— Позвольте представиться, — ответил таракан на общегалактическом, — я, Оракул.
— Я сплю, и мне снится этот сон, в котором я разговариваю с тараканом, — я проговорила это и ущипнула себя за руку.
— Ай, больно!
Таракан театрально вздохнул и сообщил, — я подарок, Пси сказал, что возможно я буду полезен в вашей миссии. Он почесал лапкой затылок. Я правда забыл какие звуки должен издавать. Мир? Мар? Мяр?
— Мяу или Мур-р-р? — почти не веря в такую подставу предположила.
— Точно, — закрутил таракан задом.
В следующий момент над моей головой проревела Ной-я — Ледания, какой-такой Пси, и почему в вашей каюте насекомые!
Оракул подпрыгнул от неожиданности. Я, кстати, тоже. Поэтому, когда он оказался на моих руках, а я стала прижимать неожиданного питомца к себе, вспомнить не смогла бы. Уж слишком быстро все произошло.
— Он не таракан, — ответила в воздух. Вот же зараза, не могу я разговаривать с тем, кого не вижу.
Как накаркала. Дверь в каюту распахнулась и на пороге возникла Жемчужная Леди. Ну почти. Немного более утонченно-отвлеченная. И злая. Очень злая.
— Ты Ной-я? — это вырвалось само собой.
— Да, — эта оболочка используется в случаях коммуникации с представителями человеческих особей. Вы лучше реагируете на слова себе подобных.
Она с недоверием уставилась на сидящего на моих руках голубка.
— Что это такое? — и брезгливо скривила губы.
Я прикрыла ладонью результат собственной больной фантазии от Ной-я ладонью, ощущая шелковистость голубого меха.
 
— Да релаксант это! — решила импровизировать и не колоться до последнего. А то мало ли какие у Творящих отношения — вдруг она от ревности выкинет пушистика за корму.
Чудовище же от поглаживаний принялось урчать, и вот если не видеть, то звуки производило идеально кошачьи. Я даже вибрацию почувствовала в груди и такую радость. Что тут же нею и решила поделиться.