Заложник зла (ЛП)

Его кулаки сжимают перед моей футболки. — Что это, черт возьми, такое? — рычит он.
Мое сердце находит приют в горле, головокружительная паника ослабляет мои колени. Его кулаки кажутся массивными.
Присутствие десятков членов клуба и взгляды женщин, устремленные на нас, давят на меня. Клянусь, я чувствую, как глаза Драгона впиваются мне в спину.
Я этого не сделаю… Я этого не сделаю… не буду тряпкой.
Легче сказать, чем сделать. Может быть, это из-за толпы, собравшейся вокруг парковки, или, может быть, из-за идеи скрытых камер, которую Рэт вложил мне в голову, но внезапно я не могу удержаться и снова думаю о Колонии.
На мой взгляд, пустой участок дорожки, который ведет от Попс, становится пустым пространством на площади Колонии. Я вижу это так ярко, что могу представить изолятор в нескольких сотнях футов от меня, дом, где живут старейшины, слева от меня вместо здания клуба. И в середине пустого участка, который теперь стал зоной наказания, я вижу одинокий деревянный столб, торчащий из земли, с металлическими кандалами по обе стороны для надевания наручников на руки грешников.
Столб для битья.
Спайдер не угрожал никаким наказанием, но я чувствую это в его хватке на моей футболке, слышу это в гневе, который сочится из его голоса, я совершила ошибку, и я собираюсь заплатить за это. Внезапно я оказываюсь не в Попс, я нахожусь в Круге Возмездия, окруженная толпой прихожан, которых вызвали посмотреть, как вершится правосудие за мое неповиновение.
Мгновенно раболепие взывает ко мне, как ядовитый голос. Спайдер собирается приковать меня цепью к столбу для порки и снять свой ремень. Ремень, который он уже использовал на моей заднице прошлой ночью, только на этот раз я почувствую, как он обжигает мою спину, точно так же, как Джейкоб сделал с Сарой.
Мое тело сотрясается в хватке Спайдера, мое дыхание хриплое и учащенное. Он, кажется, не замечает, возможно, воспринимая мой страх как обычный ужас, который он во мне пробуждает.
— Я спросил, что это, черт возьми, такое? — Спайдер скрипит зубами.
Возбужденный ропот толпы байкеров, и угроза в голосе Спайдера разрушают чары, которые почти лишили меня сопротивления. В Кругу никто никогда не разговаривал. Порка в Колонии всегда заставляет толпу молчать, а не болтать, как люди на вечеринке, которая вот-вот разразится. И как бы я ни ненавидела пасторов, никто из них, даже Сет, никогда не звучал так свирепо, как Спайдер, когда они были взвинчены.
Я стряхиваю с себя похожее на транс оцепенение и подавляю панику. Каким-то образом я сохраняю ровный голос, но мне требуется все, что у меня есть, чтобы не опустить глаза на ботинки Спайдера. — Обычно их называют футболками.
Несколько женщин хихикают, а мужчины удивленно смеются.
— Горячо, — говорит Рипер.
Глаза Спайдера вспыхивают. Его улыбка жестока и опасна. — Почему ты не носишь то, что я выбрал для тебя?
— Я пролила на себя пиво. Джин одолжила мне свою.
— Мне насрать.
Я пытаюсь оторвать его руки. — А чего ты ожидал? Ты хочешь, чтобы я ходила в промокшем топе и воняла пивом?
Он притягивает меня так близко, что его губы оказываются в нескольких дюймах от моих. — У меня есть идея получше. Ты хочешь показать свой острый язычок? Ты можешь ничего не надевать.
Кровь отливает от моего лица.
Когда Спайдер отпускает меня, я отступаю назад.
— Сними это, — приказывает он.
От гнева и возмущения у меня горит лицо. Здесь больше двадцати человек, большинство из них мужчины, все они смотрят, как голодные волки, каждый из них, вероятно, жаждет поглазеть.
Этого не может быть. Я не могу этого допустить. Если я это сделаю, это создаст прецедент. Это покажет Спайдеру, что у меня нет характера, что он может запугать и напугать меня, и я соглашусь без боя.
Я пообещала себе, что никогда не позволю Колонии сломить меня. Я так же не позволю ему этого сделать.
Я набираюсь храбрости. — Нет.
На долгую секунду Спайдер наклоняет голову, глядя на меня. Его молчание оглушительно, мрачно и удушающе, а выражение его лица леденит душу. Это холодная и бесстрастная маска.
  
Мое сердце бешено колотится. Я смотрю в лицо животному, которое избило меня прошлой ночью, тому, кто ничего не чувствует ко мне, кто видит во мне только собственность.
Я смотрю прямо в лицо Бандиту.
Что будет дальше, я не знаю, но в одном я уверена. Монстр передо мной, я бросила ему вызов, и теперь мне придется заплатить за это адом.
Глава 14
Разрыв
Эмма
— Сними. Это. Немедленно. — Спайдер выдавливает слова сквозь стиснутые зубы.
В отчаянии я хватаюсь за единственное, что может спасти меня от возмущения тем, что происходит. — Нет. Бен внутри! Он может прийти…
Спайдер поворачивает голову к Пипу, который стоит у дверей клуба. — Проспект, отправь Бена наверх сейчас же.
Пип заходит внутрь, и я слышу, как он зовет Бена.
Спайдер крадется ко мне.
Ожидая, что он прикажет мне снять футболку прямо здесь и обнажиться перед всем клубом, я отступаю от него. Но он не говорит. Вместо этого он хватает футболку спереди за ворот обеими руками и одним рывком разрывает ткань прямо посередине.
Рвущийся звук долгий, громкий и жестокий в моих ушах. Это до боли знакомый звук, который я слишком часто слышала раньше, за секунды до того, как начнется порка и женщины кричат от удара плетью.
Когда мои груди высвобождаются, толпа, окружающая нас, кричит и улюлюкает. Несколько мужчин издают волчий свист. Это зрелище, которое никто никогда не увидел бы из толпы в Его Святом Мире, и звуки служат причудливым спасением, чем-то, что прочно удерживает меня здесь и сейчас. Мучительно присутствовать в момент, из которого я хотела бы выбраться.
Я всхлипываю, пытаясь отвернуться от Спайдера и прикрыть руками свою обнаженную грудь. Он не дает мне такого шанса. Он отмахивается от моих рук и хватает меня за волосы сзади, дергая так сильно, что я вскрикиваю от боли.
Его глаза прожигают меня, его неумолимое лицо над моим. — Сколько раз я должен повторять тебе, воровка? Разве вчерашний вечер не принес тебе достаточно урока?
Я тяжело дышу и ворчу, извиваясь в его хватке, пытаясь вырвать его руки. Пока его слова не доходят до меня.
Мысль о том, чтобы снова почувствовать его ремень на своей заднице, пронзает меня, как электрический разряд. Это подавляет любое сопротивление, и я замираю, грудь вздымается, качая головой в его сторону. Моля о пощаде, которая никогда не придет.
Сейчас здесь со мной нет мужчины. Есть только животное, Бандит, который хочет заставить замолчать мое сопротивление и поставить меня на место.
— Ты не можешь сказать мне «нет», — рычит он. Он разворачивает меня так, чтобы я оказалась к нему спиной, хватая за затылок. И оставляя мою грудь на виду у всех присутствующих, вместе с порезами, которые он заклеймил на моей груди в форме паутины.
— Черт, это будет горячо, — голос Страйкера проникает сквозь стук моего сердца. Он стоит у перил, жадно наблюдая за происходящим, и я наполовину замечаю Рипера, стоящего рядом с ним и впитывающего все это.
— Ты не прячешься, и ты ни от кого не прячешь мою метку на тебе, — добавляет Спайдер, возвращая мое внимание к нему. — Очевидно, я был слишком мягок с тобой в прошлый раз.
Слишком мягок со мной? Избить меня до синяков было слишком мягок?
Паника душит меня, когда он заворачивает мои руки за спину и складывает их там, держа одной рукой за запястья. На полсекунды я ожидаю, что он закует меня в кандалы и потащит к столбу для порки. Но затем он ведет меня вверх по ступенькам, прямо мимо высокопоставленных членов обоих клубов.
Стыд смешивается со жгучим гневом, и я извиваюсь в его хватке, но это бесполезно.
Спайдер толкает меня через дверь в толпу, ведя мимо бара.
Я вырываюсь и извиваюсь, но его хватка неумолима. Он кажется даже сильнее, чем обычно, как будто гнев и адреналин, которые уже бурлили в нем в результате сегодняшней бесполезной поездки, усилил его силу.