Деньги правят миром (СИ)

— С Малфоем мы работаем. Не мы, конечно, но наш юный гений. Нотт тоже недоволен?
— Да, пожалуй. Он не высказывает этого, но, насколько я его знаю, он в курсе, что им командует полукровка и что этот полукровка отлично владеет ментальными практиками. Нотт защищается пока что своим кошельком.
Пётр насторожился, едва услышал слова «юный гений». Кого Грин имеет в виду? Но Эйлин тут же прояснила обстановку, хотя Пит, конечно, догадывался.
  
— Какими способами вы обеспечиваете безопасность моему сыну?
— Во-первых, в Малфой-мэноре ему ничего не грозит. А еще, миссис Снейп, Северус защищён не хуже, чем наши ведущие оперативники. И даже лучше: вы не представляете, каким он бывает собранным в экстремальных ситуациях!
— И сколько же раз он попадал в эти ситуации и чьим попущением?
В воздухе повисла напряжённость: восстановившая в роду Фосеттов свою магию Эйлин ведьмой оказалась отнюдь не самой слабой, и мистер Грин имел специфическое удовольствие это ощутить лично.
— Ну что вы, миссис Снейп, ваш мальчик просто проходил модельные ситуации с нашими оперативниками, в обычном… м-м-м… классе. Без этого мы никогда бы не выпустили агента на работу. За ним вся наша организация, и мы совершенно не собираемся рисковать, ни им, ни нами. Если уж хотите знать, Глава Тайного отдела с меня голову снимет, если с его новым протеже что-то случится.
«И когда же Снейпа занесло в разведку, хотел бы я знать», — подумал Пётр, но тут как раз раздался хлопок аппарации и перед ними предстал предмет их разговора.
— А вот и он! — обрадовался мистер Грин. — Северус, ну как, получилось?
— Малфой наш! — тот довольно ухмыльнулся, — а ещё у меня сюрприз для наших тайнюков, — и начал закатывать рукав.
— Снейп, ты совсем сдурел?! — заорал Пит, увидев, что тот показывает. — Мы же сто раз говорили о том, чтобы ты не совался к Реддлу!
— Что?! Ты… Как ты мог?! — подхватила Лили.
— Кретин! Идиот! Зачем ты это сделал?
— Сам кретин!
— Ты что, в самом деле собираешься служить этому вашему Темному Лорду? — у Лили аж голос перехватило от возмущения.
Взрослые молча наблюдали: вставить слово казалось просто невозможным. Но тут неожиданно встрял Сириус, догадавшись усилить свой голос Сонорусом.
— Эй! Вы хотите и дальше слушать собственные возмущения или вам все-таки интересно, что ответит Снейп? Дайте ему хоть слово вставить, в конце концов!
К тому, что отношения у Блэка и Снейпа более-менее наладились, все вроде привыкли, но все равно немного офонарели. И Северус наконец смог вставить то самое слово, и не одно. Впрочем, стоило ему начать говорить, как все притихли.
— Я что, совсем идиот, по-вашему? — обиделся он.
На лицах всех, кто его окружал (кроме мистера Грина, конечно) он прочитал, что таки да, они вполне с этим согласны.
— Да не был я ни у какого Волдеморта! Я почти все это время у Малфоя сидел! Ну и… еще кое-где, но это вообще секретная территория.
Эйлин поджала губы и смерила мистера Грина нехорошим взглядом.
— Тогда как? — подбоченилась Лили.
— Я сам ее поставил. То есть скопировал.
Петр поперхнулся, некоторые выдохнули… но большие глаза были у всех, как на подбор.
— И запитал на самого себя, разумеется, а не на этого му… Извините. Надо же было понять, как оно работает, прежде чем обезвреживать малфоевскую метку.
— То есть…
— Ты теперь реально можешь это снять?
— Не-а. Снять не могу. Пока. Могу перекинуть с Лорда либо на потерпевшего, либо на себя.
— Офигеть…
— Северус, Тёмный Лорд всея Британии.
— А в глаз?
Петр, глядя на гордую и довольную носатую морду, едва удерживался, чтобы действительно по ней не съездить, и только потом до него начало доходить: приятель-то, кажется, умеет ставить Темную метку!
— Как?! Рассказывай все с самого начала!
Снейп без особых подробностей, но довольно четко обрисовал экзистенциальный и личностный кризис Люциуса Малфоя, оставленного родителями, рассказал про то, как он предоставил для изучения собственную руку… И как ему, Северусу, в конце концов удалось повторить чары на себе. Однокашники снова зашумели.
— А что, я должен был выйти на большую дорогу магглов ловить? Ну уж извините, до этого я не дошёл. И не дойду, я в ту сторону не собираюсь.
— На павлинах…
— Да пробовал я уже, с них и начал, вот только их куриные мозги не подходят. Эльфячьи, кстати, тоже.
— А почему ты её не убрал?
Снейп замолчал и неожиданно покраснел и развёл руками.
— То есть убрать это невозможно?
— Не-а. А вот перенести можно. Хоть на другую руку, хоть на ногу, хоть на… Да, ставить с нуля я тоже пока не могу. Вот и приволок образец, чтобы спецы поработали. Я все равно столько не знаю, сколько они. И умею еще не так и много.
— На заднице ей самое место!
— Скромник нашелся…
Снейп сделал вид, что не обратил внимания на замечания друзей, и продолжал:
— А еще можно видоизменить. Люц страдал, что картинка ему не нравится, грубая какая-то, ну, мы с ним малость того… повеселились. Вот, смотрите.
И он провел палочкой над рукой.
Из черепа вылетела… мелкая то ли бабочка, то ли моль. Одна, вторая… много. А потом тот щелкнул зубами и изобразил что-то вроде улыбки. И медленно растворился, словно втягиваясь под кожу. Осталась небольшая змея, которая продолжала увлечённо играть с бабочками, пытаясь сбивать их своим хвостом.
— Как оно это делает? — прифигели ребята, впрочем, взрослые тоже недалеко ушли.
— Вау. А мне можешь сделать?
— Сивилла?! Тебе зачем?
— Сириус, ну красиво же…
— Просто красиво или?.. Снейп?
— Модификация протеевых чар, можно послать сообщение.
— Как? Покажешь?
Северус что-то пробормотал прямо в своё предплечье, и бабочки рассыпались и сложились в слова.
— Круто.
— Не очень, — признался тот. — До двадцати символов. Другой способ лучше.
— Хочу.
— Нам может пригодиться.
— Как ты вообще это делал?
— Всем может пригодиться!
— Ну… Есть такая штука, я видел у магглов — переводные картинки. Такой кусок бумажки, с одной стороны рисунок, её в воду макают, прикладывают рисунком к бумаге, проглаживают, снимают верхний слой — и вуаля, рисунок на бумаге готов. Я ещё на первом курсе думал, можно ли это сделать просто чарами. А тут Малфой со своей татухой, ну, я и…
— Гений ушибленный, — едва ли не хором простонали Петтигрю и Эванс. Миссис Снейп же смотрела на сына, кажется, не веря собственным глазам. Остальные взрослые тоже предпочли роль наблюдателей, и только мистер Грин довольно улыбался.
— Зелье?
— Да, — просто кивнул ему Северус, — модификация обыкновенного проявочного для колдографий. И чары размножения.
— Джеминио?
— Нет, эльфячьи. Ну, которыми мы оборотное тиражировали вместе с эльфами.
— И все?!
— Так просто?
— Сам удивился, — улыбнулся друзьям тот, — и испугался немного, если честно.
— Привязки к Лорду?
— Ну да.
— Она… Тоже скопировалась?
Снейп вздохнул и кивнул. И тут же поставил щит.
— Я с-с-с тобой ещё разберус-сь, — пообещала Лили.
— И не только ты, — добавила Эйлин. — А если он почувствовал?
— Нет, Люц ходил к нему после павлинов. И после Добби тоже.
— Он профессионал в определении таких чар?
— Ну…
— Как ты перебросил привязку?
— Первым делом. Но это было самым сложным, — признался Северус. — Сначала нашёл, где она была. Вот на этих чешуйках — он показал на небольшую лысинку на затылке его змеи. — Я их сразу выдрал, как нашел, но змейка беситься начала. И я ничего не мог с ней сделать, пока не поменял их местами с вот этими.
И он показал небольшой участок свежеприживленной чешуи на нижней челюсти черепа.
  
— А потом… Увлёкся. Мы с Люциусом увлеклись. Лорд, оказывается, ассоциирует себя с черепом. А меченого — со змеей.
— Бабочки — это тоже чешуйки? — догадалась Сивилла.
— Да, а из коренных зубов вот что получилось, смотрите.