Закат Человечества (СИ)
Так и шёл тихим сапом, пока не наткнулся на людей.
Их выдал звук, обычный и привычный Деду хруст мусора под ногами, но услышав его так близко старатель прижался к стене и замер. Дальше по перрону раскинулись одноярусные магазинчики полные разнообразного потребительского хлама для работающих в низинном городе работяг.
Дешёвые шмотки, выпивка и разнообразная мелочёвка — обычное дело для подобных миниатюрных комплексов. Бедолагам не хватало выручки для аренды помещений на станциях, и они околачивались между ними.
Поговаривали, что в таких местах частенько обреталась разнообразная шпана.
Дед не сразу понял откуда исходил настороживший его звук. Тоннель здесь постепенно уходил за поворот, и старатель ничего не видел со своей позиции. К его чести, нужно признать, что и его самого заметить было крайне сложно.
Всё что ему оставалось так это быть внимательным и продолжать двигаться.
Шорох повторился, и в этот раз его источник удалось локализовать. Кто-то двигался вдоль нижней стенки перрона, у рельсовых, парамагнитных линий. Шаги стихли, Дед замер и простоял так ещё половину минуты. Затем скрипнул люк ведущий в техническую ячейку, и неизвестный снова скрылся за поворотом.
Старатель понимал, что, если он попадётся людям на глаза их ИскИны моментально подадут тревожный сигнал. В отличии от людей, искусственный интеллект внимателен и постоянно анализирует периферийное зрение носителя.
Действовать приходилось на свой страх и риск.
Потихоньку “срезая” поворот, он прокрался вперёд и стал свидетелем интересной картины. Люди, кем бы они не были, использовали обычные налобные фонарики. Что с одной стороны было понятно, а с другой напрямую говорило о том, что технически они сильно ограничены. Ну кто имея комплекс визуального наблюдения будет двигаться по тоннелю с фонариком?
Только человек не имеющий другого выбора.
На его глазах из магазинчиков вынырнул один из мужиков и семенящей походкой подтащил к краю перрона набитый доверху рюкзак. Там его кто-то принял, лучи фонарей заметались, вынуждая старателя пригнуться и скрыться за валяющейся на перроне ржавой вывеской, а затем рядом снова послышался шорох.
Это неизвестный, что таскал хабар вдоль стенки к технической ячейке, повторил свой маршрут.
Судя по источникам света, в магазинах шуровало ещё как минимум двое, но Дед не торопился делать выводы и правильно сделал. Лёжка пятого обнаружилась на противоположном перроне. Как он не заметил старателя, а тот его, одному богу известно, но факт оставался фактом, у неизвестных был наблюдатель.
Они догадались выставить дозор, а значит совсем уж олухами — не были.
Дозорный скрывался в наваленном на перроне мусоре. Среди рухнувшей с потолка отделки, проводов и арматуры. Он допустил ошибку упуская из вида поворот. Со своей позиции старатель видел, что парень осматривает через прицел тепловизора оба направления поочерёдно, но совершенно не обращает внимания на ближайшую к себе местность, из-за чего Дед сделал вывод, что успел проскочить опасную зону в то время, пока стрелок был повёрнут к нему спиной.
Естественно, сидящий среди камней человек мог в любой миг изменить свою схему, и старатель понимал, что тогда ему придётся непросто. В руках у дозорного был автомат Сёмушкина семьдесят четвёртого года выпуска, или по простому АС-74, с кустарным глушителем на вытянутом стволе, а значит пальнуть на поражение он не побоится.
Значительного шума при таком выстреле точно не будет.
Дед мог поднять винтовку и приголубить оппонента шариком в невнимательную головушку, но сомневался в том, что это правильное решение. Парни могут быть своими, из общины, хотя на старателей не тянут и не обладают нужной сноровкой. Может быть новички… а может кто-то чужой и оттого вдвойне опасный.
Втискиваясь в совсем крохотное пространство между скособоченной, разбитой двухметровой вывеской и стеной, Дед нервничал. В его голову лезли мысли о том, что риск не оправдан, а возложенная на него задача может сохранить жизни целой ораве людей, запертой сейчас на заводе, к которому стянулись изменённые со всей округи.
Он умел убивать. Мог расправиться с дозорным и воспользовавшись его автоматом перещёлкать людей в магазинах. Мог заставить их залечь, пользуясь темнотой, отсутствием целых химических ламп под потолком и слабым техническим оснащением условных противников, попросту разорвать дистанцию.
Но цена таким решениям это жизни. Одна, или несколько.
Приподнявшись, Дед совместил оптику прицела с чужой головой. Парень был молод, по кавказски бородат, поросль шла по краю его челюсти, но усы были выбриты. На затылке вязаная шапочка, нос крючком, почти как у Борза. Может быть он такой же, как и напарник — чеченец. Так же молится своему богу, так же чтит его законы, так же, как и он, защищает свои друзей.
Нажать на спусковую скобу…
Спрыгнуть с перрона и добраться до лёжки пока народ пытается понять в чём дело…
Завладеть хорошей позицией и автоматом…
Открыть огонь…
Старатель взглянул в сторону магазинчиков. Там продолжали мелькать лучи фонарей. C толикой раздражения он подумал о том, что у остальных незнакомцев могут быть контурные прицелы и тепловизоры. Заниматься мародёркой с такими причиндалами невозможно, вот и используют фонари, хотя куда там. Экипировка так себе, гражданские и рабочие шмотки. По поверхности в таких не побродишь, вмиг хапнешь дозу радиации или чего похуже. Значит пришли тоннелями. Кроме какой-то “холодной” загогулины на поясе одного из мародёров оружия он не видел, поэтому оценить опасность в полной мере не мог.
По всему выходило что нужно щёлкать бородатого и валить дальше по низинной улице, рассчитывая разорвать дистанцию раньше, чем потенциальные враги найдут его и возьмут на прицел.
Но “щёлкать” легко. Этим любой пустоголовый дебил заниматься может — людей убивать. По мнению Деда, он сам, бывший машинист, а ныне один из лучших старателей, дебилом не был.
“А значит что?…”
На этом “значит что” Дед порядочно так подзавис, потея каждый раз, когда стрелок на противоположном перроне двигался и прикладывался к своему прицелу. Драгоценные секунды утекали сквозь пальцы, и старатель признавал для самого себя, что выпади другие расклады, он бы прибил паренька не задумываясь.
Но кто-то свыше словно специально поставил старателя перед выбором… и он выбрал.
Дед поднял оружие, прижал приклад к плечу и обратившись в слух, выждал удобный момент для выстрела. Палец привычно опустился на спусковую скобу и нажал, никакой отдачи у винтовки не было, лишь характерный, тихий звук ушедшего в цель шарика.
На соседнем перроне щёлкнуло, это снаряд угодил в нужную точку, приводя в негодность тепловизор на чужом автомате.
Звук столкновения вышел гораздо громче самого выстрела.
Старатель рванулся вперёд, прямо в темноту под перроном, и спрыгнув на рельсы, бросился бежать вдоль стены. Сопровождающие его забег звуки не укрылись от кавказца, но погружённый в темноту, он не сразу понял почему его прицел перестал работать.
Для парня всё произошло неожиданно, по его автомату что-то ударило, словно свалившийся с потолка камушек. Попытка взглянуть в прицел в сторону противоположного перрона не увенчалась успехом, прицел не работал.
В общий групповой чат интерфейса полетели удивлённые текстовые сообщения. Это еще один мородёр спрашивал, что творится снаружи. Он услышал топот за люком в техническую ячейку и не понимал, насколько там безопасно и может ли он выйти за новой сумкой.
Люди напряглись. Требовали у дозорного ответа, а тот растерялся и засуетился. Включил и выключил дивайс, но это ничего не дало и только пробежавшись по нему пальцами, он обнаружил поломку.
Луч фонаря прорезал темноту и заметался по рельсам, но Дед был уже далеко. Словно спринтер, за те пару десятков секунд, которые потребовались дозорному чтобы узнать о поломке, он отмахал почти сорок метров тоннельного пространства, разрывая тем самым дистанцию и попросту выпадая из радиуса, который мог покрыть обычный налобный фонарик.